Поступь крови. Перерождение. Том 1 - А. Никл

потянулись вниз. Между рядами образовалась толкучка. Даже Реликтова проняло — он заворожённо шагнул к бутылке и попытался её схватить.

— Стоп! — крикнула Виктория и хлопнула в ладоши.

Дима подскочил от неожиданности, его иллюзия растворилась в воздухе.

— Нужно было дотронуться. Мы не разрешали использовать магию, — упрекнула Виктория.

— Простите, — пролепетал Дима, задрав голову.

Когда все снова расселись по своим местам, Реликтов торжественно проговорил:

— Помните, что страх будет следовать за вами по пятам. Абсолютно бесстрашных людей не бывает. Даже если вы пройдёте тысячу битв, перед тысяча первой вы всё равно испытаете мандраж. Где-то на краю сознания всегда будет маячить мысль: «А если я проиграю?» Страх можно побороть единственным способом — сделать первый шаг. Точно так, как вы сделали его сегодня. А теперь — похлопайте Виктории Игоревне, — он галантно поцеловал ей руку. — Большое спасибо, что уделили нам время.

Попрощавшись, Виктория покинула аудиторию, и Реликтов объявил:

— Сейчас я буду называть ваши фамилии и номер подгруппы, куда вас распределили.

— Хоть бы вместе, хоть бы вместе… — взволнованно прошептал Дима.

Я не переживал. В Академиях, где учились разновозрастные студенты, в подгруппы распределяли по возрасту. Магические дисциплины преподавали для всех, а вот на общеобразовательные предметы подгруппы ходили по отдельности — ну, те, у кого не было школьного аттестата. Меня, Диму, Женю и Аделину определили в одну подгруппу. Из-за смерти отца и чокнутой мачехи Аделина пропустила два учебных года, поэтому сильно отставала от сверстников.

— Надеюсь, завтра будут нормальные занятия, — Женя хрустнул пальцами. — Не хочу читать сказки и вычитать столбиком. Хочу сражаться с Демонами… — его голос дрогнул. С одной стороны, Женя рвался в бой, но с другой, он всегда был трусоват. Если бы не больная мама, он бы никогда не пошёл в Академию. Он повернулся ко мне и спросил: — Как думаешь, есть исцеляющие заклинания?

— Должны быть, — я вздохнул. Только встречаются маги-лекари очень редко. И стоили их услуги в прошлой жизни — как крыло самолёта.

— Вот бы Викторию ещё раз пригласили! — мечтательно протянул Дима и влюблённым взором уставился в окно. — Она такая классная и крутая! Про неё во всех новостях говорят! Сегодня ночью она целую кучу Демонов убила!

— О, где-то был мощный прорыв? — я напрягся.

— Ага, на Железнодорожной. Правда, не знаю, где это.

— На севере, — автоматически ответил я. Вот, значит, как. Убитых мною Демонов уже приписывают «правильным» людям, да ещё и количество Демонов, наверное, увеличили с трёх до тридцати трёх. Политика. Я мысленно закатил глаза. Впрочем, я и не стремился стать героем газет и журналов. Главное — демонические ядра достались мне. А уж кому достанется слава — мне наплевать.

Прозвенел звонок, и Реликтов нас отпустил. Далее по расписанию стояли математика и русский язык. Ску-ко-та.

В коридоре меня зацепил высокий парень лет восемнадцати с кудрявыми тёмными волосами. Он специально прошёл слишком близко и толкнул меня локтем. Удар пришёлся мне в ухо. Это было так неожиданно, что я растянулся во весь рост и хлопнулся затылком об пол. Ах ты ж подлая кучерявая швабра!

— Привет, братик! — ехидно пропел парень, склонившись надо мной. — Или мне называть тебя ублюдком?

Глава 17

Я не сдержался — выбросил вперёд сжатый кулак и врезал парню в челюсть. Силу не пожалел, просто постарался не убить. Хрустнула кость, и задира отлетел метров на восемь — прокатился по коридору и едва не сшиб нескольких студентов. Я поднялся и отряхнулся. Кучерявый урод был не один, а в компании с Куликовым, ещё каким-то незнакомым мне парнем и девушкой. Последняя была одета в форму служанки и держалась скованно — вжала голову в плечи и едва ли не забилась в угол. Когда задира встал, громко кряхтя и постанывая, она сделала к нему шаг, но в испуге отшатнулась, стоило ему со злостью выругаться.

Ну, то, что он выругался, можно было понять по интонации. По факту же у него получилось нечто вроде:

— Пфагхмт рагтугуйл! Доарыгтыв хщаоатцмть!

Перелом челюсти — это не шутки.

Все замерли. Драка двенадцатилетнего худого мальчишки и восемнадцатилетнего дылды под два метра выглядела странно. Люди не знали, как реагировать. Даже Куликов открывал и закрывал рот как рыба. Но Кучерявый не сомневался — он активировал заклинание, и его тело полностью стало алмазным. Руки удлинились, а пальцы срослись, превращаясь в острейшие лезвия.

«Внутренний тип, заклинание трансформирующего действия», — доложил Гидра.

— Фвшаогылы! Урулсыв! — проорал Кучерявый, плюясь кровью, и атаковал.

Ладно, настолько тупого поступка я не ожидал. Потасовка — это одно, но чтобы пырнуть другого студента ножом… нужно быть очень «одарённым». За спинами толпящихся студентов промелькнули седые волосы, блеснули стальные браслеты. Я мысленно улыбнулся и намеренно пропустил удар. Алмазное лезвие воткнулось мне в правое плечо. Брызнула кровь, футболка моментально промокла.

— Отвали! — Женя шагнул ко мне и врубил Защитную Сферу. Я очутился под красным полупрозрачным куполом.

— Ты у меня сейчас выхватишь! — Дима присоединился и создал иллюзорный рожок мороженого. Ядовито-жёлтого цвета. Видимо, пока у него лучше всего получались две иллюзии: мороженое и водка.

— Вкусно…

— Моё любимое!

— Пломбирчик…

Толпа дружно потянулась к Диме, и я приказал:

— Отменяй! Ты же всех отравишь!

— Но…

— Отменяй!

Дима скуксился, но деактивировал заклинание. В этот момент к нам пробился директор Академии. Его глазам предстала занятная картина: один студент со свёрнутой челюстью, другой — с пробитым насквозь плечом, а третий — готов устроить небольшой взрыв, если хоть кто-то до него дотронется. Кучерявый не заметил Алексея Анатольевича и снова напал. Алмазное лезвие взметнулось вверх, и… его перехватила каменная рука. Огромный голем выбрался из-под паркета и скрутил Кучерявого, ткнул мордой в пол.

— Женя, отключи, пожалуйста, заклинание, — спокойно попросил Алексей