К. Джетер - Войны охотников за головами-1: Мандалоpский доспех

— Он досаждал всем больше, чем имел на то право, — заявил Нуллада.

Фетт вяло подумал, что Жиета, наверное, заслужил подобную эпитафию. И большего не дождется, потому что хатты на редкость несентиментальны. И если покойный оставил после себя какое-то имущество (наемники достались ему по дешевке, так что от денег, полученных из системы Наррант, остался солидный куш), то собратья-панцирники немедленно займутся дележкой. И самый жирный кусок, несомненно, получит Нуллада.

По распоряжению престарелого хатта два наемника беспрекословно вытащили из-под завала всеми забытое и никому не нужное тело Оф Нар Диннида.

— Какая жалость, — сказал Нуллада с искренним, хотя и немного хищным сожалением. — Вот что получается, когда не сдерживаешь эмоций. А ведь если бы мы тщательно и с интересом изучили содержимое его головы, получили бы много больше.

Боба Фетт не слушал древнего панцирника. Под пристальными взглядами Зукусса и ИГ-88 — хотя оружие парни держали дулами вниз — он осторожно уложил Д'хархана на пол. Лазерная пушка вздрогнула, царапнула пол и замерла. Ладонь в черной перчатке нашарила голосовую деку. Грудь, пробитая в нескольких местах, поднималась и опускалась короткими неравномерными толчками, пока Д'хархан одним пальцем набирал слова. Боба Фетт опустился возле киборга на колено и взглянул на экран.

НЕ СЛЕДОВАЛО… ДОВЕРЯТЬ ТЕБЕ…

— Верно, — согласился охотник. — В этом была ошибка.

ТЫ НЕ ПРАВ…

Палец двигался мучительно медленно. К потускневшему металлу пушки прилип обожженный лепесток.

ЭТО БЫЛО… МОЕ РЕШЕНИЕ…

Фетт промолчал. Рядом с Д'харханом ему всегда хорошо молчалось. Он стал ждать завершения непроизнесенной фразы.

ТЕПЕРЬ Я… МОГУ ОТДОХНУТЬ… НО ТЕБЕ…

Обтянутый черной кожей палец перебирался от буквы к букве.

ТЕБЕ ПО-ПРЕЖНЕМУ… ПРИДЕТСЯ… ЖИТЬ ДАЛЬШЕ…

Рука упала, ударившись о мозаичный пол. Ни дыхания, ни пульса; спустя несколько мгновений Боба Фетт протянул руку и отключил последний из контроллеров лазерной пушки. Красный огонек индикатора погас.

Охотник поднялся с колен, повернулся к остальным.

— Здесь мы закончили, — произнес Боба Фетт мертвым голосом. — Теперь можем идти.

Зукусс посмотрел в глаза старому ящеру — узкие щелочки зрачков. И произнес: — Все случилось именно так, как вы и хотели.

— Хорошо, — Крадосск неторопливо кивнул, отворачиваясь. — Я так и думал.

Могу спорить… подумал ганд. Ему не нравилось находиться в личных покоях главы охотничьей Гильдии, просто мурашки бегали по коже. Именно здесь Крадосск втянул Зукусса в свой маленький заговор. Именно здесь ганду не в первый раз в голову пришла мысль, что трандошаны с полным на то основанием могли считаться толстокожими. В прямом смысле этого слова. А под этой броней неистовый аппетит — основа их неистового темперамента.

И сейчас все свидетельства были налицо. Сейчас, когда Зукусс в деталях пересказал старому ящеру все, что произошло на Циркумторе.

— Ты видел? — потребовал Крадосск подтверждения. — Ты видел, как его подстрелили?

— Прямо в грудь, — отозвался Зукусс. — И он не поднялся.

В его собственных жилах стыла кровь от улыбки на морде Крадосска.

— И ты сразу пришел сюда? — глава Гильдии не повернул головы, продолжал бездумно перебирать причудливые сувениры из кумирни. — Как только приземлились?

Сувениры были желтовато-белые, тонкие и изогнутые. У Зукусса болезненно заныли свои ребра, как только ганд сообразил, чем эти штуки были раньше.

— Ты ни с кем другим не разговаривал?

Трубки дыхательного аппарата качнулись из стороны в сторону.

— Ни с кем. Таков был ваш приказ. Когда… ну, вы знаете… когда поручили мне это задание.

И Зукусс до сих пор жалел, что согласился. Несмотря на то что вернулся с Циркумторы с относительно целой шкурой, отделался лишь синяками и шишками. Он заключил соглашение с тем, кто послал практически на смерть лучших охотников Гильдии, лишь бы избавиться от собственного сына, и теперь чувствовал себя несколько неловко. Может быть, Боба Фетт прав? грустно размышлял ганд. Может быть, я не гожусь в охотники за головами?

— Я рад, что ты выполняешь приказы, — Крадосск поднес одну из костей к слабеющим глазам; на отполированной поверхности ребра было выцарапано имя давно почившего в бозе соперника. — Я даже потрясен твоей… преданностью. И умом. Эти два качества непременно помогут тебе пережить грядущие трудные времена.

