Прозрение. Том 1 (СИ) - Бэд Кристиан

— Ага, вот для этого самого. Методом генной инженерии из тебя вполне можно выделить всё, что необходимо, чтобы создать некий конструкт наследника. Причём состряпать наследника можно довольно быстро. Подходящие клоны, скорее всего, в наличии уже есть. Нужный участок ДНК вводится с помощью вируса, вот тебе и готовый гомункул. Ну, кто бы мог удержаться? — глаза его смеялись.

— Но это же будет тот малоустойчивый конструктивный урод, которого мы изучали на курсах генбезопасности? Проживёт от силы лет десять, даже если его переклонировать… Да и… Разве это не запрещено законом?

— Законом? На таком уровне власти? Заканчивай меня смешить. Наследника извлекли бы, как зайца из шляпы фокусника. А откуда он взялся, и кто будет им управлять — эти вопросы имели бы право задать ровно полтора человека — Локьё да Симмелин.

— Значит, за моей головой охотился Дом Аметиста?

— Причём живой ты им был не нужен. Биоматериал они, скорее всего, достали, и собирались убрать носителя. Зачем им двойник? И я же мог догадаться! Еще тогда, когда выяснилось, что ты похож на Агжелина Энека Анемоосто, как две капли воды. Спецы, сопровождавшие юного эрцога на Ивери, сообразив, что дело нечисто, попытались тебя убрать. В игру вмешался Гендеп, который сам за тобой гонялся, и две разведки — планетарная и армейская. Разведки не знали ничего, по крайней мере, насколько мне удалось это выяснить. Но кипиш заметили и решили поучаствовать. Пока четыре спецслужбы делили между собой твою шкуру, ты и удрал. А я был так зол…

Вот это я помнил. Да, Дьюп тогда просто взбесился.

— А почему? Я-то чем виноват?

Командующий нахмурился, резанул меня глазами, но ответил:

— Я видел, что в тебе есть экзотская кровь. Боялся, что рано или поздно она выйдет тебе боком. А в Доме Аметиста даже стены пропитаны предательством.

— Значит, на Аннхелле меня пытались убрать шпионы всё того же Энека? Ничего себе, благодарность. — Я качнул головой.

— Нет, Агжей. На Аннхелле в дело вступил пятый игрок. Это я не догадался, в чём соль происшествия с Энеком. Но догадался один из кукловодов будущего наследника Дома Аметиста. Дядя Эберхарда, Ингвас Имэ. Тихушечная крыса! Боги уберегли тебя от встречи с ним. Но это он старательно толкал Аннхелл в яму гражданской войны, это его люди раз за разом пытались убрать тебя на Аннхелле. А потом к процессу подключился родной Гендепартамент, действуя руками фон Айвина, что окончательно сбило нас с толку.

— А как ты всё-таки догадался?

— Спецслужбы недаром едят свои пайки, — уклончиво ответил Дьюп. — А про гены твои я задумался, когда наш милейший несговорчивый регент дома Аметиста, свои называют его Реблек, а ты знаешь как Бгоро Тауэнгибера, вдруг отыграл на недавней встрече Домов назад. Как ты понимаешь, именно от дома Аметиста зависело в своё время, сойдёт ли нам с рук история с нападением на Тэрру и убийством эрцога дома Нарья. Они трепетно держали эту карту в рукаве больше двух лет, пристально наблюдая за Локьё…

По моим округлившимся глазам Колин мог бы понять, что ничего такого я не знал, но он на меня и не глянул. Я прикусил губу, чтобы не брякнуть вдруг ничего лишнего. Столько лет меня не посвящали во все эти заковёрные игры…

— Как только Реблек понял, куда клонит синий эрцог, он начал давить на Локьё, выжимая и себе от сделки с совестью лакомый кусок. И вдруг — кинулся на попятную. Локьё так обалдел, что решил посоветоваться со мной. Мы и посоветовались. По всему выходило, что кто-то из дома Аметиста сказал милейшему Бгоро нечто такое про Локьё, что Реблек тут же поджал хвост. Но что? Эрцог не знал, но подыграл, конечно. И я не знал. Но я понимал, Бгоро решил, что у Локьё есть некое оружие против дома Аметиста. Но какое? После смерти Эрзо Локьё здорово подзабросил дела Паска. Неужели всплыло что-то из старых грехов? Я поднял линию наследников Дома и опять наткнулся на этого Агжелина Энека, так похожего на тебя…

Я хотел возразить, что это я на него похож, но Колин не согласился.

