Святейший кровопийца. Том 2 - Демьян Копьёв
— Ну, как? — послышался знакомый голос.
Скуратов стоял в тени галереи, прислонившись плечом к колонне, и задумчиво жевал соломинку. Его хитрые глаза, внимательно следили за уходящими учениками.
— Интересная публика, — ответил я, подходя ближе, — Потенциал есть, причём у некоторых даже больше, чем они сами думают. Сердолидзе неплохой мечник. Земляной мощный маг, но прямолинейный. Татищева единственная, кто пытается думать. Меньшиков огневик с нераскрытым потенциалом, но бездарно расходует резерв. С остальными ещё не всё ясно, но вскоре выясню их сильные и слабые стороны.
— Хм-м, ты и за одно занятие немало узнал, — Демид оторвался от колонны и зашагал рядом, — Неплохо.
— Это всё поверхностные наблюдения, чтобы понять каждого из них по-настоящему, нужно время.
— Время у тебя есть. По крайней мере, до тех пор, пока тебя не отправят куда-нибудь на другой конец империи, — Скуратов бросил на меня многозначительный взгляд, — Семён, кстати, что-то такое упоминал.
— Что именно? — насторожился я.
— Что тебя скоро могут откомандировать. Подробностей не знаю, он мне не докладывает.
Значит, планы Куваева по отправке меня в Саянск начали приобретать конкретные очертания. Быстрее, чем я рассчитывал. С одной стороны, отъезд из столицы решил бы кучу проблем: Кристина и её хозяева, Распутин с его навязчивым покровительством, любопытство Затейникова, да и общая нервозность, связанная с тем, что слишком многие знают или подозревают, что я не тот, за кого себя выдаю. С другой стороны, здесь, в Петербурге, ниточки расследования тянулись ко всем ключевым фигурам. Уехать сейчас, значит оборвать их.
— Задумался? — хмыкнул Демид.
— Размышляю.
— Полезное занятие. Ладно, пойдём ко мне, выпьем чаю. Тебе не помешает отдохнуть перед обратной дорогой.
Мы прошли через внутренний двор, мимо площадок, где продолжались занятия других групп. На нас то и дело оборачивались. Видимо слух о том, что новый тренер повалял по земле учеников из рисковой группы, уже разлетелся по школе.
В кабинете Демида было тихо и прохладно. Старик разлил по чашкам тёмный, терпкий чай, опустился в своё кресло и внимательно на меня уставился.
— Что? — поинтересовался я, чувствуя на себе пристальный взгляд.
— Оцениваю, — без обиняков ответил Скуратов, — Ты слишком хорошо сражаешься для послушника. Причём не только мечом, но и магией. Уровень твоего владения стихиями, который ты продемонстрировал ученикам, соответствует как минимум старшему инквизитору, а то и выше. Да и в спарринге ос мной ты показал удивительный результат.
— Как я и говорил ранее, у меня были хорошие учителя, — ответил уклончиво, прихлёбывая чай.
— Не сомневаюсь, — Демид откинулся на спинку кресла, — Но даже самые лучшие учителя не объяснят того спокойствия, с которым ты ведёшь бой. Это не выучка, Александр, это опыт, а опыт такого рода приходит только тогда, когда тебя много раз пытались убить по-настоящему.
Я промолчал, отпивая чай, лишь пожал плечами.
Скуратов не стал давить.
— Впрочем, это твоё дело, — он махнул рукой, — Мне важен результат. Если за месяц ты сумеешь хоть немного обтесать этих щенков, я буду доволен. Ну а если кто-то из них реально станет приличным бойцом, считай, я у тебя в долгу.
— Я не собираю долги.
— Все собирают, — философски возразил старик, — Просто не все об этом знают. Давай ещё чаю, а потом двигай обратно в свой орден. Только не ходи ночью по тёмным переулкам. Я слышал, в городе снова неспокойно.
— Неспокойно? — я впился взглядом в лицо Скуратова, — Что конкретно происходит?
Демид просто так не станет поднимать шум и предупреждать, если сделал это, значит точно что-то знал.
— Да так, — Скуратов неопределённо взмахнул рукой, — Слухи. Люди пропадают. Несколько тел нашли с характерными повреждениями. Тебе, как инквизитору, наверняка это известно лучше, чем мне.
С характерными повреждениями? Вырезанные сердца?
Культ Лилового Сердца продолжал свою мерзкую работу, несмотря на гибель Таюшева. Одним бароном сыт не будешь, у этой гадины много голов.
— Спасибо за предупреждение, Демид Игоревич, — поднялся я, допив чай, — Завтра буду к восьми.
— Идёт, — кивнул Скуратов, а я поднялся и направился к выходу.
На улице уже почти стемнело. Фонари вдоль дорожек школы горели ровным желтоватым светом, отбрасывая длинные тени на мокрую мостовую. Дождь, хлеставший утром, сменился мелкой, назойливой моросью, оседавшей на плечах и лице противной водяной пылью.
Я вышел за ворота школы, поблагодарив стражников кивком головы, и быстрым шагом двинулся по улице. До замка Святой Инквизиции было далековато, но свежий вечерний воздух действовал лучше любого бодрящего заклинания. Ноющие мышцы потихоньку расслаблялись, голова прояснялась.
По дороге я обдумывал всё, что произошло за последние дни. Событий навалилось столько, что в голове начинала образовываться каша: Таюшев, демон, Распутин, Кристина и её тайные заказчики, культ Лилового Сердца, анонимный донос на меня в Инквизицию, Ольга, спасённый мальчишка, чьё имя я до сих пор не выяснил. И это помимо ежедневных обязанностей: тренировки послушников, выезды со Зверем, а теперь ещё и школа Скуратова.
Я усмехнулся. В прошлой жизни у Великого Инквизитора Лорна тоже частенько не хватало часов в сутках, но там хотя бы была чёткая иерархия, система, столетиями отлаженный механизм. Здесь же я был всего лишь послушником, который пытался жонглировать десятком дел одновременно, при этом скрывая от всех, кто он такой на самом деле.
— Ничего, — пробормотал себе под нос, свернув на широкую, хорошо освещённую магическими фонарями улицу, — Справлялся раньше, справлюсь и сейчас.
Вечерний город жил своей жизнью. Из окон доходных домов лился тёплый свет, слышались голоса, смех, звон посуды. Где-то играла музыка, тонкие переливы скрипки плыли над крышами, смешиваясь с сырым воздухом. Несколько карет прогромыхали мимо, обдав меня брызгами из лужи. Я даже не стал уворачиваться, было уже всё равно.
Ближе к центру города народу стало больше. Мне пришлось лавировать между прохожими, стараясь не привлекать к себе внимания. Броня послушника и меч, висевший на поясе всё равно вызывали любопытные взгляды прохожих. Инквизиторов здесь уважали и побаивались.
Я почти добрался до квартала, граничащего с территорией ордена, когда вампирское чутьё, то самое, которое никогда не подводило, вдруг завопило, заставив резко остановиться.
Я почувствовал тонкий, почти неуловимый, но знакомый
