Алирн. Возвышение - Максим Мамаев

чем сильнее база, тем больший потенциал у практика в дальнейшем. Никакие средства не могут изменить заложенную базу — за исключением тех самых сокровищ. На простом примере — если накормить Байцая до отвала этими сокровищами, он станет сравним с тобой в силе. Конечно, учитывая то, какой ты монстр, ему придется добыть преизрядное их количество — но сам факт от этого не меняется. Собственно, ты сейчас примерно на том же уровне, что топовые гении Древних и Центрального мира, примерно средний по силе среди них. Ну, насколько я могу судить по рассказам старших, что видели их. И все они, как ты понимаешь, не знают отказа в этих самых Сокровищах.

Мы ещё некоторое время обсуждали дальнейшие планы, а затем с прогулки явились Ельда и Ойсо.

— Дядя Костя! — обрадовался блондинистый голубоглазый мальчишка, завидев меня. — Ты пришел!

— Ойсо! — грозно рыкнула Ельда, но пацанёнок уже не слушал мать. Разбежавшись, он прыгнул мне на шею.

— Совсем огромный стал, — деланно закряхтел я, приподнимая мальчика. — Какой бычара растёшь!

— А ты принёс то, что обещал? — довольно спросил мальчик.

— Конечно, — кивнул я. — Но ты помнишь, что ты сперва должен показать?

— Конечно!

Освободившись от моих объятий, мальчик замер, закрыв глаза. Секунда, другая, третья — и все присутствующие ощутили Закон Меча первого ранга. В десять, мать вашу, лет! Меня называют чудовищем все те, кто знает мой возраст и настоящую силу, и глядя на этого ребёнка, я начинаю понимать, почему. Если в их глазах я так же выделяюсь, как он — то их удивление и зависть вполне объяснимы.

Пацан был лишь Коснувшимся, причем очень слабым, так что давление Закона не продержалось долго — мальчик был ещё лишь в начале пути, но господи — я знаю немало практиков сферы Небес, что до сих пор на втором ранге Закона, а тут!..

— Когда ты успел этому научиться?! — удивлённо нахмурился Андо.

— Меня дядя Костя научил. И показал, как сражаться! А ещё я слышал, как мама обсуждала с дядей Лайром, что дядя Костя — монстр меча, непобедимый в своей сфере развития! И что даже папа слабее дяди Кости! — заявил пацан. — Но это, конечно, глупость. Мама просто не знает, какой папа сильный. Ведь папа сильнее тебя, дядя Костя? — повернулся ко мне малыш.

В глазах ребёнка родители — боги. И кто я такой, что бы идти против веры мальчика?

— Конечно! — улыбнулся я. — Твой папа — самый сильный маг, который однажды станет самым главным в Клане Луны и будет править всем миром! Но это не меняет того факта, что он зануда, правда? — подмигнул я пацану.

— Ещё какой, — деланно грустно вздохнул пацан.

— Ах так! — возмутился Андо, лёгким движением пальца отвешивая сыну телекинетический подзатыльник. — Мы с тобой ещё поговорим об этом, молодой человек! Так позорить отца перед гостями!

— Держи свой подарок, — прервал я семейную разборку. — Это...

Внезапно меня охватило странное, сюрреалистическое чувство, что шепнуло мне — измени свой дар. И я, не успев толком осознать произошедшее, послушался этого чувства.

— Держи, малыш, — снял с пояса я Меч Огларского Ополченца. — Когда-нибудь, когда ты станешь взрослым, твой клан подарит тебе оружие получше. Но пока — носи этот меч, до сферы Звёздного Короля он послужит тебе верой и правдой.

— Ух ты! — восхитился малец. — Но... Это ведь твоё личное оружие, дядя. А как же ты?

— Твой дядя сильный и богатый, — улыбнулся я. — Он найдёт себе ещё лучше. Ты же — пользуйся. Помни, Ойсо — не меч в руке делает тебя воином, а сила духа и готовность встречать лицом к лицу любые беды. Люби отца и мать, и всегда помни, что они любят тебя. Клан, друзья и всё прочее — ерунда. Вырасти сильным, Ойсо, ибо я провижу — грядёт день судьбы твоей, и тогда этот меч тебе понадобиться.

Я не мог объяснить, что на меня нашло. Просто в какой-то миг я ощутил ветер приближающихся перемен — и этот ветер шепнул мне, что это последняя моя встреча с парнем. Не потому, что он или я погибнем — а словно бы потому, что после этого что-то в нашей жизни очень сильно переменится. Под встревоженными взглядами присутствующих я лично опоясал пацана и потрепал по голове. Что-то в его взгляде неуловимо переменилось, и я внезапно осознал — в отличии от остальных, он понял меня. Понял даже возможно лучше, чем я сам себя понимал.

— А если в день моей судьбы мы встретимя? — спросил меня малыш.

— Я надеюсь, что ты будешь крепко сжимать в своей руке меч и помнить мои слова, Ойсо, — ответил я. — Это будет лучшее, что ты сможешь сделать для меня.

— О чём ты говорил? — спросил встревоженный Андо, когда мы оказались на улице. — Что за ерунду ты нёс моему сыну?!

— Я не знаю, брат. Но у меня такое чувство, что скоро грянет буря перемен, и мы с тобой бессильны что-либо изменить, брат. И ключом к ней будет твой сын. Можешь верить, можешь нет — но пытаться уберечь его смысла нет. Просто... Научи его тому, что значит быть взрослым. А пока — выбери четверых человек, что отправятся с тобой. Я соберу людей со своей стороны.

— Как раз об этом — я хотел предложить взять людей из моего клана, — предложил Андо. — Сам понимаешь, уровень подготовки Легиона, конечно, высок, но в сравнении с Лунным Кланом...

Байцай при этих словах оскорблённо нахмурился, но я положил ему руку на плечо, не давая заговорить.

— Не злись, здоровяк, — попросил я его. — Андо, пойми меня правильно — твои бойцы из Лунного Клана в первую очередь будут преследовать цели твоего клана. А дружба-дружбой, но я выбивал эти квоты не для того, что бы усилить твой клан. Ты — мой брат, и ради тебя я на всё готов, но твои родственники — абсолютно левые для меня люди, никакого доверия с моей стороны не заслужившие.

— Я знал, что ты так ответишь, — улыбнулся он. — Ответь ты иначе, я бы разочаровался.

— А зачем спрашивал? — не понял я.

— Что бы потом, когда я сообщу об этом плане,