Фрилансер. Повелитель ареала - Сергей Анатольевич Кусков

в окопе. Тут рулят быстрота, скорость, опережение противника на шаг и бОльшее количество ресурсов (пушечного мяса для следующего боя) за спиной.

— Марсиане что? — перешёл на наболевшее.

— Понятия не имею. Они на своей волне, мне не отчитываются, но к бою готовятся серьёзно. — Фрейя пожала плечами.

— Понял.

Она сама отстранилась от командования, при всех посадив меня за стол матери в её кабинете. Вот и не отчитываются — а нафига? Но она, похоже, не в обиде, так, для вида недовольно бурчит.

Так и доехали. Итого на дорогу с момента запуска ракет из Авроры потратили семь с половиной минут. Перед нами был прикрыт, но пока не закрыт полностью огромный многосоттонный противоатомный люк, перед которым наблюдалась куча народа, встречающего её величество, и несколько охранных «бульдогов», которые так и останутся с этой стороны после герметизации.

Бункер главы государства… Тут я ещё не был. Это не бункер в смысле безопасное место для жилья. Это подземный центр управления… Не только дворцом — все государством! Размеры и наличие техники позволяли. Даже с беглого взгляда видно, что оборудование вокруг старое, такое было массово в ходу при королеве Оливии. А что-то ещё помнит Вторую войну за Независимость нашей всё королевы Джинни. Но принципиально оно ничем от нашего не отличается, физика образования голографических вихрей с тех пор не изменилась, так что понять, что тут происходит, легко. Вдоль стен и по кругу в центре сидело примерно четыре десятка операторов в специальных креслах, что-то напряжённо изучающих и мониторящих в коконах визоров перед собой. Отдельно островами выделялись профильные группы — вон там зенитчики, тут артиллеристы. В дальнем углу возвышалась скалой фигура по-марсиански здоровенного качка Мухобаева. Марсиане вокруг него выглядели максимально напряжёнными из всех присутствующих. А вон там — радиоэлектронщики, узнал запутанную в коконы фигуру Поэта.

— Сюда! — Фрейя потащила в самый дальний конец, в закуток с отдельно стоящими терминалами. За которыми я увидел четверых операторов, среди которых в вихрях коконов угадывались и «золотой», и «голубая» с «красным». — Садись. — Сел. В такое же кресло, как операторы, удобно откинув спину на почти горизонтально опущенную мягкую сидушку. Спина была мокрой, я сам был всё ещё мокрый, это вызывало дискомфорт, но в жилах уже играл адреналин — переживу. Всё переживу, если жив останусь.

Двое помощников начали надевать на меня приборы и датчики для виртуальной навигации — некоторое оборудование всё же было из нашего времени. На лоб и глаза упал специальный виртульный шлем. В коконе виртуальной реальности в нижнем правом углу появилась «живая» надпись: «Подключение КЕДР» Иконка подключения загорелась, как активная, и тут же исчезла. Всё, я в системе, под своим официальным местным позывным главкома обороны.

Господи, сколько тут всего!.. — глаза от взгляда на возможности, даже без подробностей, разбежались.

— Это военная система, — прокомментировала Фрейя, и голос её раздавался откуда-то издалека. — Тебе такую пока не давали, да она тебе и не нужна была, ты и так справлялся.

Ну да, мой уровень — операции спецуры. В войсковых операциях всё гораздо-гораздо сложнее. Нет, кто-то согласно моим приказам в таких же коконах сидел, что-то делал и рассчитывал. Но мне всего лишь докладывали о результатах, не погружая в тонкости. Что ж, логично.

Пальцы сами выбрали связь с Зенитом. Прикольно, но я мог не просто связаться, затребовать отчёт у офицера ПВО-шника. Я мог из этого кокона в ручном режиме «прикоснуться» к каждой пушке, к каждой ракетной шахте в его епархии! Здорово!

— Зенит — Кедру, — начал я. — Рассказывай.

Да, видел всё, что видит он, знаю всё, что знает об оперативной обстановке он, так и есть. Но я не зенитчик. А работу должны делать профессионалы, как и излагать краткие выводы по ней для понимания стороннего человека.

— Кедр, с прибытием! — в голосе офицера искренняя радость, что я выкрутился и вернулся, но напряжение — ситуация для него сложная. — Пять дивизионов жахнули по нам всем зверинцем, какой только был, всех калибров и типов. Через полторы минуты ракеты долетят. И один у нас под боком, там сборная-солянка, что смогли протащить по туннелям, но нам не легче. Жахнут в последний момент.

— Мы готовы? — Самый пока что важный вопрос.

