Самурай Врангель - Бертолетова соль агентуры глубокого укрытия [СИ]

Больницы, дома престарелых, детские дома, заключённые следственных изоляторов — всех экстренно вывозили за 101 километр. Спец подразделения МВД и СБУ заняли позиции в районе нефункционирующего метрополитена, готовые по первой команде укрыться в нём.

Приказом коменданта города Киева, назначенного президентом и получившим особые полномочия, из города силой удалили журналистов всех стран и похожих на них людей, которые лезли со всех концов мира в самое пекло как тараканы — упорно и неистребимо. Началась реальная война между средствами массовой информации и комендантом. Мрачный генерал с длинными казацкими усами собственноручно давал самым расслабленным, наглым и демократичным "в рыло", и не стесняясь говорил об этом в прямом эфире, употребляя ненормативную лексику и упоминая Запорожскую Сечь с её результативными методами наведения порядка.

Украина запросила помощь у всех стран мира, мотивируя свою просьбу потенциальным взрывом объекта "Укрытие" с его тысячами тонн урановой смеси закипающей под бетонным саркофагом. Но ведущие мировые специалисты в области ядерной физики скептически прокомментировали вероятность возникновения цепной реакции. Украине не верили после её многочисленных афёр с российским и туркменским газом, нелегальной продажей российской электроэнергии в страны Европы; нелегальной поставкой вооружения в обход санкций ООН; нелегальных валютных операций с деньгами, выделенными Украине как помощь в реструктуризации экономики, и даже нелегальным выпуском пиратских компакт-дисков с ворованным программным обеспечением, в котором изворотливое государство столь преуспело, что заняло почётное первое место в рейтинге стран, производителей пиратской аудио-видео компьютерной продукции. Реноме у просителя оказалось весьма двойственным и вопрос о помощи повис в воздухе. Банкиры подозревали, что их опять дурачат, водят за нос, обводят вокруг пальца, и отключили телефоны.

Около миллиона жителей города Киев столпились гигантскими таборами под открытым небом в городах киевской области и расползались во все углы периферийных районов Украины. Неизвестные люди весьма организовано брали штурмом железнодорожные составы, включая товарные вагоны, захватывали локомотивы, формировали поезда и продавали места за удесятерённую цену. Из запасных путей выползли паровозы, которые дождались своего часа, простояв столетие в консервации. Пыхтя и чадя громадными трубами, паровые машины поволокли разнокалиберные вагоны, вагонетки и открытые платформы, груженные перепуганным народом, поверившим президенту США. Звёздный час бомжей, мелких бандюг, бродяг и воров настал. Грабили магазины. Грабили ларьки и киоски. Грабили товарные базы.

Пытались грабить и банки, но наткнулись на вооруженную пулемётами охрану.

— Братва! — кричали охранникам. — Поворачивайте стволы в другую сторону и переходите к народу. Вы хотите сдохнуть от радиации ради этих воровских бумажек? Хозяева то давно на Гавайях и в Парижах!

Стали происходить случаи захвата вертолётов, дежуривших возле частных офисов — хранилищ с деньгами, ценностями, перепуганными исполнительными директорами и их любовницами. Деньги и драгоценные металлы изымались, директора и их охрана избивалась, а вертолёты плавно взмывали в небо, унося на своём борту итоги длительной работы идеи прибавочной стоимости.

Перестрелки в городе начались одиночными мимолетными выстрелами, но быстро перешли в шквальный автоматный и пулемётный огонь, перерываемый уханьем гранатомётов. Патрульные войска получили приказ вести огонь на поражение в случае неподчинения приказам. Подчинения не было, и эхо выстрелов гремело по всему Правому и Левому берегу. Над городом проносились боевые штурмовые вертолёты, отслеживая неведомые цели и время от времени дающие залп высокоточными ракетами, уничтожая что-то или кого-то.

Информация о мегатонной нейтронной бомбе проникла в среду украинских военнослужащих, милиции и войск СБУ. В след контингенту НАТО, покинувшему Киев, помчались одиночные армейские группы бронетехники, возглавляемые мятежными командирами не желающими получить бесплатную рентгеноскопию организма с летальным исходом.

Неразбериха наступила. Особое положение не особо стабилизировало ситуацию. А точнее — наоборот.

— Наш час настал, — сказал глава КПУ.

— Наш час настал, — проговорил вор в законе, имеющий статус депутата, своим сторонникам.

— Наш час настал, — объявил глава секты Адвентистов Седьмого дня.

— Нам спешить некуда, — констатировал Бенито Муссолини и поставил на стол батарею бутылок с пивом. Скорцени принялся их открывать.

