Жатва - Алексей В. Мошков

class="p1">Гэри, Сабина и Криста терпеливо ждали его в сторонке, обтекаемые не проявляющими особого любопытства людьми. Впрочем, дети все же косились на них, словно чувствовали, что эта троица на самом деле выглядит иначе. И тут с Мэлом случился конфуз. Не успел он сделать и двух десятков шагов, как навстречу ему выкатилось странное колесо. Не доехав до героя Пяти Дней «Жатвы» нескольких метров, оно резко затормозило, выпрямилось и прошипело:

– Проштите, вы не потшкажете, как прошти к ближайшей штанции межотраншпортировки?

– Вам нужно дождаться воздуш… – машинально начал отвечать Мэл и осекся.

Хорошо хоть, не заорал благим матом. В двадцатом пятом веке считалось позорным страдать ксенофобией, но… Тулово существа – а это, несомненно, был инопланетянин – напоминало вертикально поставленного червя и было с обоих концов усеяно бахромой щупалец. Ни глаз, ни рта, ни ушей… Непонятно, чем оно смотрит, слышит и говорит?.. А может, ему и не нужно говорить… Ведь во Вселенной встречаются мыслящие жизнеформы, обладающие телепатией – во всяком случае, так утверждал учебник ксенобиологии, которую Мэл проходил в школе… Тогда откуда голос?

– Извините, – побормотал вчерашний школьник. – Я не знаю… Я нездешний!

– Еще раш проштите! – непонятно чем повторил инопланетянин.

Изящно накренившись червеобразным туловом, он сплел щупальцеобразные отростки верхней и нижней части своего тела, а может быть, передней и задней. Кто его разберет?.. Несколько мгновений Мэл оторопело наблюдал, как пришелец удаляется – перекатом, будто заправский акробат. Проводив его взглядом, он подумал, что, появись такое чудище у них в поселке, там началась бы паника. А в больших городах люди, видимо, привыкли ко всяким разным чудищам… Мэлу стало стыдно, и он поспешил присоединиться к своим друзьям.

– Куда дальше? – поинтересовался он, чтобы скрыть смущение.

– В ресторан, конечно, – ответила актриса. – Я заказала столик у панорамного окна. Увидите, как стартуют гравитабли.

Вся компания бодрым шагом устремилась за другими пассажирами, длинной чередой вливающимися в распахнутые ворота, над которыми пылали солнечными бликами металлические буквы «МЕТЕОР-СИТИ-1. МЕЖЗВЕЗДНЫЕ ЛИНИИ». За воротами, правда, не оказалась никаких гравитаблей, а только длинная и высокая остекленная стена космического вокзала, отражавшая синее метеорское небо и плывущие по нему облака. В стене не было дверей, но она беспрепятственно пропускала входящих и выходящих посетителей космопорта.

Вопреки ожиданиям, ничего особенного в этом просторном, в несколько ярусов, зале Мэл в первую минуту не заметил – ни космонавтов в скафандрах, ни роботов-погрузчиков, ни, слава богу, инопланетян. Все те же пассажиры в разноцветных одеждах, бестолково снующие туда-сюда. Лихо лавирующие между ними автоматические антигравитационные багажные тележки. Толкотня и суета. Громкие объявления о прилетах и отлетах. Мэл даже не сразу уловил, какие именно рейсы объявляют здесь до боли знакомым женским голосом: «Уважаемые пассажиры, в связи с гелиоусловиями в районе старта прибытие рейса двести тринадцать, следующего по маршруту Мицар-АВэ – Солнечное Селение – Земля, задерживается».

Прозвучало это так обыденно, словно речь шла о рейсе пассажирского флаера из Пеории. Нет, что и говорить, вчерашний школьник, а ныне герой «Жатвы» был человеком скромных запросов. В отличие от своей невестки Мари, он не мечтал взойти на борт гравитабля, который отправляется к черту на кулички, ну хотя бы к тому же Мицару. С него достаточно и того, что он уже побывал на Луне. Хотя… Через два дня «Жатва» закончится, а деньги у него – еще нет.

