Это не те мобы 3! (СИ) - Дес Евгений

– Ага, – расхохотался, представив, как Эрик выцеливает Вел Гара, а рыцари смерти или еще кто готовятся подставить под выстрел неразрушимый саркофаг. Вот это будет фейл!

Видимо, Мартин вообразил нечто схожее и заржал за компанию.

– А прикинь, если нам придется Гара в Саркофаг упрятать и на себе из гробницы выносить?

– История имеет свойство повторятся, – поддержал меня Мартин.

Посмеявшись и утерев глаза, он предложил выбираться из мобильного шатра. Правильно, пора показаться армии, а то целыми днями в мегаповозке сидим, планы составляем и болтаем обо всем, начиная от политики с новыми изобретениями и заканчивая моим мандражом перед надвигающимся отцовством.

Выбравшись из мобильного шатра, прошли по жесткой сцепке и поднялись на башню гремлинского танка, встав рядом с железным троном Владыки Тьмы нашего все Курамы. Тот сразу замычал и ушами зашевелили.

– Бодро идем, – сказал Мартин, осматривая мерно марширующую колонную нашей Армии Тьмы и приближающийся массив леса с уже различимыми стволами деревьев. На привязанного к трону Владыку он внимания не обратил.

– Еще час и можно делать привал, – кивнул, посмотрев на солнце.

– Мммм!

– Пожалуй, – согласился Мартин, поворачиваясь назад и бормоча заклинание.

– Ну что? – спросил, посмотрев на железные горы големов за спиной.

– Духи прожорливые, но расход маны меньше ожидаемого, – ответил Мартин.

– Мммм!

– Это хорошо, – кивнул, хорошей новости.

Нравились мне големы. Всегда технику любил, потому и учился в свое время на системщика. Хотел на дроидостроение пойти, но родители отсоветовали. «Слишком узкая область», «Перенасыщенность рынка специалистами» и все в таком духе. Нет, в принципе они правы, специалистов действительно много, особенно с тех пор, как мы про Овервофдов узнали, но работы-то от этого меньше не стало. Правда, на зарплате это все же сказалось. Н-да.

– Мммм!

– Ну чего ты мычишь, Валыдка? – вздохнул Мартин. – Не видишь, мы заняты?

– Мммм!

– Жрак! Где там тебя демоны носят?! – позвал личного телохранителя нашего персонального Владыки Тьмы.

– Он убешал на рашведку, – высунулся из люка за спинкой железного трона Шоулс, наш командир ламий.

– И с чего бы это он? – удивился Мартин.

– Шверь ше, – пожал плечами Шоулс, выползая на башню. – Как лешшш увидел, так и убешшал. Наверно шошкушилшся, – добавил он, быстро проверив воздух раздвоенным языком и попутно облизав ноздри.

– А кто за Владыкой смотреть будет? – нахмурился, смеривая Шоулса тяжелым взглядом.

– Я шшмотрю, – ответил тот, вытягиваясь в струнку.

– И почему Владыка не протерт? – ткнул пальцев в запыленные очки гремлинов, надетые на Кураму. – Почему мычит? Почему у намордника фильтры забиты?!

– Ммм, – обреченно выдал Владыка, видимо окончательно утратив веру в то, что на него обратят внимание.

– Пылевая буря, еше не ушпели пошиштить, – доложил Шоулс.

– Не порядок. Навести марафет на Владыку. И чтоб через пять минут блестел и внушал

– Ешть навешти марафет на Владыку.

– Ну и? Приступать!

Шоулс тут же изогнулся на менер перевернутой подковы, засунул голову в люк танка и гневно зашипел. Внутри что-то зазвенело, забилось, стукнулось, помянуло святую шестерню, упомянуло непочтительно противоестественные связи гаечного ключа с отверткой, плодом которых стал Владыка Тьмы Курама Первый, да-да, так и было сказано, после чего на башню выбралась троица плечистых гремлинов. Первый оказался «вооружен» помесью ведра с корытом. Второй держал в руках набор щеток и мыльный корень размером в мой кулак. А вот третий удивил. На его спине висел металлический рюкзак, крепящийся к телу четырьмя полосками металла, но это так, мелочи. Куда интереснее – две многосуставчатые руки на шарнирах с клешнями на концах, которые торчали из рюкзака. В живых и механических конечностях гремлин держал по бурдюку с водой.

– Ммм!

– Не будем мешать, – предложил Мартин, спрыгивая с башни на передний скат брони танка.

– Согласен, – кивнул, повторяя его маневр.

