Собрать мозаику - Натали Палей

Среди множества голосов ЕГО голос я узнала мгновенно. Хотя он стал совершенно другим. Но какие-то особые, присущие только ему интонации остались.

Я замерла. Мама тоже остановилась, удивленно посмотрев на меня. Проследив за моим взглядом, нахмурила брови.

В нескольких шагах от нас стояла большая группа парней и девушек. Они спорили с высоким седым человеком в коричневой мантии. Семеро парней и две девушки выглядели уставшими, грязными, потрепанными и возмущенными. Среди них был и Джейсон Тубертон.

– Вы не имеете права не засчитывать нам практику, профессор! – возмущался высокий широкоплечий брюнет. – Мы оставили Мари, вернулись без нее, потому что она заболела заразной болезнью.

– Господа студенты, вы знаете условия зачета практики, – спокойно и устало возразил седой мужчина в коричневой мантии. – Одним из этих условий является то, что вы должны вернуться в том же количестве, в каком отправились на практику. Спор бессмыслен.

– Знаем, профессор Тронтон, – ответил Джейсон. – Поэтому мы не согласны с вашим решением и подадим апелляцию в комиссию ЗАМа. Мы не могли притащить в академию заразную студентку и только поэтому оставили ее в месте прохождения практики. Там с ней ничего не случится, поскольку за ней ухаживает местная лекарка и у нее амулет связи с нами.

Далее спор между студентами и несговорчивым магом-преподавателем продолжился. А я словно окаменела, не в силах двинуться дальше.

Джейсон стоял ко мне вполоборота. Я не видела его четыре года и теперь жадно изучала, пока он не заметил меня.

Он сильно изменился за прошедшие годы, но я его ни с кем и никогда не перепутала бы и узнала бы из тысячи мужчин. Он стал еще выше с момента нашей последней встречи, раздался в плечах, волнистые темно-каштановые волосы стали длиннее, теперь он завязывал их в низкий хвост. Они выгорели под солнцем, и в хвосте встречались тонкие светлые пряди.

Я почувствовала, что сердце бешено бьется, во рту пересохло, а ноги стали ватными. Да что же это? Я все так же восхищаюсь им и люблю его?

Я так надеялась, что, увидев его, пойму, что он уже не так важен для меня, а моя «детская любовь» прошла.

Однако, несмотря на то что на Джейсе была грязная, местами рваная одежда, а волосы растрепаны, я поняла, что он остался для меня самым красивым мужчиной на свете.

И тут я заметила, что рука Джейсона крепко сжимает другую руку – белую и нежную. Перевела взгляд на обладательницу ручки, сердце болезненно сжалось. Рядом с ним стояла изящная брюнетка с большими голубыми глазами, настолько красивая, что, даже несмотря на неопрятную одежду, захватывало дух.

Джейсон крепко держал ее за руку. В тот момент они вдвоем что-то возмущенно доказывали несговорчивому преподавателю.

Мама крепко сжала мою ладонь, я в удивлении, как-то заторможенно, перевела на нее взгляд.

– Ты в порядке? – с беспокойством прошептала она. – Нам пора. Не надо, чтобы вы пока встречались, ты не готова к этому.

– Думаю, ты права. Нужно незаметно пройти мимо.

Я взяла себя в руки – не хватало еще, чтобы Джейсон увидел меня такой, как сейчас: потрясенной, растерянной, жадно его рассматривающей.

Как оказалось, вовремя.

В это время преподавателю удалось ускользнуть от возмущенных студентов, те остались одни, громко обсуждая случившееся.

Мы с мамой постарались незаметно проскочить мимо. К сожалению, другой дороги ни в библиотеку, ни на выход из академии не было.

Мы уже подумали, что нам повезло, когда услышали за спиной громкий изумленный возглас:

– Графиня Ванесса Стенфилд?!

Мы продолжали идти, сделав вид, что не услышали возглас Джейсона. Старались не ускоряться, чтобы выглядеть естественно, оставалось несколько шагов, чтобы повернуть за угол в коридоре.

– Графиня Ванесса, подождите! – повысил голос Джейсон.

С замиранием сердца я услышала быстрые решительные шаги за нами.

Практически сразу я услышала вопль, полный настоящего возмущения:

– Лори?! Да стой же! Лорианна!

Не успели.

Мы остановились. Я просто окаменела, не в силах обернуться к Джейсону.

Как же так? Почему он заметил нас? Почему я так реагирую на него? Просто кошмар какой-то.

Моя любимая мамочка больно ущипнула меня за руку. Я с изумлением уставилась на нее, встретив достаточно жесткий взгляд прекрасных голубых родных глаз. Этот взгляд и щипок привели меня в чувство – у мамы очень редко появлялся такой взгляд. Она строго смотрела на меня, давая взглядом команду собраться и не выглядеть идиоткой.

– Лорианна. Графиня…

Я как можно спокойнее обернулась. В двух шагах от меня застыл Джейсон, который успел оставить своих спутников, девушку и броситься за нами. Противоречивые чувства обуревали его: и радость, и сомнение, и неверие, и обида, – и отражались в светло-карих глазах. Показалось, что он боролся с собой, чтобы не броситься ко мне.

Ближе он оказался еще красивее, аж дух захватывало, и на меня вновь напал ступор.

– Лер Джейсон Тубертон? – притворно удивилась мама, но выглядело все вполне натурально. Она встала за мной и снова ущипнула за руку. Я вздрогнула. – Что вы тут делаете, в Зардане? Разве вы учитесь не в Столичной академии?

– Лори, это действительно ты? – Джейсон с изумлением рассматривал меня, не обращая внимания на мамин вопрос.

Казалось, он вообще ее не услышал. Похоже, он не верил своим глазам. Я понимала его. Конечно, я изменилась за эти годы. Как и он. Той наивной, часто растрепанной девчонки, с которой он носился по лесу и лазал по деревьям, больше нет. А когда он видел меня в последний раз перед отъездом в Марилию, я напоминала привидение.

Теперь же перед ним стояла молодая элегантная лера двадцати лет в модной шляпке и со спокойным (я очень надеялась на это) доброжелательным лицом.

– Здравствуй, Джейсон.

– Я ждал, что ты вернешься, потому что Марилия всех наших вышвыривает. Но не знал, что ты уже здесь. Никто не сказал мне. Поступаешь в эту академию?

Джейс жадно разглядывал меня, рассматривая с ног до головы, и от этого взгляда становилось горячо и сладко, я еле держала лицо.

Студенты, которые до этого возмущались несправедливостью их преподавателя-куратора, теперь обступили нас с мамой.

– В прошлом году я перевелся в эту академию, – произнес Джейсон, с трудом переведя взгляд на мою маму.

– Лори? Та самая Лори? – высокий брюнет, который громче всех спорил с преподавателем до этого, в удивлении уставился на меня.

Интересно, что значит это заявление?

– Вот ты какая, Лорианна Стенфилд.

– Лори? Лорианна Стенфилд? Вернулась? – раздавалось со всех сторон.

Я была совершенно смущена таким непонятным вниманием.

– Нам дали два дня, чтобы покинуть империю, – сказала мама. – Поэтому мы так быстро приехали. У вашей матушки с отцом мы уже были с визитом. Встретили там также вашего старшего брата, лера Кристофа. А вы, полагаю, возвращаетесь с практики? И не виделись еще с родителями?

– Да, с практики. Не виделся еще, – заторможенно ответил Джейсон.

– Поэтому вы и не знали о нашем приезде, – мягко улыбнулось мама.

Студенты продолжали