— Нет, — сказал он. — Прототип как раз ты. Энек — твоя ухудшенная и слегка поломанная копия. Можешь на досуге сравнить ваши генетические карты. В общем, смотрел я на этого недоделанного наследника, смотрел, и тут меня осенило проверить, а не являлся ли всеми воспеваемый и невинно убиенный Рик Эйбол, внук которого был бы самым верным претендентом на наследство, носителем обоих участков здорового генома?

Дьюп задумался и замолчал.

— И? — рискнул я вернуть его к теме.

— Нет, — он качнул обритой головой. — Носителем он, конечно, не был, но тогда я заметил некоторые другие совпадения в ваших картах. И понял, что если в каком-то банке генов хранится что-то от Рика… Но тут я вспомнил, что НЕ хранится. А вот от его дедушки или прадедушки — запросто. Я покопался и действительно нашёл какого-то двоюродного деда. Потом я добавил в его геном кое-что от тебя, и всё встало на свои места! У Аметиста есть заготовка под наследника. Фальшивый наследник линии Рика Эйбола. Возможно, это даже не клон, а вполне нормально зачатый пацан. Ты им — как кость в горле. Имея твою карту, самоделку спалить легче лёгкого.

— А Локьё знает?

— К сожалению, генкарту дедушки я добывал через него. Он или знает уже, или догадается в самое ближайшее время.

Я покачал головой. Локьё был кем угодно, но не свиньёй, вроде фон Айвина, способной ради политики…

Колин кивнул в такт моим мыслям.

— Сейчас — нет, но тогда, когда он впервые заинтересовался тобой, соблазн был очень велик. Сейчас же, я думаю, что Локьё вообще планирует провести революцию в системе правления Содружеством. Вот только его сыну, Энреку, это совсем не нравится.

— Локьё хочет передать власть сыну? — удивился я. Уж насколько я мало знал историю Содружества, но такого у них раньше точно не было. — Ведь говорили, что это блеф?

— Думаю — нет, — качнул головой Дьюп. — Среди племянников он достойных наследников не видит, зато видит, что трёхвековая система наследования от дяди к племяннику превратила Великие Дома в одну большую кровавую яму. Не думаю, что он блефовал, объявив Энрека наследником. Он хочет этого. И когда военные действия возобновятся… а они возобновятся обязательно, формально передаст ему командование эскадрой (что допустимо по протоколу), а на деле — власть.

Колин, видя, что я совершенно окосел уже от политики, похлопал меня по спине и сказал:

— Ладно, забудь. Вряд ли нам стоит теперь бояться дома Аметиста. Там уверены, что Локьё знает всё, а значит, при его жизни провернуть ничего не удастся. Его жизнь — гарантия твоего покоя. А вот Гендепартамент не утрётся. Твой след потерян, но только на бумаге. Хоть ты у нас и погиб ещё раз…

— А я погиб?

— Ну да, хотелось бы, — усмехнулся Дьюп. — Вот тебе на погоны, — он пришлёпнул мне на здоровое плечо личную карточку. — Это временно. Личность тебе пока подыскивают, но не сидеть же на Кьясне совершенно безродным.

Я распечатал карточку и сунул, чтобы посмотреть что там, в инфопрорезь спецбраслета: «Анджей. Импл-капитан спецона» — вот что значилось на личной номерной идентификационной карте!

Никакой фамилии! Ни-че-го!

Я расхохотался. Так поиздеваться над официальным документом!

Исхудавший до черноты, с красными как у медицинской крысы глазами, Энрек Лоо всё-таки овладел уже зверем в себе.

Он был небрит, мрачен и озлоблен. Полученный в горах Тайэ опыт был пока больше его самого, и иннеркрайта плющило и корёжило.

— Садись куда-нибудь, — буркнул он. — С губернатором надо поговорить.

— А я при чём? — спросил, игнорируя кресло и обнимая Энрека, несмотря на его шипение и ворчание.

Иннеркрайт и на ощупь был словно комок нервов, так он зажал себя.

— Ты же видишь, — буркнул он, отстраняясь. — Я же не могу с людьми. Он начнёт изворачиваться и врать. Я порву эту перекормленную свинью. А потом рвать будет меня!

Энрек отстранился, глаза его лихорадочно блестели.