Игорь Федорцов - Сталкер-югенд

− От безделья, − не оценил он старания своего знакомого.

На взгляд Чили все очень симпатично. А старый пляжный зонт весьма к месту. На таких лужайках бабушки приглядывают за внуками и варят свое фирменное варенье. Смородиновое или малиновое.

− Не светись из-за меня, − попросил Паха.

Девушка постаралась держаться за пахиной спиной, но любопытство одолело и она привставала на цыпочки подглядывать.

На этот раз дверь дома заперта. Паха нагнулся, задрал доску у порога, достал ключ. Пошурудил. Замок плохо срабатывал. Открыл, впустил спутницу и зашел сам. Дверь закрыл на задвижку.

Сгорая от любопытства, Чили проскользнула в узкий коридорчик. Дальше должна быть гостиная.

Она самая. Роскошный стол на лапах-ножках. На столе салфетка, ваза для фруктов и графин.

Чили уже здесь нравилось. Дом. Это чувствуешь. Атмосфера доверия, покоя и надежности. Вдоль стены диван, продавленный, но все еще вполне пригодный к эксплуатации. Над ним настоящая картина «Псовая охота». В углу гостиной столик, кресло-качалка и камин! На полках бутылки, давно пустые и собранные исключительно ради этикеток. На видном месте, на пьедестале, обнаженная женская скульптура. Промежность и подмышки зачернены окурком.

− Эстет, − восхитилась Чили хозяйственностью Панды.

− Ага, босяк, − согласился Паха. Не понял, про что сказали или озвучил свое мнение.

Под лестницей на второй этаж, дверь. Паха дернул. Заперто.

− Подняться можно? Посмотреть? — умоляюще попросилась Чили.

− Смотри, − разрешил Паха недоумевая. А чего смотреть-то? — Только на кровать не ложись. У него клопов тьма-тьмущая.

Предупреждение девушку не расстроило. Она стремительно вбежала по скрипучим ступенькам.

Паха стоял озабоченный увиденным. В доме давно не жили. Месяц или больше. Пыль повсюду. Даже на диване. Учитывая, что Панда не слазил с него все свободное время… Толок, пока не развалится.

Куда мог деваться старик? Ушел? Некуда ему уходить. Врагов у него не было. Врагов не было, а дураков вокруг полно. Стреляй с закрытыми глазами, не промахнешься. Паха еще раз для успокоения дернул ручку двери под лестницей. Закрыто на замок, а не на засов. Вспомнил одну из привычек хозяина. Прошел на кухню. Открыл пару шкафов, выдвинул ящики. Все на месте. Только вот и кухня не выглядела обитаемой. Разве что тараканы. Из еды не опознаваемые крошки на столе.

Чили поднялась наверх. Ступени скрипели-пели под каждым шагом. Перила потрескивали и при касании оставляли пыль на пальцах. Комната. Сквозь занавеси сеется свет. В углу письменный стол, к нему приставлен стул. Полка с книгами. Библия. Предсказания Нострадамуса. Как сохранить хорошую фигуру. Сто уроков фитнеса.

Вторая спальня. Широкая кровать, по стенам репродукции Стива Хэнкса и развороты глянцевого журнала. Hustler — прочитала Чили название издания. Сразу понятно, берлога одинокого мужчины. Вокруг по углам, у окна, одна на одной, пуфики и банкетки. Десятка полтора не меньше. Должно быть собраны со всего городка. Заглянула в ванную. Шикарное джакузи черно от грязи. На полу душ: ведро и черпак в нем. В туалете сумрачно и дурно пахнет. На гвоздь наздеваны выдранные страницы книг — туалетка? На стене надпись: Не тяни время!

Исследовательница не пропустила ничего. Залезла даже в маленькую кладовку. Помещение отведено под хранения двух вещей: гладильной доски и… фрака!..

Закончив со вторым этажом, насмелилась подняться на чердак, в паутину и сумрак. Прокралась к окошку, окончательно вывозившись в пыли. Отсюда практически не видно разрушений. Облезлые кровли, верхушки деревьев, углы домов. Городок не кажется вымершим, скорее замершим в ожидании чего-то. Лучших времен? Чили невольно вспомнила песню Феликса и Джилли.

…Всех нас ждут когда-то лучшие времена!

Наливай по полной и пей до дна!

Получил счастливый на погост билет?!

Вот они лучшие и лучше их нет!..

− Чили! — позвал её снизу Паха. — Чили! Пошли я знаю, где он. В пятиэтажке.

Девушка быстро спустилась. Впопыхах прищемила палец чердачной лестницей, едва не скатилась по ступенькам.

− Ищет вход в подвалы, старый хрыч. Говорит, оружие там спрятали. Не уймется, пока шею не свернет.

− Правда, спрятали?

− Было бы правдой, городские или гусятники по кирпичику, до фундамента, здание разобрали бы.

− А что за здание?

− Вроде вычислительный центр был.

