Железные Рыцари. Терра - Антон Чернов

кстати, заносчивый такой, — фыркнул Эмик, а я чуть не заржал в голос.

Ну как-то слышать «заносчивый такой» от его бронзового зазнайства — ну на самом деле смешно. Впрочем, видимо… ну не знаю, сложно сказать, «скучает» или нет. Всё же ИЛ Инвиктусов — не вполне люди. Но точно не против увидеть знакомых, которых он позиционирует как «опекаемых-подчинённых». Не говоря о том, что Бронзовому явно не слишком комфортно тут, чувствует неопределённость и, естественно, стремится в место, где ему хорошо.

— Не знаю, Эмик. Если от меня это будет зависеть — постараюсь побыстрее вернуться, — честно ответил я.

— Угу, — буркнул Бронзовый и начал пурумпкать тот самый, так мной и не узнанный марш.

И вдруг замер, по синергии проскочила эмоция… не сказать, чтобы негативная, но странная. И пурумпкать он перестал, да и в синергии стал чувствоваться отстранённо. Это… похоже, что Бронзовый на Терре бывал, по крайней мере, реакция дежавю на окружение и марш наталкивает на это объяснение. Впрочем — воспоминаний почти нет, соответственно, и каких-то связей, и последствий. Но факт любопытный. И вообще — надо бы поузнавать, раз уж я тут, а есть ли Инвиктусы на Терре. Потому что пока всё, что мы видели — не Инвиктусы. А по Законам, постановлениям и всякому такому, они — атрибут Благородных Домов, только так и никак иначе.

— Почтенный Кальцес, — обратился я к вулканисту, решив поинтересоваться, раз уж интересно. — А на Терре есть местные Инвиктусы?

— Есть, пилот, — прогудел вулканист и замолчал.

Ну, или узнаю со временем — или покину Терру достаточно быстро, чтоб не успеть узнать. Первое — неплохо, а второе совсем замечательно.

Ну а пока мы думали, платформа остановилась, а глухая стена превратилась в ворота. Вышли мы вслед за вулканистом, а тот торжественно провозгласил:

— Сие технический ангар для Инвиктуса. Ныне и на время пребывания вас во Дворце Императора он предназначен для Инвиктуса Энеуса Эквиса. Я же буду заниматься уходом и обслуживанием.

— Ничего себе так, — прогудел Эмик, оглядываясь.

Было и вправду «ничего» — здоровенный такой зал, с мозаичным полом, колоннами, барельефами. И открытым балконом, с видом на Терру с ощутимой высоты. Балкон, кстати, вполне подходил для старта Инвиктуса, а сейчас был перекрыт не слишком сильным полем — скорее защита от погоды. Которую почему-то называют «непогодой», хотя она очень даже погодная. Но главное, на что мы с Эмиком обратили внимание: по периметру залы, да и между колоннами, проходили медно-красные рельсы. И по ним ездили этакие многофункциональные манипуляторы-инструменты. Очевидно — замена рабочим дроидам и роботам. И — защита. В случае нужды эти манипуляторы-станки-инструменты вполне могут задержать Инвиктус.

Эмик стал деловито обустраиваться, покрикивая на манипуляторы, безропотно выполняющие покрикнутое, к бронзовому удовольствию. А я выдвинул ложемент и увидел направляющегося к лифтовой стене вулканиста.

— Почтенный Кальцекс, а мои ожидающие? А Энеус Эквис? — несколько удивлённо уточнил я вслед.

— Встречающие вас слуги Его Величества ожидают за дверью, — остановившись указал вулканист на небольшие, явно предназначенные для людей, а не инвиктусов, ворота в конце ангара. — Энеус Эквис получил канал доступа и может сообщить о своей технической надобности, буде такая возникнет. И я явлюсь, — заключил киборг и просочился в стену.

— Странный он какой-то, — констатировал я.

— Вулканист, — пожал бронзовыми плечами Эмик и тут же дёрнулся: — Хваталка кривая! Я сказал сделать красиво! А ты что творишь⁈

И стал предъявлять перетензии манипулятору, «некрасиво» пристраивающего Жнеца. Манипулятор покопошился, попробовал хотелки Эмика осуществить, но безуспешно. Возмущённо бурчащий инвиктус отнял у манипулятора Жнеца и принялся, возмущённо бурча, пристраивать его сам.

— Всё самому делать приходится! А вокруг — или дурачьё криворукое, или враги. Враги, правда — тоже дурачьё. Потому что враждуют с самым Великим Инвиктусом Энеусом Эквисом! И его умеренно-недоученным пилотом!

— Эмик, я пойду, — сообщил я, махнув рукой в сторону ворот.

— Угу, иди. Поаккуратнее там! — отвлёкся на секунду Эмик, но тут же переключил внимание: — ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ, ДУРАЦКИЙ РОБОТ⁈ ТАМ ТЕРМИЧЕСКИЕ БОЕПРИПАСЫ, СОВСЕМ ГЛАЗА ПОТЕРЯЛ⁈ А, ты же без них… НО ВСЁ РАВНО — ДУРАЧЬЁ!!!

