Эми Тинтера - Ребут

Это объясняло, как Лэб смог работать в КРРЧ, когда у него был ребенок ребут. Они ничего не знали.

Хрип, исходящий от Каллума, заставил меня повернуться. Он опирался о спинку дивана, уставившись отсутствующим взглядом в стену. Я сжала пальцы вокруг его руки, и ему потребовалось несколько секунд, чтобы моргнуть и повернуться ко мне. Его глаза были совершенно не сфокусированными.

— Ты в порядке? Ты хочешь немного поесть?

Он не ответил. Его взгляд переместился с меня на людей, и он щелкнул зубами, издав низкое рычание. Я быстро отдернула руку и отскочила от него, когда он начал бороться с веревками. Люди обернулись на шум, и Тони вышел из толпы, упирая руки в бока.

— Почему бы вам не отнести его в спальню? — предложил он. — Ему не следует находиться здесь со всеми нами.

Адди взяла связанные ноги Каллума, а я схватила его под плечи. Он извивался в наших руках, и Адди ускорила шаг в коридоре, открывая вторую дверь справа.

В комнате стояли только кровать и комод. В углу была небольшая куча одежды и несколько книг на комоде, но я не увидела ничего, что мог бы сломать Каллум, если станет метаться по комнате, пытаясь избавиться от веревок.

Мы положили его на кровать, и Каллум перестал сопротивляться, когда я провела рукой по его лбу и волосам. Он слабо мне улыбнулся, прежде чем закрыть глаза, и я пожалела, что не могу заползти в кровать к нему.

Адди выскользнула из комнаты, и в дверях появился Тони, жестом предлагая мне последовать за ним. Я вышла в коридор и закрыла за нами дверь.

— Вот в чем дело, — тихо сказал он, быстро оглядываясь назад на людей в кухне. — У тебя набралось много людей, которые хотят помочь.

Я и не верила в это, исходя из услышанных разговоров, не говоря уже о том, как все смотрели на меня.

— Но такого рода вещи могли бы быть более эффективными, если бы у нас была пара недель для разработки плана, — продолжил он. — Мы смогли бы найти лучший способ войти и выйти, может быть, попытаться поставить некоторых наших людей на командные позиции в ночь, когда мы соберемся сделать это. Но… — Он мельком взглянул на дверь спальни. — Они не хотят, чтобы я говорил тебе, но мне кажется, что это правильно.

— Говорил мне что? — спросил я, мой желудок скрутился в узы.

— У антидота существует окно. Если ты будешь ждать слишком долго, а он слишком далеко зайдет, то все будет бесполезно.

Я проглотила комок в горле и, начав говорить, мой голос звучал смехотворно.

— Что за окно? Сколько времени у меня еще есть?

— У тебя точно нет пары недель, — сказал он. — Именно поэтому они не хотели, чтобы я говорил тебе. Я бы сказал, что ты, вероятно, на допустимом пределе, но у тебя не так много времени. Как долго он находиться в таком состоянии?

— Он начал чувствовать себя странно и дрожать три дня назад, я думаю. Но начал терять сознание и рассудок только вчера.

Тони поморщился, проведя рукой по волосам.

— Да. У тебя мало времени.

— Сколько?

— Я не знаю. Это новая программа. Врачи все еще выясняют, как она работает. Они позволяют некоторым из них запускать курс, чтобы посмотреть, что произойдет, и это не хорошие новости. Но я бы сказал… может быть, не больше одного дня. Возможно, у тебя есть больше, но это рискованно.

Я оперлась рукой о стену, потому что мир начал слегка раскачиваться, и я боялась упасть.

— Поэтому мы должны пойти сегодня вечером.

— Да.

Я закрыла глаза на мгновение.

— Какой в этом смысл? КРРЧ пытается избавиться от нас?

— О, нет. Вы нужны им, ребята. Но вы нужны им как агрессивные, безрассудные солдаты. Они не добились этого, в частности от Ниже-шестидесятых. Это — решение проблемы. Или будет им, если они когда-нибудь заставят его действовать правильно.

Им нужна была я, по большому счету. Я, имеющая гораздо меньшей свободой воли.

Я сделала глубокий вдох и кивнула Тони.

— Хорошо. Я пойду сегодня вечером с вашей помощью или без. Ты можешь сказать им это.

Улыбка подернула край его рта.

— Да, я понял.

Он развернулся, чтобы уйти, и я схватила его за край рубашки, заставляя остановиться. Я скрестила руки на груди и изо всех сил старалась не смотреть на него подозрительно, но была уверена, что провалилась.

— Почему ты хочешь освободить ребутов? — спросила я. — Что с тобой не так?

Он рассмеялся, потирая рукой рот.

— Что со мной не так?

— Да. Ты помогаешь ребутам сбегать и просто отпускаешь их, так?

