Жребий некроманта #5 - Евгений Валерьевич Решетов

Буду развивать газеты и журналы. А жалование ты мне какое положишь? И ведь подъёмные ещё нужны, — хитро посмотрел на меня Лёшка.

Я хмыкнул и начал с ним торговаться, а то без этого никак. Ему любая сумма покажется маленькой. Мы минут двадцать спорили до хрипоты, а потом ударили по рукам и довольный Корбутов вернулся к невесте. А я остался один и посмотрел за окно, где тьма уже совсем окутала лес. И как-то мне так грустно на душе стало. Пришло осознание того, что лихие бесшабашные приключения остались в прошлом, а впереди меня ждут скучные государственные дела и отцовство. Конечно, весело носиться по Империи, громя врагов, но для народа полезнее будет, если я всерьёз возьмусь за прогрессорство.

Придя к такой неутешительной мысли, я весь остаток вечера провёл в мрачном настроении. Даже спать пошёл совсем рано. Правда, уснул далеко не сразу. Ворочался под ритмичный стук колёс, но потом всё-таки заснул.

А уже к утру поезд выбрался на холм, с которого было видно утренний Царьград, слегка скрытый туманной дымкой. Однако, несмотря на утро, по огибающей город реке уже ползали пароходы. Они выбрасывали в воздух клубы чёрного дыма и активно работали гребными колёсами. А уже совсем скоро поезд проник за высокую белокаменную городскую стену и медленно поехал по столице, стуча об рельсы железными колёсами.

Императорские гербы на вагонах привлекали внимание горожан, которые шли мимо растущих сплошной стеной разноцветных зданий с затейливыми лепными фасадами, украшенными барельефами. Тут, конечно, цивилизация чувствовалась намного сильнее, чем в Уральске. По блестящим рельсам скакал красный трамвай, а рядом с ним по покрытой асфальтобетоном улице шныряли «глазастые» автомобили с колёсами похожими на мотоциклетные.

В воздухе же смешались тысячи ароматов: выхлопные газы, канализация, навоз, человеческий пот, запах свежей выпечки, дамских духов… А от обилия звуков хотелось закрыть уши. Над улицей разносились противные писки автомобильных клаксонов, конское ржание, женский смех, грубые мужицкие реплики низшего сословия, звон колёс трамвая, крики продавцов и попрошаек…

Вот каждый бы город империи сделать таким прогрессивным. И именно с этой мыслью в голове я вместе со спутниками вышел из вагона и оказался на специальном перроне для vip-персон. Простых смертных тут не было, ну, кроме слуг, которые кинулись за нашим багажом. А вот из аристократов здесь красовалась моя супруга Анастасия и по-военному собранно глядел Илья. Оказывается, он тоже решил нас встретить. Старший брат крепко пожал мою руку.

Анастасия же чинно поприветствовала меня, сдержанно улыбаясь:

— Доброе утро, моя дражайший супруг. Как прошла поездка?

— Доброе утро, ваша светлость, — так же чинно выдал я. Мы же аристократы, а не какие-то простолюдины, которые после долгой разлуки с визгами бросаются друг другу на шею. — Поездка прошла успешно, как и моё пребывание в Уральске. И даже произошло одно счастливое событие. Позвольте вам представить сударыню Анастасию-Анну Остроскую-Бельман, невесту Алексея Корбутова.

— Ого! — удивился Илья и шокировано посмотрел на Лёшку, будто уже не чаял, что тот когда-то решится жениться.

А тот смущённо улыбнулся и просюсюкал:

— Анастасия-Анна с первого взгляда покорила моё холостяцкое сердце.

Моя супруга скользнула по вдове изучающим взглядом, подметила все её украшения, сочную фигуру и хрен её знает какие сделала выводы. Вслух же она дружелюбно прощебетала, посмотрев на Ленку и Бельман:

— Пойдёмте, сударыни, автомобили нас ждут. Нам явно есть о чём посплетничать, подальше от мужских ушей.

— С превеликим удовольствием, ваша светлость, — с милой улыбкой сказала Островская и посеменила рядом с Анастасией. Ленка к ним тоже присоединилась. И они тут же стали о чём-то тихонько шептаться.

— Как бы не спелись, — мрачно протянул я, покосившись на Корбутовых. — Иначе нас ждёт весёлая жизнь

— Угу, — поддакнул Лёшка и пошёл за девицами.

Мы двинулись рядом с ним. И Илья мне доверительно шепнул:

— Император желает встретиться с тобой.

— Хм-м… А с каких это пор ты проводник его слов? — удивился я и заломил левую бровь.

— С недавних. Он решил приблизить меня. Теперь я одно из его доверенных лиц, — вздохнул Илья. Ему явно не очень-то нравилась такая роль, но императору не перечат.

