Падение летающего города 1. Путь Самирана - Максим Александрович Лагно

ли младенец грани и Моральное Право? И что будет тогда?

Мадхури Саран усмехнулась:

— В древности бывали такие случаи. Они описаны в скрижалях знания о прошедших днях. Как и все родившиеся на Дивии, дети рабов получали Линию Морального Права, а некоторые — и двенадцати тысяч граней озарений.

— Что с ними стало?

— Говорю же, это случилось много поколений назад, когда в Дивию вознесли из грязи первых слуг и служанок. Когда люди Дивии узнали о рождении рабов, озарённых гранями, их всех убили. После этого слуги и служанки стали проходить лечение у сословия Возвращающих Здоровье.

— Вы их лечите от деторождения?

— Да. Мы уничтожаем создание семени у мужчин и удаляем детородную утробу у женщин.

— Вы сказали «много поколений назад». А как долго существует Дивия?

Мадхури снова нахмурилась:

— Это лишние вопросы, ответы на которые не должен знать чужеземный демон, занявший тело моего сына.

— Опять вы меня демоном обозвали, — вздохнул я. — Я уже думал мы начали находить общий язык.

— Ты не мой сын, я никогда не буду относиться к тебе хорошо. Запомни это, захватчик.

— Ладно, узнаю это из Скрижалей Знания в Доме Опыта, — усмехнулся я.

— Если на то будет воля Создателей, — согласилась Мадхури.

* * *

Я вспомнил, что торговец порнухой упоминал о неких «свободных гранях». Спросил у мамы Самирана, что это такое.

— Свободными называются грани, которые остались у человека неиспользованными, — ответила она. — Например, у тебя сейчас двенадцать тысяч свободных граней, а у меня только триста.

— То есть это те же самые грани, просто зачем-то названы «свободными»?

— Не «зачем-то», а потому, что свободные грани можно использовать для создания кристаллов озарений. Чем больше у тебя свободных граней, тем больше кристаллов ты способен сотворить.

Я уже вник в механику работы граней, поэтому деловито осведомился:

— А создание кристалла озарения стоит столько же граней, сколько усвоение озарения?

— Верно.

— Но ведь это невыгодно! Зачем тратить грани на творение кристаллов, которые ограничены в использовании, если можно на те же грани взять озарение, которое будет с тобой до самой смерти?

Мадхури Саран покачала головой:

— Ты не понял. После слияния кристалла свободные грани затухают, но через некоторое время возвращаются.

— Приведите, пожалуйста, пример, — попросил я. — А то я запутался в этих гранях.

Мадхури Саран встала с матраса:

— Я тебе покажу, как это делали твои учителя в детстве.

Она вытянула руки перед собой руки, растопырив пальцы так, словно держала невидимый мяч. Закрыла глаза и замерла.

Стояла так, наверное, больше минуты.

Я негромко кашлянул в кулак.

Мама Самирана приоткрыла глаза:

— Слияние граней в кристаллы требует времени.

— Много?

— Для людей с тонкой и слабой Линией Духа — много. Для меня — нет.

Мама Самирана закрыла глаза и простояла ещё две минуты. Потом между её ладонями прорисовался размытый контур шара. Одновременно с его появлением Мадхури сблизила ладони. Размытый шар уменьшился, одновременно уплотнился и приобрёл чёрный цвет, свойственный кристаллам озарений.

Когда шар уменьшился до размера теннисного мячика, я различил в нём множество граней, которые хаотично метались внутри границ шара. То одна, то другая, то сразу десяток чёрных граней вдруг останавливались и соединялись друг с другом, принимая стеклянный вид.

За несколько секунд большинство граней соединились с соседними и застыли.

Мадхури сомкнула ладони, после чего сжала правый кулак.

Опустилась обратно на пол и протянула мне кулак. Раскрыла — на ладони лежал блестящий чёрный шарик. Грани, составляющие его, были так плотно пригнаны, что не различить узора их соединения.

Я протянул свою руку и положил на ладонь Мадхури.

Вспыхнул Внутренний Взор:

`

*

КРИСТАЛЛ НЕЗАМЕТНОГО ОЗАРЕНИЯ «НАВЕДЕНИЕ СНА».

ТВОРЕЦ КРИСТАЛЛА: МАДХУРИ САРАН.

ДО ЗАТУХАНИЯ ОЗАРЕНИЯ, ЗАКЛЮЧЁННОГО В ЭТОТ КРИСТАЛЛ ОСТАЛОСЬ: ПЯТЬ НАВЕДЕНИЙ.

*

`

Мадхури сказала:

— Я создала этот кристалл из десяти свободных граней. Теперь они потухли. Но из-за того, что моя Линия Духа крепка и сильна, свободные грани вернутся уже утром.

— А у тех людей, кто ниже вас по Линии Духа, время возвращения свободных граней будет больше?

— Да. Но если у них будет сильная Линии Тела, то время будет другим. У каждого своё время.

Женщина спрятала шарик в складки своей туники.

— Завтра отнесу кристалл в лавку на рынке Седьмого Кольца. Скупщик даст мне не менее сотни золотых граней.

— Не слишком ли много золота за один незаметный кристалл?

— После нападения на Карехи, многие союзники и друзья рода Карехи потеряли сон. Цены на кристаллы «Наведения Сна» выросли. Вчера за него не дали бы и десятки.

— А отчего зависит количество использований кристаллов? От Линии Духа?

— От Линии Духа, — кивнула Мадхури. — От Линии Тела и от Морального Права. Можно увеличить это число даже с помощью других кристаллов озарений, например, с помощью озарения «Огранка Кристалла». Но высокое число использований кристаллов ещё не показатель его ценности. Многие кристаллы ярких озарений можно применить лишь один-два раза, но при этом они произведут потрясающее действие.

Я досадливо вздохнул:

— Как всё сложно-то.

— Это сложно для чужеземного демона. Ты будешь изучать слияние кристаллов в Доме Опыта, — сказала мама Самирана. — Когда выберешь род Саран и наследованное озарение, будешь создавать кристаллы сам. Это дело непростое, учиться ему долго. Но крепко слитые кристаллы с целебными озарениями весьма ценятся на рынке.

Я снова догадался:

— Цена зависит от имени мастера, создавшего кристалл?

— Не только, но имя творца кристалла может повысить цену. Моё имя ценится, хотя есть мастера и намного лучше меня. Но всё-таки больше тех, кто намного хуже.

— Всё равно сложно.

— Тебе и не надо знать все двенадцать тысяч озарений, — воскликнула мама Самирана. — Никто не знает их все. Даже учителя в Доме Опыта могут рассказать о назначении от силы сотни озарений.

Наш разговор угас сам собой. Мадхури всё чаще зевала и потягивалась, я тоже хотел спать.

Мама Самирана решительно встала и вышла, оставив травяную дверь распахнутой.

— Никакого уважения к личной жизни ребёнка, — сказал я и подошёл к арке.

Дёрнул одну ветку, другую, третью. Дёргал до тех пор, пока не нашёл нужную — травяная дверь зашелестела, заскрежетала ветками и закрылась.

19. Спокойные дни и неспокойные погоды

Моя девушка, которая парапланеристка, однажды призналась:

«Контраст, вот, что привлекает меня. Я провожу много дней в большом, но спокойном офисе, в тихом старинном здании у Обводного Канала. Решаю маркетинговые проблемы тех клиентов, которые обратились в нашу фирму, или придумываю эти проблемы, если у клиентов всё хорошо. Поэтому мне нужен контраст. Когда я летаю на параплане, я максимально далеко и от