Алекс и Алекс 2 (СИ) - Афанасьев Семен

— Каким образом эта премиальность конвертируется в деньги?

— Вот тут и начинается самое интересное. — Жойс глубоко затягивается ещё раз, как будто взвешивая, говорить ли дальше.

— Хочешь — не продолжай, — по-своему реагирую на её заминку.

— Да нет, я своё решение уже приняла… В общем, само производство имеет полный цикл и находится на… — дальше она называет несколько архипелагов на той стороне западного океана.

— Там же полное эмбарго? — удивляюсь. — Ну, базы там федеральные стоят, это понятно. Но оттуда же ничего вывозить сюда нельзя?! Табак, который подакцизный, так вообще!

— Сказать тебе цифру, сколько оттуда вывозится только табака, только силами семнадцатого авиакрыла? — фыркает Жойс. — При загрузке одного борта табаком в количестве минимум семи тонн, за три раза в неделю? И, повторюсь, оттуда идёт только премиум. Никаких сегментов эконом и стандарт.

— Ничего себе, — присвистываю. — Промышленные масштабы.

— Да. И ты ещё кое-что упускаешь. Вывозить оттуда ничего нельзя, табак в частности, тут ты прав. Но это не вся фраза. — Жойс серьёзно смотрит в горизонт. — Вывозит нельзя всем, кроме компаний, имеющих федеральную лицензию на проведение торговых операция с теми доминионами.

— А кто имеет такую лицензию? — задумчиво чешу затылок. — Что-то в открытой печати об этом не говорили.

Под влиянием Алекса и кое-каких курсов в Корпусе, в этой теме я уже слегка ориентируюсь.

— А ты не слышал потому, потому что лицензию имеет одна-единственная федеральная компания, — Жойс произносит название, которое мне ничего не говорит. — И это нигде не афишируется.

— Даже не слышал о них, — качаю головой.

— И не мог слышать. По факту, это родственники генералитета. Прикрывающие, на самом деле, своими штатскими именами учредителей личный генеральский бизнес, — смеётся Жойс. — Ну и ещё кое-кого из торговых кланов топа в акционерах. Они там, на островах, за копейки скупают всё до ботвы, пользуясь законом об эмбарго. Потом везут сюда транспортной авиацией армии и флота, а здесь раскидывают по своим складам. Надо объяснять, что перевозка почти бесплатная?

— Ничего себе. Если бы мне это было интересно, я бы задал только один вопрос: а как они потом весь этот оборот легализовывают? — присвистываю уважительно. — Умеют вояки жить, что тут скажешь.

— Никак не легализовывают — простенько пожимает плечами Жойс. — Зачем нам нужна легализация? Военным людям нужны деньги, а не документы. Проблемы гражданской конторы, собирающей налоги, армию не волнуют. И людей в армии тоже хватает для разовой работы любого профиля. Уж наладить контакт с розницей — вообще раз плюнуть. Если у тебя настолько эксклюзивный товар.

— Ты хочешь сказать, это всё раздаётся за нал в ритейл? — озвучиваю подсказку Алекса.

Она молча кивает.

— А инкассация? И возврат некондиции? А неликвиды? — у меня уже на моём уровне понимания возникает сразу несколько вопросов. — А просроченные товарные остатки? А маркетинг? А…

— А всё заложено в цену. Вот такая сигара, — она вытягивает руку, — при продаже тут стоит двадцать пять монет, после доставки её сюда оттуда. Вернее, любая розничная точка возьмёт её у тебя по двадцать пять, наличными, не торгуясь.

— Интересно, а за сколько же тогда продаст?

— Именно такую — от сорока до шестидесяти, смотря что за точка. Если ночной клуб — то и до сотни. — Ошарашивает меня Жойс.

— Двухдневная зарплата моей матери — за одну сигару?! — услышанному просто не верится.

— Угу, — снова без затей кивает она. — Ну, не весь город находится в твоём бывшем районе и ниже… Есть и нормально зарабатывающие люди. И их немало.

— Да верю, но всё равно странно… Я, кстати, поначалу думал, что ты наркотой занимаешься, — неожиданно для себя сознаюсь.

— Я так и поняла, — хихикает Жойс. — И не стала разубеждать: интересно было посмотреть, как ты ко мне будешь относиться, несмотря на это.

— Да я и к копам, и к законам, и к нашему государству вообще очень сдержанно отношусь… по целому ряду субъективных предпосылок, — теперь улыбаюсь уже я. — А что дальше?

