Ростки силы - Руслан Муха

— Вы ведь не под присягой, — на всякий случай спросил я графа, хотя это и так было очевидно.

— Этого еще не хватало, — нахмурился он. — Брат мой старший принимал присягу, он тогда был во главе графства. А потом, когда помер, с меня никто присяги не потребовал. Но я бы и не стал.

Я кивнул, затем спросил:

— Булавку мою случайно не находили?

Никто не понял, о чем речь, и только Хаген отрицательно покачал головой. Я сполз со стула, пространство снова забавно заколыхалось, а я, чувствуя себя на волнах, шатаясь, принялся шарить по полу в поиске защитного артефакта. Как бы там ни было, осторожность прежде всего.

— Теодорес, у вас все в порядке? Как вы себя чувствуете? — это сказал мастер Эрион, заставив меня поморщиться из-за императорского обращения.

— Вы бы могли не говорить так… — попросил я, продолжая шарить по полу.

— Мальчишке, видать, совсем скверно. Видимо, лекарь переборщил с маковой настойкой, — скрипуче протянул Скаргард, а затем недоверчиво поинтересовался: — Может он все-таки не адамантиец? Эти вроде должны быстро приходить в себя.

Мне едва ли нравилось, что они так открыто и ничего не опасаясь, обсуждают мою тайну, и только было я хотел об этом сказать, как увидел ночным зрением блеснувший кусочек металла. Это и оказалась моя булавка. Я на коленях пополз за ней.

Тем временем у меня над головой продолжался разговор:

— Нет, ваше сиятельство, будь он не адамантийцем, не смог бы так быстро оправиться, да и вообще вряд ли бы выжил. И я сам все видел, — Эрион перешел на шепот, — у него два сердца.

Иган вдруг весело хохотнул:

— До меня вдруг дошло! Санта! Она мне написала недавно, вот месяц назад. Написала, мол, чудо свершилось, что надежда у Виреборна еще есть. Я все гадал, о чем это она? Думал, совсем сестра умом поехала. Кто ж знал, что она говорила о парне. Хех, ну, честно говоря, такая себе надежда. Так и гляди, нарвется на неприятности и помрет это чудо.

— А кто такая Санта? — я вынырнул из-под стола, сузил глаза и внимательно уставился на Скаргарда.

— Бабка твоя, — по-простецки заявил граф, усмехаясь. — А мне сестрой младшей приходится.

— Санта Бертольдо? — в недоумении спросил я. — Разве она жива?

— Конечно! Ей единственной только и удалось сбежать в Макридию. И то, потому что в день восстания Теней она была далеко от Сол-Меридии.

— Агата Чаккерс? — вдруг догадался я, теперь все сошлось.

— Да-да, — кивнул Иган. — Она теперь так зовется. Сам понимаешь все. Времена такие, некоторым приходится скрывать свои настоящие имена.

— Значит, вы тоже против Ворлиара? — спросил я на всякий случай.

— Против?! — Иган как-то сильно возбужденно воскликнул, а затем недовольно добавил: — Да плевать я хотел, кто там в алмазном дворце протирает штаны на троне. Все, что мне нужно — покой. И чтобы не трогали ни меня, ни мою семью. А ещё чтобы эти — красноглазые нелюди по улицам не разгуливали. Все-таки Девангеры были правы, уничтожать надо эту погань, зло он все.

Поняв, что Игану вообще плевать на происходящее, а еще то, что он неожиданно приходится мне вдруг двоюродным дедом, я решил перейти делу.

— Так, а что вы сделали с Неспящим?

— Я его поднял и отправил в его покои, — отозвался Хаген.

— Уже ночь и почти все спят, — пояснил Эрион, — сейчас никто ничего не заподозрит, но завтра вечером гвардейцы и герцогиня собираются отбыть в Файгос, там их ждет ветробег.

— Я так понимаю, у вас уже есть план, — предположил я, возвращая разговор к тому вопросу, с которого начал, когда очнулся.

Хаген тяжело вздохнул и устало прикрыл глаза рукой, Скаргард скривился и схватился за голову, а мастер Эрион внимательно уставился на меня. И тут было несложно догадаться, что весь их план был завязан на мне и, по всей видимости, именно мне придется его выполнять.

Глава 16

— Ну так, что вы придумали? — повторил я вопрос, видя, что никто не спешит отвечать.

— Убийство Неспящего — проблема не только ваша, но и наша, — тяжело вздохнул мастер Эрион. — Нужно увести его из Кей-Диуар, развоплотить в пути, желательно подальше отсюда. Вам же двоим, — мастер снова вздохнул, — нужно утром покинуть Кей-Диуар через главные ворота. Вас не должно быть в городе, чтобы ни у кого не вызвать подозрений.

— Если мы покинем город, кто в таком случае развоплотит Неспящего? — не понял я. — Неужели вы думаете, что нам удастся двигаться за отрядом незаметно?

— Нет, — на этот раз ответил Скаргард. — Кому-то из вас придётся вернуться, но не через главные ворота, а через подземный туннель. В поместье много потайных комнат и застенок, как и в любом уважающем себя поместье, одни из таких застенок находятся рядом с покоями Неспящего. Так сможешь находиться рядом и контролировать его.

— И по всей видимости это придется сделать вам, Ваше величество, — вкрадчиво произнес Эрион и указал взглядом на Хагена, который обессиленно уперся головой в ладони и, кажется, вообще не слишком соображал, что происходит вокруг.

Я мрачно и с осуждением взглянул на Эриона, всем своим видом выказывая, что обращаться ко мне как к величеству сейчас совсем неуместно. Да и Скрагард совсем не оценил, скривился и бросил на главного мага презрительный взгляд:

— Давай без этого величества, Эрион. Мальчишке надо убраться из замка да побыстрее, иначе проблем потом из-за него не оберешься. А станет он величеством или нет — да я до такого не доживу. Да и он сам, боюсь, тоже, — Скаргард резко переключился на меня и со всей серьезностью заявил: — Мы тебя не собираемся выдавать, Теодор. Но не потому, что ты последний адамантиец и единственный законный правитель Виреборна, нет. И даже не потому, что ты мне родня.

Я заинтересованно вскинул брови:

— Почему же тогда?

— Это дело чести, — сказал старик, — ты спас мне жизнь, избавил мое графство от этого мерзкого нелюдя. Поэтому я перед тобой в долгу. А быть должником я ненавижу больше всего на свете. Понял?

— Что уж тут непонятного? Яснее некуда, — кивнул я.

Игана такой ответ устроил, но мне показалось, что насчет чести он лукавил. Просто Скаргард прекрасно понимал, чем чревато убийство Неспящего в его поместье. И он не мог меня выдать по одной простой причине: его обвинят в измене и в том, что он прятал меня все эти годы в своем графстве. А учитывая наше, пусть и дальнее родство, это обязательно произойдет.

Тем временем Скаргард продолжил говорить:

— Ты