Главный наследник НЕ скрывает свою силу. Том 3 - Оро Призывающий

ближайшее тело и тыча пальцем в мою сторону. — Вот он.

За его спиной маячил перепуганный Виктор с перебинтованной рукой; при виде меня он чуть вздрогнул, но тут же напустил на себя брезгливое выражение.

— Кажется, с ним уже разобрались, дядя.

— Я и сам вижу, — Медведев непонимающе оглянулся. — Тёмный, как обычно, оказался пустышкой. А такой спектакль на сцене развернул…

На старуху он глядел почти без удивления. Знал, что ли, о пристрастиях? Или просто привык к творящемуся за ширмой приличия знатных аристократических домов? А вот раскиданные по полу тела, кажется, слегка, смутили его.

— Кхм, — старуха злобно прокашлялась, уставившись на него.

— О! — учтиво кивнул Медведев, перешагивая через ещё одно тело. — Прошу прощения, госпожа Рюдзин, что вмешиваем вас в это, просто у нас с тёмными была… определённая договорённость. Не поймите неправильно, просто Виктор хотел понравиться одной из ваших учениц… кстати, где она? — он слегка обернулся, будто ожидая, что та, о ком он говорит, выскочит из-за Обелиска.

— Что тут вообще… — пробормотал Виктор.

— Тише, — отрезал Леонид. — Что тут творится — дело уважаемой госпожи Рюдзин, а не твоё.

Я злобно поглядел на старуху. Нет, так мне точно не дадут сегодня попасть к Теонору и вдоволь насладиться, потоптавшись по его лицу кулаком.

— И чего ждём? — сухо заметил я. — Ты же понимаешь, что они тоже не последние. Сейчас заявится ещё кто-нибудь; не может быть, чтобы не заявился.

В глазах у Рюдзин мелькнула какая-то отчаянная безумная искра.

— Да не могу я! — исступлённо, едва ли не в истерике заорала она. — Он ещё не зарядился!

Я внимательно поглядел на Обелиск.

— Что-то не вижу здесь индикатора, — слукавил я. Индикатор-то я видел, вот только хотелось услышать версию старухи.

— Состязание! — кажется, она уже не слышала меня, изливая вопль души. — Состязание на сцене должно было его зарядить! Но тот идиот, что выступал первым, разбил статую, и тем самым нарушил магическую печать!

Ага. Кажется, сходится с тем, что я узнал, находясь в Оттиске. Обелиск заряжается использованием Силы. Я взглянул наверх; там, ближе к третьему этажу, верхушка строения уже начинала тихо светиться. Значит, почти. Минута-две — и засветится весь Обелиск.

Медведевы ошалело смотрели на доведённую до безумия старуху; впрочем, недолго. Ещё два удара уложили их рядом с Орловым и Аннабель.

— Ага, — злобно раздалось от двери буквально в ту же секунду. — Вот дочь этого японского урода. Нахальный действительно позаботился об охране; теперь мы позаботимся о ней…

Я застонал и повернулся к Рюдзин.

— Этих можно бить сразу, — предупредил я, кивая на влетающих в помещение Суворовых. — Без разговоров. Я серьёзно.

Старуху не нужно было просить; раскалённая до предела, она встретила Суворовых тремя ударами, и тел на полу прибавилось. Тому, кто решился бы войти в помещение следующим, пришлось бы долго перешагивать через них.

Впрочем, первые двое — принц и Аннабель — уже начинали медленно шевелиться, приходя в себя. Вот чёрт. Если это затянется ещё немного, Теонор и старуха могут решить, что всё идёт не по плану, и тогда я упущу свой шанс.

— Гляди, — кивнул я Рюдзин, — Обелиск светится. Может, уже начнёшь?

— А тебе что, не терпится попасть туда? — огрызнулась она. — У хозяина тебя вряд ли ждёт что-то хорошее.

— Уж явно лучше, чем нудные речи и этот цирк, — парировал я.

Бормоча проклятия, старуха уставилась на Обелиск. Тот и правда уже светился, словно раскалённый, и чуть гудел.

— О-отлично! — провозгласила Рюдзин, пытаясь взять себя в руки и вернуть инициативу. — Плевать на всех и на всё. План в силе, и…

Достав откуда-то из вялого декольте крошечный ножик, она резанула себя по ладони — и приложила её к узору на Обелиске; тут же сбоку от сооружения медленно начал раскрываться портал; отлично! Я ощутил лёгкое возбуждение под ложечкой. Ещё немного, ещё…

Достаточно.

Портал раскрыт; и, как я убедился, открыла его именно старуха. Значит, Теонор не сможет закрыть его с той стороны, даже если и наблюдает.

А значит, Рюдзин мне больше не нужна. Осталось только дождаться нужного момента, и…

Сломанная дверь скрипнула.

— Интере-е-есно, — медленно протянул старик Горыныч, оценивающе обводя взглядом зальчик с Обелиском и разбросанными по нему телами. — Очень интересно.

Я лишь покачал головой.

— А у тебя какая причина сюда явиться? — поинтересовался я.

Старик пожал плечами.

— Да, в общем-то… никакой. Но что я, буду сидеть на месте, если к вам сюда уже чуть ли не половина зала пришла?

Рюдзин вспыхнула; оторвав руку от Обелиска, она быстро направилась к Горынычу…

А вот и нужный момент.

Пара столовых ножиков вжикнула, моментально разрезая верёвки. Мгновение — и я уже был на ногах.

— Не так быстро, — заметил я.

Удар в лоб. Ну, конечно же.

— Серьёзно? — уточнил я, играючи уходя от удара. — Одиннадцатый раз за это время, один и тот же приём! Да я его уже наизусть выучил!

— Типично для тебя, Рюдзин, — хмыкнул Горыныч. — Опираться на чистую силу, забыв про тактику. Не правда ли?

Рюдзин затравленно переводила взгляды с меня на него — затем быстро шагнула к Обелиску.

— Вы опоздали, — выкрикнула она. — Плевать на всё. Процесс запущен.

Вокруг каменного столба медленно разливалось золотое сияние; одновременно с этим я видел, как начали исчезать и первые морщины на лице старухи

Я задумчиво поглядел на портал. Может, прыгнуть туда, и дело с концом?

— Красавица, правда? — Горыныч причмокнул языком.

— Что?!

— Я говорю, — пояснил он, — что сейчас у нас с тобой, вдвоём, есть неплохие шансы. Но если эта знойная азиатская красотка вернёт себе молодость, то я пас — остановить эту силу я не стану даже пытаться.

Я пожал плечами.

— Тогда атакуем.

Старик говорил правду; я буквально кожей ощущал, как каждая секунда возвращает старухе не только внешнюю молодость, но и Силу. Оставить её позади и уйти в портал? Наверное, я мог бы, но опыт подсказывал, что это не лучшее решение. От удара в спину никто не застрахован.

— Давайте, подходите! — старухе на вид было уже не больше пятидесяти лет; она широко улыбалась. — Рискните здоровьем.

Мы переглянулись; краем глаза я отметил, что уже половина лежащих на полу тел открыла глаза и шевелится. Затем, не тратя времени, мы атаковали: я выбросил чёрные щупальца и запустил несколько предметов из столового набора; Ратибор просто метнулся вперёд, его кулаки запламенели красным…

Золотое сияние сверкнуло — и обрушилось на нас, отбрасывая назад; грохот, звон металла, фигура Горыныча, улетающего к стене. Шевеля обрубками щупалец, я