Повелитель теней #6 - А. Никл

на миллион блестящих крупиц. Однако они не упали в траву, а повели себя весьма неестественно и чересчур… скоординированно. Едва заметным шлейфом они потянулись на запад, переливаясь под лучами солнца.

— Человек-хозяин-друг, классно, да? — спросил Крабогном.

— Очень, — он так радовался своей победе над змеюкой, что я не стал его расстраивать. — Ты самый классный Крабогном в Российской Империи.

Он счастливо пискнул, обнял меня за ногу и побежал в деревню. Вдалеке уже мигали сигнальные красно-синие огни и выла сирена — я подождал скорую, помог загрузить Леру в машину, приставил к ней Тень в качестве охранника и остался, чтобы поговорить с полицейскими. Мои показания были довольно невнятными. Где жители деревни? Их убили? Не знаю. Вероятно, убежали в лес и спрятались в чаще. Рассказать о Марене я не мог. Кто напал? У вас есть враги? Не знаю, спросите моего фамилиара. А с врагами… Ну как бы сказать. Конечно же нет! Вся эта тягомотина растянулась на несколько часов. Полицейские хотели организовать поисковые работы — обыскать лес, найти и допросить жителей Северных Гребешков, — но я включил наглого высокомерного аристократа и фактически прогнал их из деревни. Как ни печально, но аристократия могла себе такое позволить. Особенно, если дело касалось их вассалов. Мои слуги — делаю с ними, что хочу. Сбежали — ну, значит, пусть в лесу и остаются, а вы, дорогие полицейские, валите подобру-поздорову.

Выпроводив их, я поторопился в Храм Марены, и, как только переступил его порог, ритуальный алтарь вспыхнул ярко-белым светом и в его центре открылся портал, из которого начали выходить деревенские жители. Они с опаской выходили на улицу и, увидев последствия развернувшегося в Северных Гребешках сражения, причитали. Однако они были людьми закалёнными тяжёлой жизнью и прагматичными, поэтому быстро успокоились и принялись всё восстанавливать. Осунувшаяся Вера подошла ко мне и тихо-тихо спросила:

— Она выживет?

Я подключился к Тени, которая ехала вместе с Лерой в карете скорой помощи, и через секунду ответил:

— Да, выживет. Врачи о ней позаботятся. Руку восстановить не удастся, но Лера выкарабкается.

— Хорошо, — Вера, всхлипнув, уткнулась мне в грудь и обвила меня руками за пояс.

Я посмотрел над её плечом на Марену и уточнил:

— Сколько у меня времени?

— Я усыпила Машу три часа назад. Она проснётся около полуночи.

— Хорошо, последи, пожалуйста, за ней, я вернусь к девяти.

Вера была сильно потрясена ранением сестры, из-за чего впала в некое подобие ступора, когда человеку ничто не интересно и ни на что нет сил. Она не реагировала на внешние раздражители, на вопросы отвечала отстранённо и двигалась словно в замедленной съёмке. Я отвёл её в дом и попросил жену старосты, милую, слегка согбенную старушку, присмотреть за ней. Потом я позвонил Андрею, главе Ронинов, и попросил об услуге — требовался новый артефакт для ритуала. Тот, что я заказал, у меня забрали Виктория и Психотроник. Изнанка его знает, где он находится сейчас, — дольше искать, чем купить новый. Андрей пообещал доставить артефакт духовочной курьерной службой в течение сорока минут. Чтобы не тратить время попусту, я решил хотя бы поверхностно оценить нанесённый Гребешкам ущерб.

В целом всё было не так страшно, как показалось на первый взгляд. Всего два разрушенных до основания дома, остальные — слегка задеты. То крыльцо снесено, то крыша перекосилась. Достаточно незначительного ремонта. Как выяснилось, разруху устроила вовсе не змеюка, а подопечные Крабогнома — когда жители деревни спрятались в Храм, монстры воспользовались случаем и пробрались на огород с Ведьминой Отравой. Запретный плод сладок, ага. Наелись они от души, а потом услышали, как на окраине Северных Гребешков буянит змеюка и попытались начистить ей рожу. Я задумался — какой же мощью обладает эта тварь, если её не смогли одолеть монстры, усиленные Ведьминой Отравой? А реки крови натекли из раны укушенного Василиска — он тогда был в огромным, соответственно и крови в его организме в тот момент было очень много. В общем, если подводить итоги, то — всё выглядело ужасно, однако на самом деле было вполне терпимо. Все выжили, деревня быстро отстроиться, а Лере я организую крутой магический протез, не отличить от настоящей руки.

Телефон завибрировал, я провёл пальцем по экрану и поднёс его к уху:

— Алло?

— Откроете доступ в вашу духовку?

— Да, конечно, говорите адрес, откуда будете телепортироваться.

Андрей, как и всегда, выполнил обещание — артефакт мне доставили в лучшем виде. Я собрал все ингредиенты, которые были нужны, вернулся в Храм, и Марена перенесла меня в Изнанку. Маша лежала на матрасе в углу пещеры. У неё было умиротворённое выражение лица — на секунду я даже засомневался, а точно ли так необходим ритуал стирания памяти? Раздражённый на самого себя и глупую беспочвенную надежду, я фыркнул и отогнал лишние мысли. Надо сосредоточиться на ритуале. Я погрузился в медитацию и начал выводить магические символы на каменном полу. Мокошки даже бросили карты и внимательно за мной наблюдали. Символы образовывали полукруг, и я положил Машу так, чтобы её голова и пятки лежали у разных концов этого полукруга. Марена опустилась на колени рядом со мной и погладила Машу по лбу.

— Я помогу, — сказала она. — Но риск, что она потеряет разум, всё равно останется.

— В курсе, — пробормотал я и добавил уже громче: — Ну что, приступим?

Глава 3

Как только я произнёс ритуальные слова, меня перенесло в тёмную комнату, центр которой освещал столб света. На белом пятачке было пусто, вокруг царила тишина, и я не чувствовал в темноте никого или ничего живого. Я огляделся и сделал осторожный шаг вперёд, и пространство вокруг меня заколебалось, пошло волнами и серым шумом. Пол под ногами задрожал, и мне пришлось взмахнуть руками, чтобы удержать равновесие. Столб света стал невыносимо ярким — настолько, что я на несколько секунд ослеп. В буквальном смысле. Моему организму пришлось врубить регенерацию, чтобы восстановить зрение. Что ж, один плюс — я точно понял, что здесь находится моё настоящее тело. Меня телепортировало в пространственный карман, но зачем? Ответ мне дали быстро — в центре освещённого пятна появились полупрозрачные силуэты. Люди и мебель материализовались у меня на глазах. Знакомая обстановка, знакомые амбалы в чёрных костюмах… Меня накрыло осознание — передо мной проигрывалась наша первая встреча с Машей, в аэропорту Москвы. Когда мы оба бежали в