Новая жизнь Смертопряда. Тома 1 и 2 - Кирилл Смородин

Ознакомительный фрагмент

— почти прошептала она и осторожно дотронулась до моей руки. — Я так рада… Наконец-то ты пришел в себя. Я не сомневалась, что так и будет, хоть все говорили, что надежды нет. Ты у меня сильный.

— Есть такое, — я кивнул, стараясь выглядеть как можно естественнее. Бывший хозяин этого тела скорее всего умер, но его матери подобное знать вовсе не обязательно. — Ты, главное, успокойся. Со мной все хорошо будет. Чувствую себя отлично.

Красавица закивала, все же всхлипнула, а я наконец вспомнил, что ее зовут Алисой. Остальное пока, увы, оставалось как в тумане.

— Не переживай, — повторил я, продолжая улыбаться. — Пара дней — и буду уже на ногах…

— Даже не вздумай! — лицо Алисы мгновенно стало строгим. — Врачей слушайся во всем! Говорят таблетки принимать — принимай. Говорят лежать — лежи.

— Хорошо, хорошо, — я приподнял руки в знак капитуляции. — Так и будет, обещаю.

— То-то же. И обязательно ешь витамины, — Алиса указала на принесенный пакетище. — Тут яблоки, апельсины, бана…

— Да хватит… ма, — я не выдержал и рассмеялся. От смеха вернулась головная боль, но это пустяки. Спокойствие сидящей передо мной женщины было важнее. Пусть видит, что я бодр и весел.

Та вроде успокоилась, насколько это было возможно. Мы проболтали еще какое-то время, затем зашел Сан Саныч и попросил Алису выйти, поскольку «больному нужен покой». Оставшись один, я вновь занялся самовосстановлением.

С каждым часом мне становилось все легче, и под вечер, когда вода, которой я запивал лекарства, запросилась наружу, решил встать и пройтись до туалета. В конце концов не медсестру же с уткой звать?..

— Эй-эй! — подал голос Стасян, хмуро глядя, как я медленно сажусь на кровати. В ушах зашумело, но обращать на это внимание не стал. — Не рановато ли ты…

— Не рановато, — ответил я, поднимаясь.

— Учти, если грохнешься и вырубишься, мы с пацанами тебя тягать не станем, — предупредил парень.

Я лишь отмахнулся и сделал пару шагов. Штормило знатно, и я задействовал немного магии, чтобы справиться с этим. Грохнуться и в самом деле не хотелось. А как только стало полегче, я пошаркал к окну, потому что заметил там кое-что крайне необычное.

Столп бордового сияния толстой и чуть изогнутой пуповиной соединял пасмурное небо с землей, невидимой за нагромождением домов. На фоне серости туч, крыш и стен он выглядел неестественно и даже пугающе. Расстояние до столпа, по моим прикидкам, составляло не меньше полусотни километров. Значит, эта штука находится за пределами города. И именно она — тут я уже не сомневался — являлась причиной того, что магическое поле этого мира было таким «грязным».

Попытки получить о сиянии больше сведений не увенчались успехом: память Ильи не желала «распаковываться». Единственное, что я понял, — столп смертельно опасен. У парня он ассоциировался со смертью, ужасами, мучением. И еще он был далеко не один.

Ладно, с этим я разберусь позже, когда выйду из больницы. Сейчас же пора сделать кое-что еще. А именно — посмотреть, как я выгляжу.

Чтобы добраться до туалета, пришлось выйти из палаты и преодолеть большую часть больничного крыла. Обстановка угнетала: все было темным и обшарпанным. Да и запах лекарств поднятию настроения не способствовал. Окончательно же оно упало, когда я дошел до туалета, сделал все свои дела и встал перед зеркалом.

М-да-а…

Судя по тому, что я видел, Илья и физическая культура были заклятыми врагами. Парень оказался бледным, светловолосым, хоть и не похожим на Алису, и тощим. Все мышцы в зачаточном состоянии, плечи и голова тянулись вперед. Такой даже с одним из той компашки обидчиков не сладит. А против четверых у него вообще не было шансов. Даже убежать, поскольку дыхалка, как я чувствовал, у бедолаги тоже никудышная.

Да уж, реинкарнация такая реинкарнация… Впрочем, нечего сокрушаться, ведь даже из такой дрищеватой заготовки можно выстругать человека. Точнее — крутого перца с позывным Смертопряд. Опыт в этом деле у меня немалый, магия тоже нашлась, так что… Только сначала нужно восстановиться после травм.

Этим, в основном, я и занимался последующие дни. Валялся в койке, «фильтровал» магию и направлял ее в поврежденные части тела. Отделали меня знатно, так что и работы было до туевой хучи. Однако это не мешало трудиться и над «оживлением» энергоканалов. Медленно, с трудом, миллиметр за миллиметром, но дело двигалось. А на седьмой день, когда полностью излечился, я приступил и к физическому развитию своей новой оболочки.

Если бы не магия, то это дело превратилось бы в настоящую пытку с постоянным превозмоганием, дичайшим мышечным похмельем, одышкой, сушняком и тошнотой. Но сила выступала в роли «допинга», стимулируя все системы организма и восстанавливая их после нагрузок. Так что процесс шел даже быстрее, чем я рассчитывал. Уже через несколько часов после начала я довольно бодро отжимался, приседал и качал пресс. С растяжкой было сложнее, Илюха оказался весьма «деревянным» парнем, и тут ничего не оставалось кроме как запастись терпением и делать, делать, делать… Под охреневающими взглядами соседей по палате: еще практически вчера я был человеком-овощем, живым трупом, а сегодня… В общем, понятно.

Хорошо еще, что никому из пацанов не пришло в голову рассказать про эти чудеса медсестрам или врачам. Стучать в маленьком сообществе, которым руководил Стасян, было не принято, что избавляло от многих проблем. От многих — но не от всех. И чем больше я использовал магию этого мира, тем яснее понимал: вскоре, возможно, быть большой беде.

Вся темная энергия, которую я «отфильтровывал», никуда не девалась. Она оставалась рядом со мной невидимой, но хорошо ощутимой аурой. Ну а главное — она была опасна. Я чувствовал это и не сомневался, что рано или поздно настанет момент, когда концентрация магической «грязи» достигнет критических величин. И тогда…

А вот хер его знает, что будет тогда. Однозначно могу сказать только, что ничего хорошего.

И вместе с тем, не использовать здешнюю магию я не мог. Вот такая вот западня…

— Ну что, Илья, ты все собрал? — настал день выписки, и за мной приехала Алиса. По-прежнему усталая, напряженная, она вдобавок терла пальцами правый висок. Похоже, мигрень, а я ничем не могу помочь. Пока что…

— Да… мам, — я продемонстрировал набитый моими пожитками рюкзак и улыбнулся.

Настроение было отличным. Валяться в больнице осточертело, и мне не терпелось наконец выйти в новый мир. В последние дни помимо тренировок я много размышлял. И пришел к выводу, что перерождение стоит воспринимать как подарок судьбы. Что я совсем не против начать жизнь заново, пусть все