— У тебя головокружительная карьера.

— Ага. До только падение может быть столь же стремительным. Я же ничего не смыслю в придворных делах и интригах.

— А ты просто никуда нос свой не суй, никому ничего не обещай и побольше помалкивай, — дал я ему дельный совет и вышел из здания вокзала, чей металлический каркас поблёскивал в лучах солнца.

Флаг Российской империи продолжал гордо реять на шпиле, посматривая оттуда на трио чёрных роскошных автомобилей, ожидающих меня и моих спутников. Я с Ильей сел в одну из машин. И она повезла нас в императорский дворец.

Автомобиль быстро пронёсся по улицам города и остановился около кованного забора, за которым притаились ухоженный парк с прудиком, десятки мраморных статуй и многочисленные часовые в парадных золочёных мундирах. Последние открыли ворота и пропустили нас внутрь. Машина прошуршала колёсами по брусчатой дорожке и замерла возле белокаменного дворца со стрельчатыми окнами и множеством остроглавых башенок, куполов и шпилей.

Мы с Ильей вышли из автомобиля, после чего услужливый малый из числа слуг повёл нас вглубь дворца. Я вспомнил своё первое появление здесь и разговор с предыдущим императором. Накатила ностальгия. И она стала только сильнее, когда слуга привёл меня в тот самый кабинет, в котором я с братьями разговаривал с Его Императорским Величеством Александром Четвёртым.

Илья остался за дверью, а вот я уселся на диванчик с загнутыми резными ножками и пробежался взглядом по дорогой мебели из красного дерева, персидскому ковру на полу и тяжёлым занавесям, закрывающим окна. Вот тут на стене раньше висел портрет предыдущего императора, а нынче красуется физиономия Корсакова.

Сам же Корсаков пожаловал в кабинет минуты через две, поприветствовал меня кивком головы и уселся за рабочий стол.

— Паршиво выглядите, Ваше Императорское Величество, — сказал я, оценив бледную кожу императора и его запавшие глаза с тёмными кругами под ними.

— Сам знаю, — иронично огрызнулся император, играя желваками, едва не протыкающими кожу.

— Давненько я вас таким не видел. Дайте-ка подумать, когда это было в последний раз… А нет, не припоминаю. Значит, я вас впервые таким вижу. Или вы так радуетесь? Повелитель помер, оппозиция подавлена, дочь беременна, любимый зять жив. Да не просто жив, а наконец-то готов заняться делом. Я планирую масштабную трансформацию Империи. Но мне понадобится ваше содействие. Думаю, мы сможем так развить государство, что оно по уровню жизни будет уступать только Раю. И в нём, возможно, даже не надо будет умирать. Но, вероятно, мне с этим придётся подождать. Шутки в сторону, Ваше Императорское Величество. Изрекайте. Я внемлю. Что-то опять стряслось? По Империи нанесён удар? Куда мне теперь ехать и кого уничтожать?

— Этого врага так просто не уничтожить, — проговорил Корсаков, откинулся на спинку и благосклонно посмотрел на меня. — Но с вашим настроем, князь, глядишь мы справимся и с этой бедой.

— Не томите. Что же это за враг такой? — подобрался я, ощутив искренний энтузиазм. А то ведь я уже думал, что приключения ушли из моей жизни. А тут какой-то зело сложный противник…

— С этим врагом придётся справляться в основном с помощью умственной работы, — продолжил нагнетать государь. — А имя ему — пустая казна.

— Тьфу ты, — разочаровался я. — Оттого вы и в столь пасмурном настроении?

— А чего мне радоваться? Налоги не повысишь, народ и так не катается как сыр в масле. А аристократов только тронь, как они сразу же начинают вопить о том, что я душу их свободу. А ведь армию кормить надо, модернизировать. Мы и так отстаём от европейцев, а ежели не будем ей заниматься, то вскоре нас по кусочкам растащат соседи.

— Это я вовремя решил заняться прогрессорством. Ладно, слушайте меня Ваше Императорское Величество. Есть у меня несколько идей, как в кратчайшие сроки раздобыть деньги. Нужно привлечь иностранные капиталы, пообещав им всякие преференции вроде пониженных налогов. Да и вообще нам надо развивать производство и аграрную промышленность. И магию. Без магии нельзя.

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался император и подался ко мне.

И что самое странное, меня тоже охватил азарт. Я вдруг возомнил себя Петром Первым, мощным государственным деятелем, двигателем страны к светлому будущему. У меня от возбуждения даже душа запела, а мозги принялись вспоминать самые удачные реформы, что были на той Земле.

Корсаков же сперва с удивлением смотрел на меня, а потом и вовсе разинул