Девятнадцать сорок восемь том IV - Сергей Викторович Вишневский

— Смотри, видишь тут руны? — указал профессор пальцем на кольца.

— Да.

— Суть в том, чтобы подготовить специальную смесь, набить ей трубку, а затем, строго по таймеру менять положение рун на этих кольцах.

— Так, — кивнул Фирс.

— Это в общих чертах, — кивнул Артемий Георгивич. — А теперь смотри. Берем мерную посуду и смешиваем вот в этом тазу.

Профессор достал специальный пластиковый таз и принялся засыпать в него ингредиенты из пакетов.

— Одну меру вот этого подготовленного костного пепла, две меры обычной мелкой мраморной крошки, а теперь вот из этой коробки берем три меры специальной алхимической основы. Кстати, таз нужен пластиковый, а столы должны быть или каменные или такие же пластиковые.

— Почему? — осторожно спросил парень.

— Потому, что молодой человек, сила воздуха, в частности ее подраздел молнии, очень не любит металл. И если вы не хотите получить хороший разряд, который в лучшем случае отправит вас в беспамятство, лучше не иметь металла рядом с большим количеством «искрящихся пальцев», — хмыкнул профессор. — Кстати, заготовок у нас двадцать, поэтому не мелочимся, и сразу замешиваем под двадцать пальцев.

Профессор вручил мерную посуду Фирсу и выжидательно уставился на него.

— Ну? Приступайте.

Фирс принялся насыпать по двадцать порций, соразмерно соотношению, указанному профессором.

— А вода будет? — спросил Фирс, с задумчивым видом.

— Что? Зачем?

— Ну, это похоже на бетонный раствор или что-то в этом роде. Поэтому я подумал,что будет вода, чтобы связать это все.

— Нет. Вода нам тут не помошник. Алхимическая основа для искрящихся пальцев не растворима и просто выпадет в осадок. Тут нужен другой подход.

Емельянов достал небольшой артефакт, в форме плоского диска. С одной стороной он блестел красным начищенным металлом, а с другой белым.

— Вот это и будет нашим растворителем и смешивателем заодно.

— А это что?

— Контрактор Федорова. Очень полезный в нашем случае артефакт. Без него пришлось бы городить сложное трансмутационный ритуал, превращающий твердый материал в жидкий, без изменения структуры.

Профессор дождался, пока Фирс положит последнюю меру в таз, а затем положил в него артефакт и активировал его силой.

Диск тут же задрожал, а затем погрузился внутрь сыпучей кучи. Не прошло и пары секунд, как порошки пришли в движение. Раствор выровнялся в посуде, а затем пошел волнами. Еще несколько секунд и смесь, словно вода, принялась двигаться по кругу, образуя воронку, в центре которой и лежал артефакт.

— Итак, пока наша смесь готовится, мы с тобой начнем разбираться с нашими формами.

Артемий Георгиевич взял последнюю коробку, из которой начал выставлять на стол цилиндры. Рядом с каждым он ложил небольшой прозрачный кристалл.

— В чем суть нашей работы. Подготовленную смесь, в жидком состоянии мы заливаем вот в эти формы, — взял он одну из трубок. — Как видишь, тут шестнадцать колец. Каждое кольцо несет на себе определенную последовательность рун. Эти руны и активируют алхимическую основу с добавками, которые превращают обычную смесь из костного пепла и мраморной кошки, в активированную стихией субстанцию.

— А… у них определенная последовательность?

— Да. На наше счастье, у нас заготовки нового образца. Не надо точно знать какое кольцо точно повернуть. Здесь наша форма специально подогнана так, чтобы поворачивать кольца по порядку. То есть, с самого верхнего, по самый нижний. Единственное неудобство, что теперь это занимает немного больше времени, а также промежутки между поворотами неравномерные.

— Так, — кивнул Фирс. — А…

— А для того, чтобы знать, когда пришло время, данная форма имеет связь непосредственно с вот этими сигнальными кристаллами, — кивнул профессор и взял небольшой кристалл, лежавший у формы.

— Я все еще не понял. зачем тут я, — осторожно произнес Фирс.

— Есть один интересный нюанс, — хмыкнул Емельянов и подкинул в руке заготовку. — Видишь желобок на этом столе?

— Да.

— Это канал, по которому сила будет поступать от накопителей университета, к нашим заготовкам. Если ты подумал, что пальцы будут искриться сами по себе, от того, что мы смешали алхимическую основу, мраморную крошку и пепел от костей — зря. Это лишь материал, который хорошо воспринимает и излучает силу определенным образом. Так вот, — тут профессор поставил заготовку на желобок. Руны тут же подсветились разными цветами. Причем на каждом кольце этот цвет был свой. — Во время формовки, пальцы требуется наполнять силой. И в этот момент, по всей форме гуляют не слабые заряды. В нашем случае электрического характера. Или проще говоря — молнии. Трогать в это время заготовку — крайне глупое решение. Даже в толстых диэлектрических перчатках.

— А как же тогда…

— Вот для этого и нужен телекинез, — кивнул Емельянов. — Тебе нужно будет после каждого сигнала, проворачивать кольцо до определенной метки на каждом цилиндре. Сколько у тебя получится проворачивать одновременно — это дело твое. Мой предел — одновременно следить за четырьмя формами. У тебя, насколько я понял, с телекинезом получше.

— А после того, как все кольца будут провернуты? — уточнил парень.

— После этого, кристалл снова станет бесцветным и погаснет. Ты же снимаешь силой с этого желобка форму и переворачиваешь на другой стол. Палец выскочит самостоятельно. Процедуру можно будет тут же начать повторять.

— И сколько мне таких пальцев надо сделать? — осторожно спросил Фирс.

— Вообще, на одну практику всему потоку обычно требуется порядка сотни штук, но хорошо бы иметь запас. Штук в пятьсот.

Парень почесал голову, хмуро взглянул на тазик и достал форму.

— Я так понимаю, что эти штуки много где используются? — осторожно спросил он.

— Вы правы, молодой человек — кивнул Артемий георгиевич. — Так сложилось, что подобная форма и стихия очень наглядно демонстрируют возможности того или иного подхода в артефакторике. Да и стабильность у данного варианта крайне высокая. Поэтому в студенческих поделках он используется крайне часто.

— А что за подходы?

— Интересует артефакторика? — удивленно поднял брови профессор.

— Конечно. Мне в принципе все интересно, — кивнул Фирс.

— Что же, — хмыкнул профессор. — Если вам так интересно — с удовольствием поделюсь. Даже более того, буду рад видеть вас на своих лекциях и практических занятиях.

— Спасибо, — улыбнулся парень, наполняя первую форму.

— Не за что, — хмыкнул Емельянов. — Образованный и подкованный лаборант — это залог безопасности в