Энн Криспин - Хэн Соло и все ловушки рая

   Оканор назвал сумму.

   Хэн подарил старику взгляд оскорбленной в лучших чувствах невинности и потянулся, чтобы сгрести награбленное обратно в рюкзак.

   — В Колене живет один парень, который душу продаст, лишь бы одним глазком полюбоваться на такое богатство. Пойду-ка я лучше к нему, чего я здесь время теряю? — он взял со стола резной бивень банты с Татуина.

   Оканор поспешно назвал другую сумму, повыше. Хэн молча принялся складывать товар в рюкзак. Старик вздохнул так, будто этот глоток воздуха был последним в его жизни, и назвал сумму, значительно превышающую первые две, вместе взятые.

   — И больше не дам! — торопливо добавил он. Хэн покачал головой.

   — Мне нужно на пять тысяч больше. Как минимум. Скупщик взялся за сердце, с досадой наблюдая, как исчезают со стола сокровища. Когда Соло взял последнюю фигурку из живого льда, Оканор взвизгнул:

   — Нет! Не надо! Ты меня убиваешь! Ты меня рашо-ришь!!! Йенош, мальшик мой, ты ше меня беш штанов по улише пушкаешь! Как ты мошешь так поштупать шо штариком?

   Соло хищно оскалился.

   — Легко! Я знаю, что мне нужно, отлично представляю, сколько стоит товар, и меньше не возьму,— он взглянул старику прямо в глаза.— Скажу честно, Оканор, я просто не могу взять меньше. Я потрачу эти кредитки на кое-что особенное. И если все получится, ты меня больше никогда не увидишь. Завяжу напрочь.

   Оканор кивнул.

   — Ты рашрываешь мне шердше, Иданиан. Я шоглашен.

   — Хорошо,— сказал Хэн и вынул добычу обратно. Он вышел из лавки с довольной ухмылкой на физиономии, в потайном кармане лежали документы и банковский

   аккредитив. Путешествовать юный кореллианин собирался под другим ИД, а золотую фигурку паледора — спрятать в только ему известном месте. Никогда не вредно оставить что-нибудь про запас. На всякий случай...

   Думая о кредитках Оканора, которые будут ждать его в столице, Хэн, насвистывая, шагал к станции.  * * *

   У ворот особняка Таренов обнаружился небольшой спортивный флаер, повисший над вымощенным двором, а в гостиной — молодой человек, с которым беседовали госпожа Тарен и Павик. Увидев Хэна, хозяйка дома скисла. Видимо, надеялась, что он уже убежал с фамильным серебром.

   — Привет! — сказал Хэн.— А где Бриа?

   Молодой человек оглянулся. Наверное, годом или около того старше Хэна, приятный, одет для полуденной партии в мяч.

   — Здравствуйте,— сказал он приветливо и протянул руку.— Я — Даэль Леваре, а вы...

   Он прищурился и, прежде чем Хэн успел открыть рот, воскликнул:

   — Минуточку! То-то думаю, я видел вас раньше! Таллус Брин, верно?

   Пилот так и не придумал проклятия, достойного ситуации, поэтому лишь ухмыльнулся и помахал ладонью в воздухе.

   — Привет, рад встрече.

   — Таллус Брин? — отрывисто переспросил Павик Тарен.

   — Но его же...— Сэра Тарен замолчала, когда ее сын без всяких церемоний и учтивости толкнул ее локтем.

   Крепко сжимая ладонь Хэна, Даэль Леваре остался единственным, кто пребывал в неведении.

   — Такая честь! Я до сих пор помню тот день, когда вы побили рекорд, да еще пролетели сквозь туннель на Столовой горе, а не поверх него! Все считали, что вы человек конченный, но вы им всем нос утерли! — Он повернулся к Павику.— Ты что, не узнал его? И он — новый поклонник Брии? Чемпион всей Кореллии! Ваш рекорд до сих пор не побит, Брин. А можно называть вас по имени?

   — Можно и по имени...

   Вот на этот раз в погребе кишмя кишат врелты...

   Как нельзя кстати вошла Бриа. Хэн попытался перехватить ее взгляд и предупредить, но все внимание девушки было обращено к новому гостю.

   — Даэль! А ты что здесь делаешь?

   — Меня пригласила твоя мама. Неплохо выглядишь, Бриа. Я так рад, что твои злоключения окончились благополучно, да у тебя еще такое сопровождение! Я хотел пожать этому человеку руку с тех пор, как он выиграл прошлогодний чемпионат.

   Бриа оглянулась на мать:

   — Ты его пригласила, мама? Как мило...

   Хэн не пропустил металл, зазвеневший в голосе Брии, и виноватое выражение на лице Сэры Тарен. Ясно, сердито подумал кореллианин. Мамочке захотелось, чтобы доченька сравнила меня с богатым отставным женихом и постановила, что я — низкопробный шут.

   — Ну да, дорогая... Я подумала... а почему бы Даэлю не пересказать тебе последние новости о вашей компании? У него получилось бы лучше, чем у меня,— нервно защебетала Сэра Тарен.