Может, и впрямь купить билет до этого Мицара, а заодно прихватить Мари с племянниками?.. Вот только Сабина… С нею как быть?

«Уважаемые пассажиры рейса семнадцать-бис, следующего по маршруту Земля – Марс – Тау Кита-Цэ, – объявил голос Сабины, – посадка заканчивается через пять минут. Просьба отлетающим незамедлительно подняться на борт, а провожающим – покинуть гравитабль». Друзьям не было нужды покидать гравитабль, они на него не собирались подниматься, а вот посмотреть на его старт было интересно. Для этого нужно было пройти в ресторан, расположенный на широкой балюстраде, которая охватывала здание космовокзала с фасада, обращенного к взлетному полю.

У входа их встретил метрдотель. Без всякого сомнения, этот пожилой мужчина с обликом профессора узнал звезду голодрам Сабину Ивик и в маске, но, сохраняя достоинство, лишь сдержанно поклонился и проводил гостей к заказанному столику возле огромного, во всю стену, панорамного окна. Отсюда хорошо было видно толпу пассажиров, спускающихся по длинному эскалатору в широкое отверстие в огромной выпуклой крыше какого-то сооружения, что почти впритык стояло к зданию космовокзала. Некоторые из отлетающих оборачивались и махали провожающим, прежде чем исчезнуть под крышей непонятного здания. Когда последний из них скрылся в отверстии, рубчатый язык эскалатора вдруг начал сворачиваться, совсем как бумажная трубочка игрушки «уйди-уйди».

Изнутри поднялась плита, которая плотно закупорила отверстие в крыше, а все сооружение размером с добрый стадион вдруг плавно и совершенно бесшумно стало отодвигаться от космовокзала. Мэл и Криста наблюдали такое впервые, и это захватывало дух. Нетрудно было догадаться, что сооружение и есть гравитабль, который невидимый с балюстрады буксировщик вывозит к месту старта. Только в эту минуту друзья по-настоящему увидели взлетное поле космодрома «МЕТЕОР-СИТИ-1», до самого горизонта занятое овальными, похожими на исполинских жуков гравитаблями. И не только поле.

Межзвездные корабли висели в воздухе на разной высоте, вернее, двигались. Одни постепенно ускорялись, исчезая за облаками, а другие – тормозили, заходя на посадку. Движение это казалось хаотичным, но на самом деле управлялось могучим электронным мозгом кибернетического диспетчера. Мэл хотел было проследить за отлетом рейса семнадцать-бис, но отвлекся и потерял гравитабль из виду. Ведь судно, улетающее к Тау-Кита-Ц, ничем не отличалось от всех прочих межзвездных кораблей.

– А ведь я знаю этого твоего Брюса Тейлора, – вдруг сказала актриса.

– Откуда? – удивилась Криста, столь неожиданно сброшенная с небес на землю.

– Мы снимались с ним в нескольких голодрамах, – ответила Сабина.

– Хочешь сказать, что он актер?..

– Не совсем… Прости, что говорю это при всех, подруга, но так нужно… Дело в том, что Брюс Тейлор – не человек…

– Кто же он? Инопланетянин?

– Кинодроид, – ответила актриса, – специально созданный для исполнения ролей идеальных героев-любовников.

Мэл присвистнул, а Гэри покровительственно накрыл широкой ладонью маленькую кисть своей возлюбленной.

– Да как же он может заниматься такими вещами?! – возмутилась та.

– А что ему остается? – невозмутимо откликнулась Сабина. – По требованию Гильдии Актеров все кинодроиды были уволены…

– Не знал, что среди андроидов тоже бывают безработные, – усмехнулся Гэри.

– Представь себе… Если это, конечно, настоящие андроиды, а не суррогаты и неписи, как в «Жатве»… А безработному андроиду трудно отыскать работу… Особенно такому… узкоспециализированному…

– Это уж точно! – буркнул сержант.

– Ну так вот, видимо, нашлись дельцы,