— Мы так делаем, да. Это действительно было единственным решением.

— Решением чего?

— Избавления от КРРЧ. Фактически завладеть равными частями продуктов и медикаментов и всего, чего они дают людям, находящимся по ту сторону стены, потому что они думают, что мы потеряли цель. У нас нет никаких шансов против КРРЧ с вами на их стороне.

— Но КРРЧ держит вас в безопасности, — сказала я мантру, которую слышала сто раз в течение пяти лет как ребут. — От нас, от вирусов, от преступников…

— Спорный вопрос, — сказал Тони, подняв бровь. — Возможно, они начали с чего-то вроде этого, но сейчас они точно перестали стремиться к этой цели. Большинство этих преступников, — он закатил глаза, когда сказал это слово, — вы охотились за одними из нас. Или просто за людьми, которые хотели сделать что-то безумное подобно, не знаю, утаиванию своего восьмилетнего ребенка, умершего и вернувшегося к жизни. Все купились на слова КРРЧ, кормящих нас тем, что вы все были бездушными существами. Большинство людей никогда даже не разговаривали с ребутом.

В его словах был смысл. Большинство людей видели нас только, когда мы были на задании, когда охотились на них. Нам редко позволяли сказать им хоть слово.

— Пойдем, — сказал Тони, махнув головой в сторону кухни. — Если мы собираемся сделать это сегодня вечером, нам нужно начать разрабатывать план.

Я приоткрыла дверь спальни, но Каллум был все еще неподвижен с закрытыми глазами. Мне хотелось остаться с ним, но Тони был прав. Я не могла просто вломиться в КРРЧ и надеяться на лучшее. Нам был нужен план.

Я последовала за Тони на кухню, жестом приглашая Адди тоже подойти. Люди были за столом, сидя на барной стойке, собравшись в группы, но все перестали разговаривать, как только мы вошли.

— Сегодня вечером или никогда, — сказал Тони. Он положил руку мне на плечо, и я вздрогнула, натолкнувшись на Адди.

— Это уговор Рэн.

— Хорошо, — сказал Десмонд. — Никакого уговора. Все равно это глупая идея, давайте все вернемся домой.

Тони выстрелил в него взглядом и Десмонд вздохнул, прислоняясь спиной к стене и бормоча что-то себе под нос.

Потом они опять все сразу заговорили, и Тони поднял руки.

— Эй! — крикнул он. — Просто успокойтесь на секунду. Какие предметы первой необходимости? Что должно произойти, чтобы у нас все получилось?

— Нужно отключить электроэнергию, чтобы они смогли войти незамеченными, — пропел низенький лысеющий мужчина.

— Но вы сказали, что там есть резервные генераторы, — сказала Адди.

— Есть, — ответил мужчина. — Но они работают минуту, а у вас есть гораздо больше шансов войти, пока электроэнергия отключена.

— Верно, — сказал Тони. — Вы, вероятно, можете проникнуть в здание, прежде чем электроэнергия врубиться снова.

— Нам нужно будет открыть комнаты ребутов, так? — спросила Адди. — Они все будут заперты в это время ночи.

— Да, — сказал Десмонд. — Управление комнатами на четвертом этаже, и там будет стоять вооруженные охранники. Я предлагаю вам идти открывать им двери вместе. Потом Адди может побежать на восьмой, чтобы выпустить ребутов, а Рэн пойдет на седьмой в медицинские лаборатории.

— А куда мы все пойдем после того, как выберемся оттуда? — спросила я. — Просто побежим и будем надеяться на лучшее?

Десмонд испустил преувеличенно долгий вздох, давая нам знать о своем отношении к этой идее.

— Предложение, Дес? — спросил Тони с полуулыбкой.

— Они не смогут просто побежать, — сказал он, раздраженно вскинув руками. — Даже если кому-то удастся это сделать, КРРЧ запрыгнут в свои шаттлы и убьют половину с неба.

— Хорошая мысль, — сказала Адди, жуя губу. — Мы можем деактивировать шаттлы?

— Если у нас найдется несколько добровольцев, готовых сделать это, то да, — сказал Тони. — Мы проскользнем в гараж и испортим двигатели, чтобы, по крайней мере, задержать их. Нам придется действовать быстро, но думаю, что мы сможем задержать большинство из них.

Шаттлы. У КРРЧ были большие шаттлы, транспортные шаттлы они обычно использовали для перевозок многочисленных групп преступников. Резервация ребутов находилась в сотни милях отсюда, но если мы заполучим в свои руки несколько шаттлов, то будем там в считанные часы.

— А что если мы просто возьмем шаттл? — спросила я.

— Извини? — спросил Тони.

— Ими тяжело управлять? Что, если мы возьмем пару больших шаттлов, как и транспортных, и просто улетим оттуда?