— Ну вот… дальше все большие партии сбрасываются региональным дистрибуторам по цене, допустим, пятнадцать монет за штуку. А потом, в зависимости от дистрибуторской цепочки, цена доходит в среднем до полтинника. И потребляется этого добра на миллионы в неделю, это только наш город.

— А где в твоём плане мы с тобой?

— Что ты знаешь о дистрибуции? — вопросом на вопрос отвечает Жойс.

— Берёшь образец, ценовую сетку от супервайзера и топаешь ногами по маршруту. Предлагаешь товар в точки. Это если говорить на уровне торгового представителя, — снова озвучиваю Алекса. — Затем…

— … вот именно это я и хочу попытаться сделать. — Завершает Жойс через десять минут. — Заново, здесь же. Но уже без генералов, поскольку на моих личных складах и своего товара сейчас хватает. Накопила за последние месяцы…

— А как на твои художества смотрели на службе всё это время? Мне не верится, что твои финты в стороны могли остаться незамеченными. Или могли?

— Пока на мне завязана региональная транспортировка и дистрибуция — никак не смотрели, — пожимает плечами Жойс. — Дело сплошь и рядом неафишируемое. И подмена части лицензированного товара в рознице на, г-хм, наши армейские аналоги в сорокамиллионной агломерации — мелочь. Никто не станет заниматься.

— А если мы откусим больше половины пирога? — на самом деле, это ещё нужно суметь сделать, но лучше уточнить финальную цель. — Они так же будут смотреть и ничего не делать?

— Логистические каналы у меня свои. Кроме семнадцатого крыла, есть ещё двенадцатое и девятое, — смеётся Жойс. — И они, семнадцать и девять, тоже хотят кушать. У них загрузка борта меньше, правда, поскольку парк другой. Но и самих бортов не в пример больше. Так что, то на то.

— А поставки в доминионе? Закупаться там без твоего начальства как?

— Мы так говорим, как будто это ты меня на работу берёшь. — Веселится она. — Не переживай, там продадут что угодно и кому угодно. Лишь бы деньги ставил против товара. Других условий на островах не было и нет, это если знать обстановку. И в доминионах у нас свои люди на базах, для последующей логистики, если что.

— Ничего себе… Сколько, оказывается, можно успеть в армии за какую-то пару-тройку лет простым сержантом, — качаю головой, как китайский болванчик, находясь под впечатлением от услышанного.

— Работать надо, — поднимает и опускает левую бровь Жойс. — А не в барах пьянствовать всё свободное время.

— А зачем эти твои фокусы с чемоданами тогда в аэропортах? И с драками? — припоминаю первую часть истории, рассказанную ею мне в суде, в день нашего знакомства. — Если не секрет?

— Да какой секрет… Три варианта. Либо — дорогие новые образцы очередного нового поставщика везу в трейд. Провоз на анализ и пробу на рынке. Либо — взятка в аэропорту, по мотивам разового напряга. Таможенники сами подбирают кейс, а в нём товара уже минимум на десятку. Либо, третий вариант, это мой собственный товар, экстра-элит, который я вожу под заказ в особо дорогие каналы. Один чемодан коллекционной партии может стоить, как десять процентов армейского контейнера. Ну извини… не могла же я тебе это всё вывалить в первый час знакомства, — виновато сжимает губы в узкую полоску она.

— Да я без претензий, но… ты не переоцениваешь ли меня, как рабочую силу?

— Список точек дам. Десять точек в сутки — это семьдесят в неделю, — загибает пальцы она. — Минимальная партия — тысяча монет на точку. Да-да, нет-нет.

— Если выстрелит хотя бы половина точек, это тридцать пять штук в неделю? — быстро подсчитываю личный план продаж.

— Угу. Но на этом этапе главное — не продажи. Это пока первый и пробный анализ рынка, типа разведки боем. Если на твоём пробном визите у тебя получится заместить товар на наш хотя бы в двадцати процентах точек, тогда есть смысл тут же нанимать людей, масштабировать и расширяться. Если согласен, итоги посещений точек и договорённостей шлёшь мне в форме отчёта раз в сутки. Заказы развозят по твоим заявкам совсем другие люди, чтоб с тобой не было никаких пересечений. Поручить деликатное дело входа на полку кроме тебя просто некому. И ситуация деликатная. И я тут наездами.