Область тьмы - Амадеус

староста и вернулся к своему огороду, а мы вышли со двора и пошли искать подходящее жильё.

Прогуливаясь по единственной, но длинной улице деревни, мы заглядывали в каждый, по нашему разумению, не занятый дом, но везде находили те или иные недостатки. Оттого выбрать сразу было очень сложно.

Пройдя всю деревню, и осмотрев все дома, на что у нас ушло почти полдня, и то, по моему, мы быстро справились, не вдаваясь в подробности подводных камней жилплощади, а то что они были, я не сомневался, в итоге мы выбрали дом почти на окраине деревни, по виду его покинули лет десять назад, но он был самым лучшим из видимых нами. Отправив Сергея сообщить старосте о нашем выборе, мы с Ольгой приступили к «заселению». Пусть нам и предстоит прожить здесь не так много времени, но пребывать в грязи и холоде нам не хотелось. Поэтому взявшись за тряпки, которые обнаружились на печке, начали приводить дом в порядок. По возвращении Сергея отправили его нарубить дров. Пусть Империя и была продвинутой страной, но видимо в такие дали, цивилизация ещё не добралась, ибо все дома в деревне топились, как и в старь — дровами. Может показаться, что это неудобно или неправильно, но жители привыкли, да и люди в основном здесь селились уже в сознательном возрасте.

Спустя несколько часов мы смогли с Ольгой привести в порядок несколько комнат и соединённую кухню со столовой. Где спать, кушать, готовить есть, а больше нам и не требуется. Остальные комнаты мы решили не трогать. Дальше мы затопили печь, что удивительно, она не была захламлена, а значит чистить не придётся и это была хорошая новость. Лёгкий аромат дыма заполнил наше временное пристанище, но основная часть всё равно выходила в дымоход.

Дальше нужно было позаботиться об ужине, обед мы благополучно пропустили и этот факт ещё больше портил настроение, а урчащие животы трёх молодых людей сильно нервировали. Небольшие припасы у нас были, но всё же решили сходить вновь к старосте и постараться купить немного еды. Отправили мы снова Сергея, всё же он предприниматель, а значит должен с этой задачей справиться лучше нас. Не прошло и двадцати минут, как он вернулся с корзинкой снеди, там был хлеб, яйца, овощи, немного вяленой свинины, картошки и замороженная курица. Последнее удивило, ведь электричества мы в деревне не видели, но задать вопросы было не кому. Приготовить ужин взялась Ольга, по её словам, единственная из нас троих, кто хоть как-то может готовить, пусть и не так хорошо, как многие другие девушки. Выбор блюд был не особо разнообразный, девушка просто и незатейливо пожарила целую курицу в соли, а на гарнир отварила картофель. И вот спустя полтора часа, мы уселись за стол ужинать.

— Странно всё это, — сказал Сергей, когда еда на столе была съедена.

— И что странного? — не понял я.

— Вот это всё странно, — он обвёл рукой наш временный дом, но ход его мыслей я всё равно не понимал, как скорее всего и Ольга, потому что мы оба на него непонимающе смотрели, видя это он продолжил. — Не когда не думал, что я пущусь в такую авантюру.

— Я что-то не понимаю, тебе нравится или ты жалуешься? — спросил его я.

— Сам не знаю, поэтому и назвал это странным, — туманно ответил он, и всё ещё видя не понимание в моих глазах продолжил. — Тебе, наверное, трудно это понять, но я всю жизнь прожил в роскоши, пусть и не в такой, как у старших или старых родов, но отличия от простолюдинов колоссальные, а теперь мы здесь и у меня странные чувства, с одно стороны мне всё нравится и хочется продолжать путешествие, а с другой стороны, где-то внутри сидит голос и твердит, что бы я вернулся обратно к родным пенатам.

— Понятно, — кивнул я. — Ты просто вышел из зоны комфорта, вот и всё.

— Ну сейчас тоже довольно таки комфортно, — неуверенно сказал он.

— Ты не понял, я говорю не о комфорте, как удобстве бытия, а как удобства твоего внутреннего мира, — сказал я.

— Да, где-то я о таком слышал, но не могу вспомнить что это точно значит и как может повлиять на меня, — нахмурился Сергей.

— Не переживай, это тебя не убьёт, — улыбнулся я. — Но ты станешь лучше, возможно даже сильнее, если конечно сможешь грамотно понять все изменения.

— А это как? — не понял моего объяснения парень.

— А вот это ты должен сам понять, — туманно ответил я. — Выходя из зоны комфорта, человек становится либо сильнее, либо ещё более зависимым от своего прошлого состояния, есть ещё и третий вариант, когда с человеком совсем ничего не происходит, но это происходит в разы реже.

— Понятно, — протянул Сергей, а затем добавил. — Наверное.

— Это хорошо, — улыбнулся я. — Но давайте закругляться и ложиться спать, завтра нужно будет разведать, что здесь и как, а также попробовать узнать через сколько точно дней будет их лучший Проводник.

— Да, я тоже так считаю, — согласилась со мной Ольга.

— Тогда давайте на боковую.

***

В рабочем кабинете главы рода Вороновых была мрачная атмосфера. Максим Владимирович прекрасно понимал, кому его род обязан силой, властью и деньгами. А также понимал, что при положительном исходе всё перечисленное увеличится многократно. Ведь так говорит его Господин, Великий Ионей, а не верить ему, у мужчины надобности не было. Но вот сын, то ли не понимал, то ли не хотел этого делать, потому ерепенился, что могло поставить жирный крест на всём роде, как и на их жизнях.

— Отец, повтори ещё раз, что ты сказал? — зло бросил Алексей, сын Максима.

— Что в моих словах было непонятного? — приподнял вопросительно бровь, глава рода, стараясь держать себя в руках. — Ты должен начал ухаживать за Светланой Гроховской.

— Но как же моя Настя? — сквозь зубы сказал Алексей, стараясь не грубить своему отцу.

— А что с ней? — не понял вопроса Воронов старший.

— У нас с ней свадьба уже назначена на следующий год, — не выдержал и выкрикнул парень.

— Да будет тебе, как назначили, так и разорвёте, — небрежно махнул рукой Максим.

— И тебе на это всё равно? — крикнул Алексей.

— Сын, я тебе рассказывал, благодаря кому мы обязаны нашим положением в обществе и силой, так к чему эти дурацкие вопросы, — поморщился, как от зубной боли, сказал мужчина. — И держи себя в руках.

— Отец, но мы любим друг друга, — попытался ещё раз донести свою мысль Алексей.

— Любовь делу не помеха, — вновь махнул рукой Воронов