Итальянцы сидели на опустевшем Крещатике за столиком кафе, хозяин которого решил торговать до последней минуты, понимая ситуацию и отдавая себе отчёт в том, что другого такого момента не будет. Бутылка пива, с видом на Крещатик, стоила 20 евро. До входа в метрополитен было около двухсот метров, и предприимчивый рисковый продавец адреналинового пива уповал на фарт, свои ноги и швейцарский хронометр, болтавшийся на руке.

Муссолини и Скорцени не были одиноки в своей русскорулеточной затее. Любителей пира во время чумы оказалось достаточно. Крещатик не был особо безлюден. Тут и там сидели группы людей, парочки и просто одиночки. В глубину души не залезешь. Кто они, эти незнакомцы, которым не страшна смертельная опасность и суета большинства дюжинных представителей хомо? — рассуждал мысленно Муссолини. В обыкновенной ситуации, в обыденной жизни тупого прожигания её неповторимых дней, этих людей не видно. Но вот они… В момент форс-мажора сразу стали видны. И какая-то тайная пружина, направляющая их действия, есть… Остальные же убегают в след уезжающему корыту с похлёбкой. Чтобы есть, есть, есть… И молиться!

— Послушай, Скорцени? Как ты думаешь, что должна ощущать и как себя вести кукла, тряпичный клоун, игрушка которую дёргают за верёвочку, она машет руками и ногами, что-то там пляшет и даже, вроде бы, разговаривает — думает, что живёт, а на самом деле, это жизнь хозяина, который её создал. А?

— Это вы к чему, шеф?

— Да всё к тому же. — Мрачно стал пить пиво из горлышка бутылки. Добавил: — Я не желаю быть клоуном. Вот с этой секунды я исчезаю. Вот с этой.

— Что это с вами, шеф? Я понимаю, вы перенервничали. У вас на плечах огромная нагрузка. В этой заварухе со спрятанной бомбой вы один представляете всю Италию. Думаете за всю Италию. Переживаете за всю Италию. Принимаете важнейшие решения за всю Италию. Один. Да… Вот… Кхм… И вся Италия не забудет великого Муссолини! Только Муссолини спасёт великую нацию от деградации. Кто, если не Муссолини? А? Ну? Не понял? Никого? Я так и думал! Я так и думал. Никакой дурак не станет на место великого Муссолини. Никто не захочет. Испугается. А он не боится! Вся Италия смотрит на Муссолини. Весь мир смотрит на…

— Заткнись. — Поставил пиво. — Я хотел уйти, но твоя болтовня невыносима. Придётся остаться. Если бы не я, ты, наверное, взорвался бы, как раздувшийся воздушный шар, через минуту. Тебе необходима бронированная оболочка. Хорошо, что мы имеем?

— Пять часов вечера, 21 июня.

— Мда. Часы идут вперёд. Назад ни шагу.

К столику с итальянцами подошел бродяга и, кивнув на батарею пустых бутылок, сипло прошепелявил:

— Бхутхылочки шапхгать можна?

Муссолини с любопытством уставился на невозмутимого представителя социальной прослойки.

— А на что же они вам, любезный. Приём стеклотары то уже уехал.

— Пхриедет, пхадлюка. Никхуда не дхенется.

— Берите, пожалуйста, — разрешил Скорцени.

Бомж похватал бутылки, сложил их в мешок и убрёл дальше по пустынному Хрещатику.

— Шеф, я всё-таки не очень понял, на что вы рассчитываете? Я, конечно, верю в вас и не лезу с советами. Но, извините, зачем нам жариться на нейтронном взрыве? Пойдёмте в метро.

— Слушай, Скорцени. Взрыва не будет. Но это между нами.

— Вы уверены?! — радостно спросил подчинённый.

— Нет, не уверен. — Скорцени сник. — Но время у нас ещё есть. Раньше четырёх часов утра всё равно ничего не будет.

— Не будет, так не будет.

— А поэтому наберу-ка я полковника Дубину. Он сейчас очень при деле. Это мы здесь, на пустом Крещатике дурака валяем. А полковнику сейчас не до пива.

Муссолини взял в руки спутниковый телефон, стоящий на столе, и набрал длинный номер.

— Дубина на проводе.

— Полковник, новости есть??

— Пока нет. Но я жду звонка от нашего общего друга.

— Как же он выйдет на ваш телефон?

— А вы что, не видели? По всему Хрещатику на столбах развешаны объявления: "Дубина ищет Ликвидатора". И номер телефона. Эти столбы недавно показали по телевизору. Уже позвонили из заготовительной фирмы "Lesopoval. LTD" из Сибири.