— Да, от ЭТИХ ракет отобьёмся. — Уверенность в голосе офицера. — Но я жду, что нам попробуют забить эфир мелочью отсюда, из города. Сбив этим прицел для крупных целей.

— Если честно, я сам тебя хотел об этом предупредить, что они так могут, — усмехнулся я. — Свербит интуиция, что задумали сеньоры пакость.

— Дворец должен выдержать, и не на такое рассчитан, — снова констатировал Зенит. — За то, что наполняешь под куполом атмосферным воздухом — спасибо. Прочнее будет конструкция. Больше шансов выжить.

Во-от! А Фрейя ругалась.

— Что-то дополнительно требуется? От меня и моего уровня? — Хватит отвлекать людей от дела, полторы минуты это очень мало, заканчиваем.

— Да. Эти… Мужеложцы посмотрят на результат атаки, сделают выводы и скорректируют огонь. И следующий залп мы не переживём, даже такой же мощности: они будут понимать, где у нас слежение, где автоматы, как их заглушить, или как забить сигналы мелочью.

— Разбомбить стреляющие по нам дивизионы? — предположил я то, что напрашивалось.

— Кедр, ты сам всё понимаешь, — хмыкнул он. — Или мы, или они. И нам с парнями показалось, ты именно для этого сдёрнул эскадру из Лагранжа.

Все всё знают. Военная тайна, блин!

— Там той эскадры…

— Там тех дивизионов… — парировал он.

Да всё я понимал и без него.

— Зенит, попробую атаковать… Мужеложцев только после их удара, после понимания, насколько мы сами к этому готовы. Через сколько будет понимание?

— Двадцать секунд на сбор информацию и анализ, а вот на принятие решений — несколько минут. Машины считают, но решение принимают всё же люди. Насколько я понимаю во флотских делах и в их оборудовании, им должно хватить времени на нацеливание.

Я позволил себе приподнять шлем с лица. Фрейю усадили на соседнее кресло. Огромные противоатомные створки командного центра встали на место, загерметизировав помещение, отрезая нас к чертям от всей вселенной. Девчонки, что летели со мной — внутри. Супер! Все успели, и слава богу.

— Десять секунд! Внимание! — чей-то голос на всё помещение. Видимо это до удара ракетной волны. Я съёжился, и не напрасно, ибо раздался голос другого оператора:

— Фиксирую залпы! С северо-запада от города! — Слежу за голосом, хотя в виртуале сигнал от него можно даже «потрогать», но я уже говорил о профи на своих местах. — Десять… Двадцать… Сорок…

— Юго-восток, залпы!

— Санта-Марта, залпы! — раздавались тем временем новые и новые голоса.

Точки на визорах схемы города и окрестностей. Красные. Много-много точек, расцветающих как лепестки красивого цветка, волной, приближаясь и приближаясь к центру конструкции, в которой находились мы — Золотой дворец.

— Три! — бесстрастно вёл отсчёт самый первый предупреждающий голос. — Два…

При счёте «четыре» начали стартовать наши противоракеты и работать наши зенитные автоматы, по всему периметру города. Я «отъехал» изображением подальше и видел, как это красиво — в венерианской полутьме загорались десятки, если не сотни, красивых вспышек и трассирующих дорожек. Вверх устремлялись десятки и сотни маленьких и не очень конструкций. Толщу тьмы пронзали вспышки лазеров. Очень красиво!

Зенитная братия палила и палила, пытаясь остановить волну из несущейся на нас смерти и взрывчатки, выпуская всё новые и новые средства поражения. А вот епархия Поэта — зона подавления РЭБ в радиусе нескольких километров вокруг. Не спасёт РЭБ, современные средства поражения рассчитаны на такое, но вдруг хоть что-то сможет сбить? Или отклонить? И оно не долетит?

— Два!.. — считал меж тем голос. Целый сонм вспышек наших автоматов — одна из пассивных тактик, взорвать как можно больше разом на малом расстоянии от цели, чтобы взрывная волна создала помеху летящим в сторону дворца новым целям. Дворец крепкий, если это не прямое попадание — выдержит.

— Один!..

Я ещё больше внутренне сжался, готовясь к чему-то плохому… И тут начался фейерверк. Эпическое по красоте шоу. Взрывы. Десятки. Сотни. Вновь трассирующие следы зенитных автоматов, окрашивающих небо над Альфой, словно лазеры фонтан Независимость ночью в Центральном парке. Там тоже клёвое лазерное шоу. Но текущее здесь и сейчас не сравнится с тем даже близко, пусть для меня оно без звука.

— Попадание! — Кто-то продолжал комментировать происходящее, и я хоть и сам всё