Династия - Анна Кондакова

наметить точку перемещения. Затем быстро нарисовал перед собой знак Небытия, и вместе с Лизой меня перебросило за ящики у одной из стен.

При перемещении у девушки подогнулись ноги, и впервые я увидел, как железная Елизавета Бык испугалась. Когда мы вернулись в Бытие и оказались за ящиками, она сама вцепилась в мою руку и с возмущением уставилась на меня.

Я пригнулся и шепнул ей на ухо:

— Куда?

Она перевела дыхание.

— Запасная лестница справа. Она выходит сразу на верхолётную площадку, за ней — причал.

Тем временем Витязи уже осматривали кабину лифта сверху донизу. Вовремя мы оттуда ушли.

И снова я воспользовался знаком Небытия. Оказавшись на ступенях узкой лестницы, быстро метнулся вверх и за угол пролёта. В эти секунды всё ждал, что кто-то из Витязей меня заметит, но их внимание занимал лифт.

До верхолётной площадки я добрался за считанные секунды. Машин там не было, зато часть площадки занимали ещё два взвода Стражей и Витязей. Их готовили отправить на третий остров, ведь даже здесь, около пятой башни, было отлично слышно, что творится на третьем острове. Там продолжало грохотать — бой был в самом разгаре.

Прижавшись спиной к стене у лестницы, я прошептал Лизе:

— Последний рывок. Если скажешь всё правильно, жить будешь. Если нет — я тебя из-под земли достану и заставлю пожалеть.

Судя по её взгляду, она ни разу не сомневалась в моих угрозах.

— Там три причала. Тебе нужен... нужен... — И тут она всё-таки замялась.

Я сжал ей запястье.

— На кону жизнь моих ребят. Если ты считаешь, что их пощадят, потому что они невиноваты, то можешь идти нахер со своим правосудием. Я перережу тут всех, но до своих ребят всё равно доберусь, ты же знаешь. А если...

— Тебе нужен второй причал, — быстро перебила она. — Тот, что посередине. К рычагам ведут стальные ступени, они прямо у воды. Синий поднимает контейнер, зелёный опускает. Если перережешь цепи, то контейнер уйдёт на дно, и люди погибнут.

В этот момент в сторону лестницы направилась группа Витязей. Надо было срочно уходить.

Я оттолкнул от себя Лизу и опять нарисовал знак Небытия, а уже через секунду стоял на втором причале. Ещё секунда — и я был внизу, на стальной лестнице.

Вот и рычаги. Синий и зелёный.

Инспектор Бык не соврала. А ещё вода действительно бурлила здесь совсем не так, как обычно бурлит на море. Пузырьки воздуха выходили на поверхность, будто на дне жил целый город водолазов.

Скрываться больше не имело смысла — скорее всего, меня из-под воды уже заметили морские маги.

Я рванул к синему рычагу. Он запускал подъёмник с соляными знаками Сферы Лёгкости Тасуна и Сферы Света Рай.

И тут кто-то на площадке выкрикнул:

— ТРЕВОГА!!! ОН ЗДЕ-Е-Е-Е-СЬ!!! НА ПРИЧАЛЕ!..

* * *

Я вцепился в рычаг.

Оба знака моментально вспыхнули силой от моей ладони, механизм подъёмника заработал, натянутые цепи вздрогнули и начали накручиваться на барабан. Последнее, что я успел сделать — это достать меч и рубануть им по второму рычагу, чтобы никто не смог опустить контейнер обратно.

В ту же секунду море забурлило сильнее, поднялась гигантская волна, хлынула на причал и стащила меня с лестницы. Вода, как исполинский кулак, сгребла и зажала меня в тиски, а потом потащила в глубину.

Я пошёл на дно, как грёбанный танкер. Успел задержать дыхание и увидеть натянутые цепи и квадратный стальной контейнер, поднимающийся из морской бездны, а потом вокруг меня завертелась воронка, и замелькали десятки хвостатых теней.

Именно они раскручивали стихию, разгоняли её до бешеного водоворота и уносили меня в открытое море, подальше от пятой башни и контейнера.

Морские маги.

Только их было не пятьдесят, как сказала Лиза, а около сотни, не меньше. Часть из них остались рядом с контейнером, а остальные атаковали. Со всех сторон в меня метнулись трезубцы. Это было оружие из самого света, ведь морские маги поклонялись Сфере Света Рай.

Бездну озарило мерцанием трезубцев, и все они неслись в меня одного.

Я никогда не сражался с морскими магами в их же стихии, только на суше, поэтому нарастил резерв до двухсот тысяч и прямо в воде раскалил броню настолько, что она сразу же вспыхнула пламенем Ган.

Огонь горел даже в толще моря, но не только.

Мне хватило резерва, чтобы сама воронка, что крутилась вокруг меня, загорелась огнём. Она поглотила все трезубцы, как мясорубка, перемолола и сожгла их. Я же рванул наверх, к поверхности — воздух в лёгких заканчивался.

Если б я мог, то воспользовался бы Сферой Небытия, но соляные знаки не работали в воде. Тут бесполезно было применять щит Стража или ячейки атласа, да и молитву Жреца не прочитаешь, потому что рта не раскрыть.

Я полагался только на мощь своего Следопыта и грёб к поверхности рывками. Броня Витязя тянула вниз, но без неё меня бы уже проткнули трезубцами. Оставалось одно — рваться к поверхности.

Когда до неё было всего несколько метров, я нашарил рукой кобуру подмышкой, выхватил револьвер, вытянул руку вверх и взвёл курок, а потом сделал последний рывок.

Как только моя рука вышла из воды, палец нажал на спуск. И только потом вынырнул я сам, с хрипом сделал вдох и глянул в небо. Там уже взорвался заряд заклинания. Это было что-то вроде Маяка Спасения, только поменьше масштабом и особого цвета — сиреневого. Чтобы среди других вспышек боя мой сигнал увидели те, кому он предназначался.

Морские маги успели оттащить меня далеко от пятой башни, но причал я всё равно разглядел. Контейнера там не было, он всё ещё оставался под водой.

Счёт пошёл на секунды.

Я уже собрался стрелять второй раз, но тут увидел, что со стороны третьей башни ко мне несётся боевая колесница. Это был Рой, а позади у него стоял мой отец. Его пурпурную броню сложно было не узнать.

В то же время ко мне уже устремились два верхолёта «Железного Бутона». Из машины уже начали стрелять ядрами заклинаний. Теперь главное, чтобы воздушный маг оказался быстрее пилотов тюрьмы...

И тут меня снова накрыло волной, сковало водяными тисками и потащило в бездну. Морские маги не приближались — боялись моей огненной брони — но зато их стало больше. Море кишело хвостатыми тенями, а вода вокруг начала давить с чудовищной силой, собираясь вокруг меня в кокон.

Это была уже знакомая мне ловушка — водяной пузырь.