Сопровождаемый этим бодрым напутствием, я потопал к воротам, которые по моему приближению распахнулись. И вулканист обманул: не было там никаких «встречающих». Встречающий в высоком коридоре-балконе был один. Очень похожий на дворецкого из голо: высокий, в смешном неудобном костюме, с удавкой на шее, притворяющейся деталью гардероба. И в тканевых перчатках. Ну и выражение на лице было характерное — заносчивое и надменное — ажжуть.

— Шевалье Безмолвный, приветствую вас в Домус Этарнитатус Его Августейшего Величества. Я — Кассилий Пахомов, мажордом гостевого крыла Секретариата Его Величества. Извольте следовать за мной в ваши покои.

— Изволю, — изволил я. — А можно без покоев? Меня Его Августейшее Величество позвал…

— Не могу ответить вам, шевалье Безмолвный. Воля Его — неисповедима. Указаний насчёт вас не поступало.

— А поподробнее можно? — резонно уточнил я.

— Как пожелаете.

И стал объяснять. А я переспрашивать и обтекать. Потому что выходила такая фигня: Его Зловредность изволило повелеть доставить меня на Терру. И всё. У секретариата насчёт меня и Инвиктуса — ни мыслей, ни распоряжений, вообще ничего. То есть — императорское указание доставить — есть. И оно исполнено. И даже о моём прибытии доложено. И всё. Реакции Его Злодейского Величества не последовало, что со мной и Эмиком делать — никто не знает, второй раз беспокоить Его Склеротичность никто не будет. Мне предоставили покои. Эмику — ангар. И всё, ждите, когда правитель галактики изволит о вас вспомнить.

— А если не вспомнит⁈

— Его Августейшее Величество помнит всё! — нахмурился дядька. — И знает всё. То, что Он не дал указаний — говорит о том, что они не нужны. Или текущие дела, — смерил он меня ОЧЕНЬ унижающим взглядом, — неотложны. Наберитесь терпения и ожидайте.

— Сколько?

— Сколько пожелает Его Августейшее Величество.

Вот просто — слов нет, одни эмоции. Это выходит, бардак на Целестии, ну и какой-то утлый пирамид вместо пристойного челнока — следствие того, что Его Сволочность повелел меня доставить и забил! И на секретарей этих дурацких даже не позлишься толком: они-то просто исполняют Его Зловредную Волю, работа у них такая.

Ну ладно, стал уточнять, чего мне можно, чего нельзя. Выходила… ну, в каком-то смысле тюрьма, но такая, благоприятного режима. В рамках десяти этажей дворца — а это десятки квадратных километров — мне можно бродить. Нельзя: покидать дворец и эти этажи. Связываться с кем-то вне дворца и подключаться к голосети. Ну это и не вышло бы, похоже, но тут хоть озвучили. Нельзя не выполнять указания дворцовой стражи. Нельзя оскорблять представителей Императорского Рода.

— А прочих — можно? — уточнил любознательный я.

— Прочих — можно, — разрешил Пахомыч. — Но не рекомендую вам этого.

— Посмотрим по обстоятельствам, — пообещал я.

Навещать Эмика — можно, Бродить по парку (внутридворцовому) — можно. Приказывать сервисным андроидам в покоях — можно. Ну и всякое такое «можно», отчего моё заключение на строгий или даже умеренный «режим содержания» никак не тянуло. Дошли мы под этот рассказ до двери в покои, где мне Пахомыч выделил браслет — аналог браскомма, крайне урезанный, но позволяющий в эти покои войти. Ну, по сути — нечто вроде временного удостоверения личности и карты допуска, на время моего пребывания в дворцовой халупе. Без него — задержит дворцовая стража, хорошо если не насмерть. И покои не откроются, и андроиды слушать не будут. И плохо мне будет, если сразу не прибьют.

Ну, поношу уж, куда деваться, заключил я. И завалился в покои… Ну-у-у-у… роскошь-роскошью, стильно, модно, как и положено во дворце Императора. И андроидиха стоит — их, согласно Законам, делали визуально отличными от человека. По моему — глупость, но людям так спокойнее. Так что встретила меня фигуристая и симпатичная статуя из сероватой стали, провела по покоям этим — огромные, четыре этажа. У меня в Ульвеюле покои дюка — поменьше и поскромнее. И терминал вычеслителя, к которому я подскочил: была надежда, что тут так же, как в Академии. Но после минуты за терминалом — надежда подёргалась и умерла в муках. Никаких доступов и тьмуща всяких «правил поведения», регламентов дворцовой жизни и прочей фигни. На это я просто плюнул, хоть не слюной а мысленно. Вот делать мне блин нечего, только изучать всякую фигню. Сами меня к себе притащили — сами и виноваты!

А дальше… а вот ни черта дальше. Продолжилась та же тягомотина, что Была не Целестии. Кроме того, что с Эмиком я не только виделся ежедневно, но и проводил большую часть дня. Ну, собеседник есть, да и изучали и моделировали наизученое в практичском смысле. К сожалению — только моделировали. Как только попробовали сконфигурировать-запустить поле, под потолком замигали красные светильники, задребежжал противный такой звонок, а манипуляторы-инструменты