Ящер тяжко вздохнул, опуская кость — напоминание о минувшей славе, — и уставился вдаль.

— Как бы мне хотелось, чтобы мой сын обладал этими качествами. Или скажем иначе… — он повернул голову и скосил желтовато-мутный глаз на молодого охотника. — Если бы такой, как ты, был моим отпрыском.

Вот утешил, подумал Зукусс, воздерживаясь от демонстрации каких-либо эмоций. И очутиться в гробу, как только на тебя накатит новый приступ паранойи? Нет у ж, спасибочки…

— Помяни мои слова, — изогнутые когти Крадосска сжали кость, словно палицу, пригодную, чтобы крушить головы вероотступников; низкий рокочущий голос, на тон ниже, чем обычно, хорошо соответствовал мрачному оскалу на морде трандошана. — Если бы прочие охотники твоего поколения были такими же умными, как и ты. И так же, как ты, уважали мудрость старших. Сколько неприятностей и бед можно было бы избежать… Но у них всех… у них свои понятия, — последнее слово ящер прорычал, как ругательство. — В точности как у моего сына. Поэтому так важно было его уничтожить, понимаешь? И таким способом, чтобы никто не заподозрил моего участия. Таким способом… подальше от дома, среди умных и жадных тварей, как хатты-панцирники… чтобы его гибель казалась результатом его собственной глупости и некомпетентности… И новых идей, — Крадосск ощерился. — Старые способы всегда лучше и надежнее. Особенно когда речь идет об убийстве.

— Это точно, — поддакнул Зукусс едва слышно.

— Ты что-то сказал? — Крадосск посмотрел на него. Ганд покачал головой.

— Воздушный пузырек, — пояснил он, указывая на трубки, болтающиеся, словно усы, по обеим сторонам его морды. — Иногда бывает.

— А, вот оно что… — трандошан вновь вернулся к созерцанию кости давно умершего врага, погружаясь в вялые бессвязные размышления. — Нужно помнить о таких вещах. Чтобы быть мудрым… или, что гораздо важнее, — быть хитрым. Потому что… — он неторопливо кивнул своим мыслям, -… прежде чем все наладится, придется убивать и убивать.

— Что вы хотите сказать?

Собственно, ответ Зукусс уже знал и спросил лишь для проформы. Старый хищный хрыч хотел побеседовать, так пусть говорит. Элементарная вежливость, к тому же ни кредитки не стоящая. Кроме того, назревало событие, о котором Крадосск не подозревал. Из тех, к которым требуется некоторая подготовка.

Он услышал легкий шум у дверей. Оглянувшись через плечо, ганд увидел управляющего. Тви'лекк вечно шнырял по всей Гильдии по своим и чужим сугубо секретным делам. Об Фортуна перехватил взгляд Зукусса и приложил длинный палец к губам, призывая к молчанию. Ганд украдкой покосился на трандошана. Старик был по-прежнему погружен в размышления и ничего не замечал вокруг. Зукусс с тви'лекком опять обменялись торопливыми кивками, и управляющий заторопился прочь, в путаницу темных коридоров жилого комплекса.

— Не время для глупых игр…

Желтоватая хрупкая кость раскололась на две половинки, по одной на каждый кулак Крадосска. Трандошан сердито и удивленно уставился на дело собственных лап, затем отшвырнул обломки. Поглядел на Зукусса.

— Не пытайся уверить меня, будто глуп и не понимаешь, что творится вокруг.

— Н-ну…

— Босск был первым из тех, кого следовало убрать.

В трещинах чешуи застрял мелкий осколок кости. Трандошан вынул его и принялся ковырять им в зубах, кивая в такт собственным мыслям.

— Будут и остальные, список я уже составил.

Вот уж не сомневаюсь, мысленно согласился Зукусс.

— И не все они молоды и безрассудны, — Крадосск с интересом изучил извлеченный кусочек мяса на конце импровизированной зубочистки затем вдумчиво продолжил процесс. — Кое-кто из самых почтенных и доверенных лиц… охотники за головами, которые не один год пьют нашу кровь… как говорится.

Выражение его морды было жестоким.

— Следовало, конечно, предвидеть… но как я мог? Я любил этих убийц.

— Что предвидеть?

И на этот вопрос был известен ответ, но если спросить, дряхлый ящер поговорит чуть подольше. По подсчетам Зукусса, тви'лекк-управляющий еще не закончил обход.

— Предатели… только и ждут, только и думают, как бы воткнуть нож в спину… — утробный рык как будто рождался в самом низу живота. — Вот что получаешь взамен, когда хочешь быть к кому-то добрым. Подбираешь их сопливыми кутенками, которые даже не знают, с какой стороны вцепиться в добычу, если не поднести им ее перевязанной ленточкой с бантиком… пестуешь их… учишь… Я обучил большинство членов Гильдии всему, что они знают и умеют теперь.