Орион Реликвий - А. Никл

class="p1">— Есть такое, — вяло улыбнулся и направился на кухню. — Мам, а у нас плита газовая, или электрическая?

Судя по ее выражению лица, она вообще не поняла, о чем я говорю. И буквально через пару минут, на кухню завалились сестры с недовольными минами, но, как мне казалось, с более… доброжелательными намерениями.

Все же, хоть они мне и не нравились, да и в целом, они были придурошными, они, здесь, были моими сестрами. А то, что я за них заступился, оно и к лучшему. Дай бог, что-то в голове у них проснется.

* * *

— Василий, — Виктория сидела на каменной скамейке почти у самой стены первого контура. — Вот скажи мне, что ты скажешь об этом Боброве?

— Будущий воин, — тут же ответил ее водитель. — Таких я сразу вижу.

— Но он же еле-еле маг. Да и нищий.

— В вашей аристократии, госпожа, — смуглый мужчина поклонился, чтобы этим показать, что сейчас скажет что-то неприятное. — Не могут понять одной простой истины, что даже нищий может быть великим. А все эти соревнования между родами, где сильнее маг, а где слабее, это глупости. Людям нужно, наоборот, размывать границы и выстраивать новую политику, а не…

— Хватит, — прервала его выкриком Виктория. — Я не спрашивала твоего мнения о строе общества, — она обернулась и злобно уставилась на водителя. — Вопрос был конкретным.

— Прошу прощения, — Василий еще раз поклонился. — Я считаю, что он уже воин. И будет только развиваться, становиться все сильнее и сильнее. Вы обратили внимание, как он ровно держит спину и его костяк? Он крупный, жилистый. Думаю, он занимается собой, чтобы компенсировать слабую магию внутри тела.

— Ну да, — согласилась с ним девушка. — Я час смотрела, как он ходит около остановки, и ни разу же не присел… так, ладно, — она мотнула головой, словно убирая из головы наваждение с образом этого Боброва. — Ты труп убрал?

— Разумеется, госпожа. Только все равно, считаю, что подарок вашей матери нельзя было так безрассудно выливать на пол. Все же, Французские духи — это роскошь!

— Купит новые, — спокойно ответила она. — Место же она мне выдала в этом гадюшнике.

— Понимаю, — опять поклонился водитель. — Дальше, куда едем? В новый дом, или что-то еще хотите?

— Я бы… — замялась девушка. — Хочу посмотреть, что будет делать этот Бобров сегодня. Давай-ка съездим, хотя бы во второй контур, купим еды и вернемся сюда, посмотрим, проявит он одержимость или нет.

— Считаете, что он все-таки выживает под действием демона?

— Думаю, да. И если это так, то я не ошиблась, что приехала сюда. Одержимые, как показала практика Петербурга, а именно в лице юных студентов, часто покидают территорию заведения, чтобы спокойно, без лишних ушей и глаз поохотиться в своей области.

* * *

Я все-таки очень погорячился, когда решил, что стоило бы наладить отношения с сестрами. Нет, я не пожалел, что вступился за них, ибо это было правильно, но эти…

— Овцы! — рявкнул я, пересекая порог своей комнаты.

Все, просто все было перевернуто вверх дном. Эти две сволочи в поисках реликвии разнесли мою комнату в пух и прах. Одежда, книги, медикаменты, все валялось около шкафа. Кровать была на боку, тумба и стол перевернуты, а еще…

Они что, еще и пол пытались вскрыть?

Я с удивлением посмотрел на ломик и оторванную доску, и в следующий момент в комнату вошла мама.

— Ой, что ты тут натворил? — воскликнула она. — Костенька, у тебя что, крыша поехала?

— Сейчас она поедет у кое-кого другого, — озлобленно ответил я, поворачиваясь к матери. — Где эти сволочи?

— Какие сволочи? — она включила дурочку. — Ты что, так грязно выражаешься о своих сестрах?

— Да ты посмотри! — я рукой указал на весь этот хлам. — Она все перевернули вверх дном, чтобы реликвию отыскать!

Мама лишь тяжело вздохнула, покачала головой и, показывая свое разочарование, отвернулась от меня. Всхлипнула и пошла к лестнице, оставив меня в полном афиге.

Да твою же… что с ними не так? Ну вот что?

Уборка заняла все время до вечера. А после, я просто вырубился. Проспал до ночи и проснулся оттого, что сердце начало болеть. Пульсирующая боль не усиливалась, что говорило о времени, которое у меня еще было.

Вскочил с постели, порылся во внутренних карманах своего пиджака и достал оттуда три склянки дрожащими руками.

Кровь монстра не сменила цвет и не загустела. В свете свечи оно переливалось оттенками синего и тонко намекало мне, что у меня все получится. Думая о том, что же имелось в виду под «физический предмет», которое было прописано в моей собственной методичке, я начал рассматривать комнату.

Черт. Да к физическому предмету можно отнести все что угодно! Камни, дерево, ткань. Я же прав? Другого там не было написано, и уж явно писалось для чайников.

Порылся в своем столе, нашел какой-то камушек, самый обычный, причем, небольшой, который идеально поместился в этой склянке. Достал спички, зажег свечу и приготовился к варке…

Колбу, закрытую пробкой с кровью и камнем внутри, я поднес к свече. Через секунд десять — обжег пальцы, от души матюгнулся и спустился на кухню, чтобы найти что-то похожее на щипцы.

Такой роскоши в моем доме не было и выбор пал на тряпку с вилков.

Ручку вилки обмотал тряпкой, зубцы загнул так, чтобы там идеально «сидела» склянка и начал варить.

— Сука, — я зажал нос и закрыл слезящиеся глаза. — Ты чего так сильно воняешь?

Разумеется, никто мне не ответил, но даже открытое окно никак не спасло ситуацию. А запах был чудовищным. Помесь тухлятины животного происхождения вперемешку с чем-то из непосредственно туалета.

Понимая, что с таким резким запахом мне не справится, да и дом можно поднять на уши таким запахом, я вышел во двор, отошел немного от дома, чтобы не привлечь ничье внимание и выбрал себе уютное местечко за большим деревом.

Спрятался за него и продолжил процесс варки. В целом, свежий воздух немного спасал ситуацию, но, тем не менее, глаза слезились, просто ужас. И… спустя минут пять горения на свече, начали появляться первые изменения. Колбу немного трясло, из-за того, что кровь пузырилась и мне на миг показалось, а потом уже не показалось,