Последний Паладин. Том 7 - Роман Саваровский

меня встретил знакомый бронированный лимузин.

Потрепанный, грязный и с парой вмятин, боевой транспорт подпирал хмуро смотрящий вдаль гигант.

Завидев меня, Бес натянуто улыбнулся и помахал мне своей массивной ручищей.

— Выспался? — с легкой иронией сверкнул темно-бурыми глазами гигант, когда я подошел.

— Ага, — ничуть не смутившись, ответил я и окинув взглядом Беса, добавил, — тебе бы тоже, к слову, не мешало.

Выглядел Броня Евгений Сергеевич паршиво.

Бледный, осунувшийся, с огромными синячищами под глазами.

На лицо были все признаки как энергетического, так и физического истощения, но тем не менее держался он хорошо.

— На том свете отосплюсь, — хмыкнул Бес, и мы залезли в бронированный лимузин.

Дверцы захлопнулись, и машина мягко тронулась с места.

— Как прошло с уничтожением кладки? Были проблемы? — заговорил я.

— Никаких, — пожал плечами гигант, — подкатили запасные ворота, собрали отряд, распределили роли и атаковали. Как ты и предполагал, воротины пали еще до того, как мы убили матку, однако мы были к этому готовы. Правда термитский «Король», оказался крепкий, падла, но в пять рук с гекконскими мы его уложили без потерь.

— А потом?

— Потом… — скривился Бес, — был самый длинный день в моей жизни. Хотя, я эвакуировал с поля боя пару истощенных жоп Ратников, так что список должников у меня прибавился. А ты как день провел?

— Продуктивно, — с улыбкой скосил я взгляд на глубокую борозду на дороге, вдоль которой мы ехали, — ты ведь не потерял мой трофей?

— Не потерял, — хмыкнул Бес и со вздохом потер плечо, — не мог чего полегче в подарок припереть?

— Мог, — пожал я плечами.

— Так чего тогда не припер? — нахмурился Бес.

— Скоро узнаешь, — отмахнулся я, и в этот момент мы подъехали к грузовому ангару.

Обычные на вид металлические ворота со скрежетом распахнулись, защитный барьер спал, и бронированный лимузин закатил внутрь просторного пустого помещения. Но едва мы оказались внутри, как дальняя часть пола накренилась, открывая скрытый проезд вниз.

Слева виднелся въезд в подземную сеть тоннелей, по которой мы приехали сюда три дня назад, а на широкой каменной платформе справа лежал гигантский труп Змеехвостого Камнееда.

Но не только он. В стороне от трупа твари стояло пять статуй, одна из которых была выдвинута вперед.

— Так вот чего ты не спал, — вздохнул я.

— Я просто хотел, чтобы ты увидел Ирочку до моей возможной смерти, — слабо улыбнулся Бес и с кряхтением выбрался из машины.

После чего подошел к статуе молодой девушки и с нежностью провел тыльной стороной ладони по ее холодной щеке.

— Мои люди уже на позициях. Отсюда до Долины Трех Холмов мы с Генри доберемся за три часа, а дальше… а дальше Аргус рассудит.

— Судить тебя будет Клювик, — поправил я, — и ты все еще можешь отказаться.

— Не могу, — глядя в каменные глаза женской статуи грустно улыбнулся гигант и, стерев проступившую слезу, обернулся, — так зачем тебе нужна была эта тяжеленная тварюка? Ее шкуру даже мне не удалось повредить, сомневаюсь, что ее вообще возможно отделить от тела и хоть как-то использовать.

— Шкуру и не надо, — беззаботно заложив руки в карманы, подошел я к морде дохлого Камнееда, после чего раскрыл ему ногой пошире пасть и кивнул, — пока хватит и желудка.

— Хорошая шутка, — басовито посмеялся Бес, а увидев, что я даже не улыбаюсь, тут же замолк.

— Ты ведь шутишь, да? — осторожно спросил он.

— Не-а.

— Генри… — растерянно похлопав темно-бурыми глазами несколько секунд, повернул голову гигант.

— Умрет, — качнул я головой, — внутри Камнееда стихийный ответ похлеще, чем в Портале из которого он вылез.

— Да я ж там застряну! — в сердцах возмутился Бес, — и я на такое не подписывался!

— Разве не ты сказал, что готов на все ради своей Ирочки? — наклонил я голову.

— И как мое унижение ей поможет⁈ — зло пыхтя раздутыми ноздрями, хмыкнул гигант.

— Не твое унижение, а желудок, — терпеливо напомнил я, — в нем содержится особая субстанция, которая расщепляет любую каменную структуру. И особенность этой уникальной субстанции в том, что расщепляет она только камень, а остальное не трогает.

— Это… правда может сработать? — тут же изменилось лицо Беса.

— На нем, может, — внимательно осмотрев статуи, кивнул я на бородатого мужика, что стоял последним.

— Его каменная оболочка самая свежая, — заметив тяжелый непонимающий взгляд Беса, пояснил я, — кто он?

— Молот, — хмуро ответил Бес, — один из верных мне людей, который остался при дворе Князя Земли… оставался, пока его не раскрыли.

— Как давно его обратили? — приложив ладонь к голове статуи, спросил я.

— Девять лет назад.

— Хорошо, я еще чувствую в нем жизнь, — ответил я и убрал руку.

— А в Ирочке не чувствуешь? — дрогнул голос гиганта.

— Нет, — не стал я врать, — но это не значит, что ее там нет. Ее оболочка слишком крепкая, а я не лекарь.

— Так это… точно поможет? — сглотнул ком в горле Бес и обреченным взглядом покосился на пасть Змеехвостого Камнееда.

— Не попробуем не узнаем, — пожал я плечами, — достанешь желудок, доставишь его и Молота к Денису, а там будет видно.

— Тц… — скривился Бес и с бурча что-то нецензурное себе под нос, начал снимать обувь, — а где я найду этого твоего Дениса?

— Если переживешь проверку Клювика, Альберт тебе все покажет.

— А если не переживу? — закатив рукава, нахмурился Бес.

— Тогда Альберт тебя похоронит со всеми почестями и сам все доставит, — пожал я плечами, — так ты лезешь или нет? У него ведь и срок годности есть.

— Вот же срань! — сплюнул Бес и закатив рукава, брезгливо раскрыл пасть дохлой твари.

Оттуда резко пахнуло едким трупным смрадом, от которого гигант закашлялся и кинул на меня тяжелый полный осуждения взгляд.

— Смотри не сдохни там, — с улыбкой вернул я Бесу его же напутствие трехдневной давности.

— Не дождешься, — фыркнул гигант и, задержав дыхание, нырнул в пасть к твари.

* * *

Оставив Генри и Беса развлекаться, я покинул ангар и прогулочным шагом направился в