Остаток пути до леса проделали пешком. Попутно переговорили с Туком и Грогом. Выяснили новости, которых, к нашей радости, оказалось немного и все они относились к текучке. В самом деле, не нам же разбираться с оторвавшейся подошвой сапога десятника второй сотни или разбираться с мозолью на брюхе идиота, который решил проползти прямо по куску кремня, раздробленному гусеницами танка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Разрешите командовать привал? – спросил Тук, когда до леса оставалось метров четыреста.

– Командуй, – махнул рукой, рассматривая высокие деревья, от которых к нам бежал Жрак и вампиры. Неспешно так бежали, всем видом показывая, что опасности нет, и они лишь торопятся доложить результаты разведки.

– Грог, – посмотрел на коллегу Тук.

– Привал! – рявкнул тот зычным басом.

– Владыка вымыт, – отрапортовал подползший Шоулс.

– Кхе, – поперхнулся Мартин.

– Мау-ха-ха, – расхохотался, при виде Курамы, отмытого и завернутого в что-то типа золотистой фольги.

– Блештит, – расправил плечи Шоулс.

– За находчивость хвалю, – утер выступившие слезы, – но эту... м...

– Парадную мантию, – подсказал Мартин.

– Да, – кивнул ему, – но эту парадную мантию убрать.

– Ешть убрать парадную мантию, – козырнул Шоулс и пополз к танку.

– Знаешь, Строн, наверно ты был прав насчет этого, – кивнул Мартин на повесившего уши-лопухи Кураму. – Слишком уж он у нас некондиционный.

– Короля играет свита, – возразил, не разделяя сомнений друга. – Просто он еще не имел возможности себя проявить.

– А огры?

– Все имеют право на ошибку. И вообще, лучший правитель тот, о котором народ знает лишь то, что он есть.

– Сомнительная сентенция, если задуматься над ее глубинным смыслом.

Пофилософствовать на отвлеченные темы нам не дал Жрак и клыкастики. Метров за пятьдесят они перешли на шаг, приблизились, восстановив и без того не слишком-то сбившееся дыхание и принялись отчитываться. Если отжать лишнее и сократить, то все сводилось к трем постулатам: пусть свободен, опасностей не обнаружено, дорога отсутствует.

– Дороги нет, или ее нет ваще? – спросил Мартин.

– Совсем нет, – рыкнул Жрак.

– Только река, – добавил Фелориэн.

Это мы знали и так, но наш клыкастик был одним из тех, кто на большом совете яро ратовал за использование реки для передвижения. В принципе, это было здраво со всех сторон, если бы не огры, тролли, големы, танк и обоз гремлинов, забитый всевозможным железом.

– Разделять армию не будем, – покачал головой Мартин, который столь же яро отстаивал необходимость держать силы в кулаке.

В принципе, я не видел особой опасности в разделении армии, но Мартин уперся и все, на что согласился – отправить по реке передовой дозор из все тех же клыкастиков. Так что этот обмен жеванными-пережеванными аргументами, который он собирался устроить по десятому кругу со столь же упертым ботом, меня не прельщал. Потому и вмешался, напомнив об утвержденном плане.

– Работаем, – указал на пятерку боевых големов, вооруженных дисковой пилой в одной руке и алхимическим огнеметом с клешней на конце в другой.

– Работаем, – кивнул Мартин и махнул рукой гремлинам-пилотам.

Получив команду, те захлопнули бронеколпак с прорезями смотровых щелей и големы двинулись вперед. В целом, творение гремлинов походило на тяжелый рыцарский доспех, к которому, вместо ног, приделали когтистые птичьи лапы из вороненого металла. Правда, двигался он довольно плавно и ловко, все же им управлял дух, согласившийся за ману и прочие подношения вселиться в машины. Если бы потусторонние сущности обладали достаточно развитым интеллектом, могли и вовсе без экипажа обойтись, но, увы, призыв духов дела такое, раз на раз не приходится. Опять же, насколько понимаю, тут что-то вроде закона компенсации работает, чем сильнее призванный дух, тем он тупее, вот и приходиться изгаляться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Големы, вполне сопоставимые по размеру со среднестатистическим троллем, дошли до деревьев, присели, ухватили стволы клешней, и активировали пилы. Те закрутились, завизжали и впились в кору. Полетел сок и стружка. Запахло лесопилкой. Раздался хруст и треск, спиленные под корень деревья начали заваливаться и с грохотом рухнули на землю. Кроме одного, зацепившегося кронами за соседей. Голем, валивший это дерево, ухватил ствол клешней и сдал назад, потянул, одновременно вращая кисть. Бум – свалилось на землю строптивое дерево. Остальные големы также прокрутили стволы, обламывая самые крупные ветки, после чего сместили поверженные деревья поближе и взялись за новые.