Операция «Проводник» - Андрей Станиславович Нуждин

Нежить чертыхнулся, кое-как выбрался из пузыря, но в ту же секунду застыл: оба ученика стояли на коленях с заложенными за головы руками. Вокруг расположились неизвестные люди, вооруженные до зубов. За спиной бывшего проводника беззвучно исчезло убежище.

– Никуда вас одних отпустить нельзя, – проворчал наставник.

Его слова потонули в автоматной очереди.

Глава 11

Колючий в пятый раз за последнюю неделю твердо пообещал себе уволиться со службы. Он уже дважды подавал рапорт, но уйти в запас, а вернее сказать, свалить из этого бардака, ему не дали.

Месяц пролетел с момента, как военные сталкеры постреляли собак на Руднике. Взбешенное начальство устроило показательную порку, отмеряя за каждого погибшего бойца многочисленные «удары» по спине бывшего заместителя, а ныне полноценного командира всего подразделения военсталов.

Точнее, исполняющего обязанности. Сам командир успешно покинул пост и ушел в туман. А Колючий остался. И тут вступил в действие обычный подход, когда с одной стороны взгрели за невыполнение поставленной задачи, а с другой – сделали ответственным за гораздо больший объем забот и геморроев, чем раньше. Кому же еще идти на повышение? Вы, товарищ, Зону знаете? А любите? Нет? Ну, это никого не волнует. Будете командовать всей вашей военной сталкерщи́ной и нести ответственность за безопасность прибывающих в Зону гражданских лиц. И за силовиков, которым понадобятся проводники.

А потому что не надо было терять ценного сотрудника в лице погибшего под колесами аномалии Проводника. Да какого Проводника! Самого первого, который Зону обнаружил! Так что кругом марш, взыскания с вас никто не снимал. Служите пока, там будет видно.

Ладно, Колючий готов служить, потому что своих ребят бросать – последнее дело. Тем более предстояла войсковая операция по поимке незаконно проникшего в Зону преступного элемента с натовским оружием. Надо же военных сопроводить, сами-то они ни в зуб ногой в плане аномалий и прочего антуража Зоны.

Только все это оказалось пустым делом: армейские побродили туда-сюда, постреляли в «уродов», как называли любого мутанта, и ушли в места расположения, не найдя никаких следов чужаков.

Майор и тут пытался барахтаться, указывал на происходящие в Зоне непотребства, но тщетно. Военные не впечатлились участившимися случаями убийства сталкеров неизвестными лицами и списали происходящее на разборки преступных элементов. Тем и закончили.

Колючий собрал доказательства того, что целые лагеря вместе с населявшими их бродягами были разорены целенаправленно. Причем жестокость, с какой это дело происходило, оказалась запредельной. Истерзанные тела со следами пыток, массовые расстрелы и сожжения – все это указывало на ведение какой-то чудовищной игры неустановленными, но крайне могущественными силами.

Инициатива майора не нашла понимания, Колючий лишь нарвался на хамство и стену непробиваемой казенщины с элементами шантажа. Вспомнились все прегрешения, допущенные им на службе, командование погрозило пальцем и посоветовало перестать маяться дурью. А если у военных сталкеров мало работы, такое досадное упущение можно исправить. Поэтому лучше сидите и не выступайте, на вверенной территории все в порядке. Как в Багдаде, только лучше.

Командир психанул и подал рапорт, упирая на свою доказанную профнепригодность. Нету, сказали ему, не врите, всё вы пригодны. Идите уже работать. После выдержанной паузы был второй рапорт, тут с опальным майором даже разговаривать не стали.

Колючий ушел в себя. Сталкеры продолжали погибать, новички больше не рвались в свободный аномальный мир, ученые теряли удобных помощников и теперь занимались исследованиями, не вставая с кресел. А потом появился Тол.

Ветеран после возвращения отряда с Рудника подался со своими ребятами в направлении Флоры, нашел еще парочку толковых бродяг и нанялся работать на отечественную науку. После очередного задания профессора Пальчикова команда набрела на не успевшее остыть место преступления. Небольшая база, где Тол с компаньонами частенько находили приют, еще дымилась почти полностью уничтоженными руинами. Побродив по пепелищу и насмотревшись на учиненное зверство, сталкеры отправились к Колючему, где получили от ворот поворот.

Обиженный на весь мир новоиспеченный глава военсталов ступил на обычную скользкую дорожку и забил на любые обязанности, кроме формальных. Тол посмотрел в красные глаза друга, выпроводил своих отдыхать и заперся в кабинете майора. О чем они говорили – не знает никто, но наутро чисто выбритый и разглаженный командир оставил за главного самого толкового заместителя и вместе с верным лейтенантом Фоминым присоединился к отряду ветерана.

По настоянию пожилого бродяги Колючий отказался взять с собой бойцов, исключение сделали только для Овода. Большой отряд терял преимущества скрытного перемещения и внезапности, а компаньонов Тола было вполне достаточно, чтобы отбиться от большинства возможных угроз. Да и вояки с первой точки входа были против: специалисты по местным неприятностям и так массово подались за Периметр, куда еще отпускать ценные кадры? Подчиненные майора остались на базе в состоянии повышенной готовности бежать на другой край Зоны – спасать своего настоящего отца-командира.

Собранный отряд занялся поисками убийц сталкеров. Оба старших – Тол и Колючий – держали под подозрением так и не обнаруженных владельцев натовского оружия. Но обследование жертв и следов на местах преступлений указало, что напавшие пользовались в том числе и отечественным вооружением.

Новые результаты заставили сомневаться в версии о причастности к пыткам неуловимых пришельцев «с Запада». Впрочем, отказываться от нее команда пока не спешила: мало ли, может, чужаки решили замести следы. Или экономили боеприпасы. А достать патроны для автоматов Калашникова не представлялось большой проблемой, на тех же разоренных базах их было полно. Отряд продолжил поиски.

– Сколько живу, а только теперь начал понимать, что значит искать иголку в стогу, – сварливо произнес Овод. Боец сидел прямо на земле и чистил автомат погибшего Хомы, пользуясь очередным привалом. За этим оружием военстал следил с особым тщанием.

– В стоге вроде, – устало поправил лейтенант Фомин. – И вообще, сержант, кончай умничать, без тебя тошно.

Долгие недели, потраченные на поиски убийц, измотали весь отряд, на взводе оказались даже привычные к бесконечным скитаниям парни Тола. Поначалу их было пятеро, не считая ветерана, но после долгих споров трое бродяг покинули команду и ушли обратно к научникам. В отряде остались самые стойкие, проверенные люди, практически бывшая «Четверка».

Сейчас, правда, даже эта сплоченная команда подрастеряла энтузиазм. Казалось, они идут по следу призраков, неуловимых жестоких тварей. От военных по-прежнему не поступало помощи, одиночки же, напуганные новыми расправами, сбивались в стаи, и некоторые из них повадками теперь приближались к бандитам.

Колючий снова убеждался в том, что предчувствия беды его не обманули. Происходящее напоминало маленький апокалипсис на и так неблагополучной территории. Бардак и анархия.

– Заканчивайте ныть оба! Берите пример со сталкеров, от них ни слова жалобы не слышно! Прямо стыдно за вас: военизированная структура, а ведете себя хуже бродяг, не в обиду будет сказано, – рявкнул майор.

– Вот приголубил, – хмыкнул Тол. – Хуже бродяг,