Сердце Чили ёкнуло. Вдруг оборудование осталось. Вдруг не все растащили. Не позарились.

До пятиэтажки добрались быстро. Проход загораживал забор из стальных решеток.

− Круголя топать некогда. Давай подсажу.

Чили зацепилась за верх, попробовала подтянуться.

− Что? Задница тяжелая?

− Ничего не тяжелая, − пыхтела Чили. Паха подставил колено и плечо. Чили оперлась и с трудом залезла на забор.

− Я на…

Паха подтолкнул. Она едва не упала на другую сторону. Следом перекинул её поклажу. Сам по-армейски, подпрыгнул, подтянулся, сделал выход силой, перевалился с упором на руку и преодолел препятствие. Тихо охнул, но вида не подал.

Чили с ехидцей посмотрела на парня. Еще как можешь?

Паха пожалел что выпендрился. Заныл бок.

Пересекли небольшую площадь. Не считая раскатанных покрышек чисто. Паха высматривал признаки присутствия своего приятеля.

Вошли в здание.

− Эй! Панда! — позвал Паха не слишком громко.

Унылое эхо пустых помещений вторило зову. Высоко захлопали крыльями голуби, сорвались лететь.

Чили поднялась по шаткой лестнице на второй этаж, высунулась в разбитое окно и отпрянула. У забора мелькнул человек. Чили не поверилось. Показалось? Увидела второго.

− Там кто-то есть.

Паха моментально взлетел к ней. Спрятавшись за оконный угол, наблюдал за улицей. Людей высмотрел. Они и не скрывались особо. Числом задавят.

− Гусятники.

− За нами?

− Тюхалы наняли. Самим слабо. Я боялся динго не отвяжутся, а тут эти. Га-га-га.

− И под пули полезут? — засомневалась Чили.

− Полезут. Заказали − сделают. Работа такая.

Уходить с позиции Паха не торопился. Прислушивался к звукам. Их не много, но важно не пропустить не один.

− Семь или восемь, − приблизительно оценил он численность преследователей. − Плюс у них Нос.

То, что его больше тревожил безызвестный ей «Нос», Чили определила по тону сказанного.

− Не торчи у окна, − наставлял Паха девушку, продолжая наблюдать. − В отряде всегда снайпер есть.

Чили стало не по себе. Казалось, вот-вот грохнет выстрел. Она даже представила полет пули. Вот вырывается из дула сноп огня, вылетает кусок свинца и, накаляясь об воздух, стремительно летит к ней. Мягко рикошетит о раму, чуть, но не критично, изменяет полет и впивается ей в сердце. Девушка даже руки подняла защититься.

Паха спустился, пробрался к двери, в которую вошли. Достал жестянку с Крабовой Вонью и осторожно капая секретом, попятился. Подобрал выбитый кирпич, поставил на бок прикрыть, а затем вытряхнул железу. Хотел половину, но выпало все содержимое. Подбирать не стал. Из похожей жестянки, только поменьше, уронил сверху несколько черных ягодин. Щепкой утопил плоды в Крабовой Вони. Встал, отошел в сторону посмотреть. От входа ловушки из-за кирпича не видно.

Паха вернулся к Чили. Понаблюдал с минуту в окно.

− Наверх полезем. Потом перейдем в другое крыло и в подвал. Там посмотрим.

− А кто это Нос?

− Шакал. Их слепыми из помета забирают, учат след вести. Зверя или человека.

− Они нас найдут?

− Я ему угощение оставил, − рассказывал Паха на ходу.

− Какое?

− Крабовую Вонь.

Чили вспомнила отвратный запах железы.

− Будет он тебе её жрать.

Паха вздохнул. Темень! Ну, как объяснить, что Вонь специфическая железа. Половая. Из нее лекарство делают. Для тех, у кого «не маячит». А Нос сука. Только у сук хороший нюх. Так что она эту Вонь заглотит и добавки попросит. А вот ягодки…

Они быстро поднялись на этаж, затем следующий. На четвертом Паха задержался. Протяжно завыл, а затем визгнул Нос. Очевидно шакала добили, чтобы не мучилась. Но утешительного мало, гусятники уже в здании.

«Эх, раньше бы их просечь!» — сокрушался Паха. Хотя чего сокрушаться. Мог бы догадаться. Убийство своего тюхалы не спустят.

В межэтажном переходе замешкались. Под ногой сыграл плохо прикрепленный железный лист. Грохот подхватило эхо.

− Тише ты! — придержал Паха девушку, собравшуюся скакать дальше.

− Тут они! — раздался ободряющий крик. — Давай наверх!

Паха потянул Чили за собой. Они нырнули в коридор. Хрустя битым стеклом пронеслись к пожарной лестнице. Не полезли. Паха первый перепрыгнул провал в переходе, подстраховал Чили. Спустились ниже и снова в коридор. Грохнул выстрел. Чили пригнулась.

− Это они так. На понт берут. Вдруг ответим или кинемся бежать безоглядно.