ЧВК «Вольные стрелки». СВО в Африке - Николай Петрович Марчук

Кубинские «Cohiba Behike», – прочитал я этикетку. – Раскрывать коробку?

– Конечно! – злобно прошипел итальянец.

Рикочо выхватил у меня из рук коробку, демонстративно разорвал целлофановую упаковку, клацнул небольшим замочком-защелкой на деревянном футляре, вытащил первую попавшуюся сигару, откусил ей кончик и тут же закурил. Я сделал шаг назад, как бы презрительно отшатываясь от капризного итальянца, подошел в угол комнаты, где стояли музыкальный проигрыватель и подставка с грампластинками. Вытащил ту, чья упаковка была самой потрепанной – Вагнер «Полет валькирий». Как ожидаемо. Поставил пластинку, включил проигрыватель и установил звук в среднем положении.

Вернулся к столику, за которым сидели надувшиеся друг на друга Рикочо и хозяин особняка, зашел за спину итальянца и удивленно выпучил глаза, глядя за спину сидящего напротив Ван дер Гельца.

– Что это?! – удивленно воскликнул я, указывая рукой куда-то за спину хозяина дома.

Адольф тут же развернулся назад, пытаясь высмотреть, что у него происходит за спиной. А я тем временем ухватил Пабло Рикочо одной рукой за подбородок, второй – за макушку и резким встречным движением обеих рук свернул макароннику шею.

Накопившаяся злость на итальянца за все то время, что я его знал, придала мне силу, перед которой не мог устоять шейный отдел позвоночника и более мощного противника, что уж тут говорить о щуплом итальяшке.

Трес-сь! – звонко хрустнули шейные позвонки, и в воздухе резко завоняло мочой. Последний сигнал, который успел послать мозг Рикочо, был адресован переполненному мочевому пузырю. Вот зараза! Сыкун проклятый!

Я ухватил со стола загодя присмотренный нож для колки льда и ткнул им в шею Адольфа.

– Только дернись, тварь продажная, и отправишься навстречу к своему знаменитому тезке! – прошипел я.

Адольф Ван дер Гельц испуганно замер, гладя на меня расширенными от страха глазами, монокль выпал из глаза и со звоном разбился об пол. Но этого звука слышно не было, потому что в просторном зале грохотал «Полет валькирий», говорят, что эта композиция была любимой у Адольфа Гитлера, так что весьма символично будет, если под эту музыку найдет свою смерть Адольф Ван дер Гельц.

Глава 15

Через полчаса в дверь осторожно постучали, а потом на пороге появился чернокожий слуга в ливрее.

– Звали? – спросил вошедший негр.

– Звали, звали, – кивнул я, держа в руках автомат. – Заходи! Да ты не обращай внимания на своего босса, – схватил я слугу за лацкан ливреи и дернул на себя, тут же всадив ему коленом в промежность, а потом добавил кулаком по затылку.

Когда слуга бездушной куклой повалился на пол, я накинул ему веревку на горло, а потом зафиксировал через лодыжки, чтобы при любом движении удавка душила пленника.

– А ты давай пиши-пиши, – направил я ствол автомата на дер Гельца.

Адольф испуганно вжал голову в плечи, дернулся, потом болезненно скривился и продолжил карябать карандашом на листе бумаги. Я кровожадно насупился, ткнув стволом автомата в окровавленную руку дер Гельца, тот скривился в болезненной гримасе и прошипел от боли сквозь зубы. Адольф сидел за столом, его левая рука была пригвождена к столешнице наконечником от копья, а ноги и тело крепко примотаны к стулу. Кисть руки, надо сказать, я пробил весьма милосердно, не зацепив костей.

Потомка буров я слегка избил, накидал ему лещей, пару раз сунул мордой о стол, расквасив его тонкий шнобель. Он сразу же поплыл и пошел в полную сознанку, чем несказанно меня удивил.

– А-а-а?! – заорал и еще больше выпучил глаза Гельц.

– Бе-е-е! – передразнил я потомка буров, но он, кажется, не понял, что его дразнят. – Короче, слушай сюда, шпиндель очкастый. Сейчас ты мне напишешь, с кем ты работаешь. Четко и лаконично: кто и где разрабатывает ядерную бомбу, где она находится, кто спонсирует производство, где живут инженеры-ядерщики и так далее. Дальше пишешь список всех своих знакомых, которые имеют такие же схронки, забитые золотом, как у тебя, понял?

– Я сотрудничаю со «Штази», – сразу после расквашивания носа заявил Ван дер Гельц. – Свяжитесь со своим руководством, пусть они пообщаются с немцами.

– У меня нет никакого руководства, – хмыкнул я. – Я не работаю на КГБ. Я – вольный стрелок, и мне никто не указ.

– Но… – Ван дер Гельц хотел было мне что-то сказать, но я понял, что он так и не проникся серьезностью момента, поэтому выдернул из подставки копье, обломал у него наконечник и пригвоздил левую ладонь лысого урода к столешнице, предварительно заткнул ему рот, чтобы он своими воплями не перекрикивал «Полет валькирий».

– Пока вторая рука на месте, пиши, что сказал, – прорычал я потомку буров на ухо, – понимаю, что больно! Но пока твоя рука еще на месте, а совсем скоро может оказаться в центре вон той композиции, – кивнул я на чудовищное панно из отрубленных кистей. – Давай шустрее, потомок буров, а то твоя кибитка укатит без тебя! Да, чуть не забыл, ты мне сперва чиркни код от сейфа, а заодно сколько там у тебя на общую сумму ценностей, желательно в эквиваленте долларов США.

– Кто ты такой?! – хрюкая расквашенным носом, просипел Ван дер Гельц.

– Русский, – спокойно ответил я, – простой русский мужик.

– Ты меня убьешь?

– Еще не знаю, – соврал я. – У тебя еще есть деньги и золотишко, помимо того, что складировано в той комнатке за железной дверью?

– Да, на руднике есть партия, готовая к отправке, около сорока килограммов. И еще дома, в Лубумбаши есть кое-какие сбережения, остальное на счетах в банках, – тяжело дыша, произнес дер Гельц. – Мне плохо, не хватает свежего воздуха, помогите!

Хряс-сь! – смачная затрещина по затылку тут же привела потомка буров в чувство. А то, понимаешь ли, развел тут сопли! Пока дер Гельц старательно выводил каракули на листе бумаги, я вооружился несколькими автоматами «Галил», распихав по карманам снаряженные магазины. Калибр 7,62, емкость магазина – 25 патронов. Винтовочных гранат в этом складе-музее не было, да мне и не надо, а вот от ручных я бы не отказался, но их тоже не было.

Значит, Адольф Ван дер Гельц сотрудничает со «Штази», а это, насколько я помню, разведка и госбезопасность в ГДР.

ГДР?!

Ну вот, в этой компашке европейских фашистов, которые обосновались в Африке, появились уши немцев. Французы – есть, итальянцы – есть, то ли голландец, то ли бельгиец, короче потомок буров – есть, теперь еще и «Штази», а значит, и немцы нарисовались.

Для строительства армии и органов безопасности в ГДР требовались люди – и логичным выходом в ГДР было привлечение «старых» военных специалистов, аналогично поступили в ФРГ. В них недостатка