Дело Чести (Третья жизнь Архимага) - Иван Николаевич Щукин

красив, мужественен, и так далее. И что она обязательно найдёт Сару Коннор, чтобы этому Кайлуризу помочь.

— И всё? — удивился я. — Просто рассказывает?

— Просто рассказывает⁈ — внезапно чуть ли не зарычала старшая жрица. — Да она постоянно про него говорит! Всем! А вечером сидит перед алтарём и всё пересказывает богине! И вот я хочу тебя спросить, боярин — почему Верочка тебя Кайлризом назвала?

И вот что ей рассказывать? Что глупо пошутил? Что состояние было тогда таким? Что и не думал о возможных последствиях? Да оно, в принципе, так и есть. И вообще, кто мог бы предположить, что жрица Живы всё за чистую монету примет и будет всех окружающих доставать. А теперь и вовсе получилось так, что даже богиня решила отдать эту девчонку мне. Наверное для того, чтобы у Верочки не было прямого доступа к алтарю. И я Живу понимаю. Сам бы озверел, если бы мне каждый вечер докладывали такую чушь.

— Ну-у… — протянул я, отведя от Милёны взгляд. Не то чтобы я хотел от неё что-то скрыть. Просто было неудобно. Вроде не маленький уже, а такую глупость сделал.

— Боярин, прокляну! — рявкнула вдруг старшая жрица.

— Да пошутил я неудачно над Верочкой, — сразу же стал рассказывать я. Не знаю, может ли она реально проклясть, всё же жрица доброй богини, но рисковать не буду. — Она спросила, посылали ли меня боги. А я возьми, да и скажи, что посылали. Ну и дальше про Сару Коннор придумал.

— Пошутил? — вкрадчиво произнесла Милёна и сделала шаг вперёд, ко мне. Я, как-то на автомате, шагнул назад. Жрица сделал ещё один шаг. Да ещё и продолжила говорить всё таким же вкрадчивым голосом, от которого у меня мурашки по спине забегали. — Пошутил? Вот так вот просто взял и пошутил? Над жрицей?

— Так, спокойно, женщина! — повысил я голос и выставил перед собой руку. — Не надо нервничать!

— Я спокойна. Спокойна, — как заклинание прошептала жрица. Но всё же остановилась. — Спокойна.

— Ну и слава Живе! — выдохнул я.

— Ты должен всё ей рассказать, боярин.

— Да само собой расскажу. Что же я, совсем дурак?

— Не знаю, не знаю, — покачала головой Милёна. — Может и не зря Мать решила Верочку с тобой отправить? Два сапога пара, как говорится…

— Эй, а вот сейчас обидно было! — возмутился я. Но так, без огонька. Сам понимал, что накосячил. — Расскажу я ей всё. Расскажу. Прямо сегодня. Даже прямо сейчас, по пути в академию.

— В академию? — заинтересовалась вдруг жрица. — А зачем тебе туда?

— Так поступать буду, — пожал я плечами.

— А Верочка?

— А что Верочка? Будет жить в моей усадьбе. Людей там много, так что скучно не будет.

— А если она не захочет там жить? Если она захочет быть рядом с тобой?

— Хм… — слегка завис я, обдумывая полученную информацию. — А такое может быть?

— Может, может, — покивала Милёна. — Впрочем, это уже не мои пробле… То есть, я хотела сказать, что всё будет в порядке. И ещё одно, боярин…

— Да?

— Не обманывай её больше, — попросила старшая жрица. — Даже в шутку. Она не дурочка, в прямом смысле этого слова. Но верит всем на слово. Так что и сам не обманывай, и другим не давай. Хорошо?

— Да и не собирался, — тут же заверил я.

— Ну вот и славно. Если найдёшь с ней общий язык, то более надёжного человека у тебя не будет. Да и целительница она хорошая. Очень хорошая!

— А какой у неё ранг? — заинтересовался я. Потому что Целительница — это хорошо. Даже очень хорошо, я бы сказал. А уж если ещё и высокоранговая!

— Ранга у неё нет. Она жрица, боярин. Жрица, понимаешь? И использует силу богини. А Жива, несмотря ни на что, ей благоволит.

— Хм… А вот так вот, — кивнул я на алтарь, где всё ещё лежали целительские артефакты, — она благословлять может?

— Может, — улыбнулась Милёна. — Не такое сильное благословление получится, всё же богиня есть богиня, но может. И не только это…

— Интересно…

— Но не забывай про мои слова! Никаких шуток! Никакой лжи! Впрочем, прямую ложь она почувствует. И тогда ни о каком доверии и речи быть не может. Верочка добрая и наивная. Шутку твою она простит. Но если намеренно её обидишь, то потеряешь навсегда!

— Да понял я уже! — чуть ли не зарычал я. Сколько можно со мной как с недоразвитым разговаривать?

— Не злись, боярин, — примирительно произнесла старшая жрица. — Но я должна тебя обо всём предупредить. Всё же Верочка мне не чужая. И если что, то и ты всегда может обратиться за помощью. О, а вот и она!

Вещей у Верочки оказалось совсем не много. Одна большая сумка и небольшой чемоданчик.

К нам она буквально подскочила, не обращая внимания на груз в своих руках. Зато я обратил и отобрал у неё сумку. А чуть-чуть подумав, передал её Егору. Боярин я или кто?

— А я сегодня в новом плаще! В первый раз! — радостно воскликнула девушка и крутнулась на месте, позволяя нам оценить её наряд и ладную фигурку. И столько счастья у неё на лице при этом было. Интересно, она всегда такая довольная ходит, или сегодня особенный день?

— Ты прекрасно выглядишь, милая, — тепло улыбнулась ей Милёна.

— Спасибо! А тебе нравится, Кайлриз? — лукаво улыбнувшись, спросила у меня Верочка.

— Нравится, — кивнул я. — Только я не Кайлриз. Меня зовут Маркус.

— Маркус? — слегка зависла девушка. Но тут же лицо её просветлело. Она подмигнула и произнесла: — Конечно же Маркус! Как я могла забыть, что никто не должен про тебя знать, Кайлриз?

А я даже не знал, что на это ответить. Ну не доказывать же ей с пеной у рта, что я не Кайлриз? Хотя, видимо, придётся. Милёна же просила не обманывать Верочку. Но как тут не обманывать, если правду она в упор не желает слушать?

— Маркус Северский. Боярин. Глава рода Северских, — представился я полностью. Вдруг поможет.

— Очень приятно! — присела в книксене девушка. — А я