   Бриа поджала губы, постояла, что-то взвешивая в уме, и с улыбкой повернулась к бывшему приятелю.

   — Очень мило с твоей стороны заскочить к нам. Может быть, как-нибудь пообедаем все вместе. С кем ты нынче встречаешься? — девушка ненавязчиво подталкивала Даэля к выходу.

   Хэн улыбнулся про себя. Ловко девочка, это ты очень ловко.

   — С Сулен Белое,— не стал запираться молодой человек.— Она придет в восторг от знакомства с Таллусом. Она с ума сходит по гонкам на свупах.

   — Тал...— Бриа осеклась и тут же рассмеялась.— О да, она всегда была сорвиголовой!

   Девушка бросила лукавый взгляд на Хэна.

   — Придется хорошенько присматривать за тобой, верно, Таллус? Сулен Белое потрясающая девчонка и никогда не могла устоять перед свуперами.

   Хэн продолжал держать улыбку. Здорово, просто здорово. И чем дальше, тем хуже.

   — За нами, гонщиками, нужен глаз да глаз. Мы живем ради риска.

   Почти вытолканный за дверь Даэль Леваре расхохотался, будто Хэн сказал нечто чрезвычайно умное.

   — Я позвоню. Рад знакомству с вами, Таллус!

   — А уж я как рад.

   — Не забудь позвонить,— Бриа захлопнула за бывшим поклонникам дверь и прислонилась к ней.

   В комнате повисло напряженное молчание. Хэну ни разу не доводилось слышать столь глубокого молчания, даже когда выходил в скафандре в вакуум. Он посмотрел на Брию, на Павика, на Сэру. Все трое мрачно разглядывали его. Хэн откашлялся.

   — Пойду-ка я пройдусь,— возвестил он.— Глотну свежего воздуха.

   И, не встречаясь ни с кем взглядом, он вышел.  * * *

   Сначала Брии хотелось кричать, затем плакать, но она сдержалась. Ситуация раскалилась, и истерикой делу не поможешь. Девушка расхаживала по туалетной комнате своей матери. Павик сидел на кушетке, размахивая руками, и кричал. Мама устроилась в обтянутом розовой парчой кресле, чередуя задушенные восклицания «О нет!» и «Бриа, твой брат прав, мы должны ЧТО-ТО делать!»

   — Ты же слышала собственными ушами! — вопил Павик.— Он отрицал, что когда-то был гонщиком, он назвался чужим именем! Хэн Соло, как же! Кто знает, как его зовут на самом деле?

   — Прекрати! — не выдержала Бриа.— Это его настоящее имя!

   — Тогда почему чемпионом записан Таллус Брин? — язвительно возразил брат.— Не может же он быть двумя разными людьми одновременно? Да пойми же, сестренка, если парень использует чужие имена, то ему есть что прятать! А ты приводишь в дом этого проходимца да еще хочешь, чтобы мы встретили его с распростертыми объятиями, потому что ты так сказала?

   — О нет! — Сэра Тарен занялась любимым делом, она вновь заламывала руки.

   Бриа закусила губу, чтобы не заорать благим матом

   — И вот еще что,— продолжал Павик.— Я тут порылся в памяти. Таллус Брин — не единственный псевдоним твоего дружка. Тот случай, о котором я говорил, он произошел три года назад. Этот ловкач был тогда сопляком, а называли его все Кейлом Гаррисом. Сын Бенадара Гарриса, помните такого? Он еще продавал тем летом акции

   богатого рудника на астероидах, а потом выяснилось, что все это сплошное надувательство. Жульничество.

   Бриа помнила.

   — Ну а Хэн здесь при чем? Не он же торговал акциями...

   Павик воздел руки к потолку.

   — Сестричка, ты что, забыла, как родители кое-кого из наших знакомых чуть было не разорились дотла после покупки фальшивых акций? — он фыркнул.— Вся семейка этого Гарриса — шайка жуликов и аферистов. И твой новый дружок не лучше их!

   — Какой ужас! — вскричала Сэра Тарен.— Нужно что-то делать!

   Брат с сестрой привычно не обратили на мать никакого внимания.

   — Но Хэн был тогда совсем мальчишкой,— с трудом сдерживая слезы, произнесла Бриа.— Как он может быть в ответе зато, что делали его родители?

   — Нет у него никаких родителей! Он сам говорил!

   Бриа обожгла брата яростным взглядом.

   — А ты не подумал, что он сам мог отказаться от них после той аферы? Хэн — хороший парень. Ему нелегко пришлось в жизни, чтобы выжить, он совершал поступки, которые ему не по вкусу. Но сейчас он переменился, я знаю! Он старается исправиться, что-то сделать с собой, а ты ему не даешь даже шанса!

   Брат опять презрительно фыркнул.

   — Если те люди вообще были ему родителями! — сказал он.— Сестренка, не обманывайся его чарующей улыбкой! Ну, спас он тебя, ну и что? Пойми, этот парень, возможно, закрутил с тобой романчик именно потому, что отлично знает, что у папы куча денег!