Пермский Губернский 7. Ультимат. Том 2 - Евгений Бергер

Особенно, когда вокруг происходит такой пи***ц! — хохотнул кот.

Тем временем, Ерёмин добежал до бедного ценителя запрещённых растений, и одновременно сдав все нормативы ГТО, констатировал факт проигрыша пухляша в неравной схватке с гравитацией.

— Что и требовалось доказать. — вздохнул Семён.

— Вы издеваетесь⁈ Он из-за нас спрыгнул!!!

— Тише, мон ами! Он спрыгнул сам. По своей воле! У него был выбор этого не делать.

— Господи… — Поселягина вытащила мобильный телефон: — Нас точно уволят… И это в лучшем случае…

* * *

Валентина и «комиссия» поджидали меня на парковке Полимага. Для проверки меня на султана высшего разряда, девочка-модель выбрала ещё двух студенток и трёх парней, среди которых, каким-то чудом — затесался Досвидянц.

— О! А ты, что тут забыл? — поинтересовался я.

— Я, как твой друг, выступаю в роли адвоката. Буду защищать тебя от грязных слухов и других аморальных поползновений. — гордо заявил молодой армянин.

— Что ж, надеюсь, твои услуги мне не понадобятся. — с усмешкой ответил я, вглядываясь в машины на парковке, и искренне надеясь увидеть там знакомые угловатые формы «Кабана».

Кроме блондинки-небоскрёба, среди женской половины оказалась та пухлая девочка с косичками и таинственная незнакомка, телосложение которой Семён охарактеризовал бы, как «суповой набор». Худощавая, в общем.

А среди мальчиков, если не считать Досвидянца, присутствовал тот маленький подсевало и тихий неформал, чьи чёрные, как смоль, волосы прикрывали половину лица. Неужели дворяне позволяют своим детям выглядеть… вот так⁈

— Чего мы ждём? — поинтересовалась Булочка с косичками.

— Мой транспорт. — сухо ответил я, продолжая рассматривать парковку.

Однако здоровенный «Мерседес» с характерным рыком только-только заехал на территорию Полимага.

— Опаздываешь. — я с осуждением посмотрел на фамильяра.

— Дико извиняюсь! Но я только из полицейского участка.

— Разобрались?

— Ах, если бы… — Семён, почему-то улыбался во все тридцать два зуба: — По дороге расскажу. Кстати, а это кто?

— Это — комиссия, которая должна проверить есть у меня гарем, или нет.

— О, как! Занятно. Боюсь, что все в машину точно не влезут. Всё же, я предпочитаю лишний раз не нарываться на ДПС.

— Это и не нужно. У нас есть свой транспорт! — гордо заявила небоскрёбная блондинка.

— Прекрасно. А-то, всякое бывает. — фамильяр тут же вышел, и оббежав огромный седан, раскрыл передо мной заднюю дверь: — Прошу вас, Фёдор Александрович!

— Благодарю. — мне уже не терпелось послушать, что же там такого случилось, и когда можно будет покупать имение.

— Итак! — начал Семён, когда мы плавно выехали с забитой парковки Полимага: — Беда, как известно — не приходит одна.

— Так.

— Сперва мы вышли на первых двух подозреваемых. Один, правда, умер в ковидные времена. А вот второй, как оказалось, проживал в Краснокамске.

— Что это?

— Город… Ну, вернее, жалкая пародия на оный.

— Вы нашли подозреваемого?

— Нашли! Но опросить не успели.

— Почему?

— Кроме подозреваемого, я совершенно случайно напоролся на заросли Марьи Ивановны. Причём, в производственных масштабах! А поскольку со мной в компании были люди в форме… бедолага подумал, что сможет сбежать по трубе, которая находилась снаружи, прямо за окном. Но к великому сожалению, гравитация оказалась коварнее.

— Насмерть?

— Ага. Третий этаж. Да и вес у мужичка явно был в избытке. В общем, вызвали наряд. Оборин был в аху… Кхм… В шоке! Накрыли целую ферму по производству «натурального продукта». Малых поблагодарили и обещали наградить, а я спрятался в прокуренном туалете, чтобы ко мне не было лишних вопросов.

— И что? Это была последняя зацепка?

— Как выяснилось — нет. Остался ещё начальник той бригады. С ним, конечно, немного сложнее. Ведь он занимает довольно высокий пост.

— В смысле?

— Работает в Пермской администрации. И судя по тому, что я увидел в интернете — мужик чист, как слеза младенца. Но мы с ребятами договорились, что используем эффект давления. А-то сам понимаешь — на любого «чистого» человека грязи хватает, если немного капнуть.

— И что за «эффект давления»?

— Ты.

— Пф-ф-ф-ф… То есть, ты сейчас серьёзно? Хочешь, чтобы я угрожал чиновникам? — хохотнул я: — Не думаешь, что это перебор? Тем более, он, может, вообще, не виновен.

— Может, да. А, может, нет. В любом случае, нам надо его «прожарить»! Причём — самую малость.

— С другой стороны, а вдруг он реально накосяпорил? Ладно, разберёмся с вашим бригадиром. Всё равно, я очень хочу выкупить этот дом.

— Да мы же быстро! Зайдём… Скажем «пару ласковых», узнаем информацию и всё. Поучаствуешь в расследовании! Сделаем вид, что это — приключение.

— У меня уже от этих приключений… — я обречённо вздохнул и отвёл взгляд в сторону.

— Кстати, а с чего вдруг к нам домой едет, какая-то студенческая делегация? Не слишком ли жирно для них?

— Жирно, но Артём — Глава «Элита», сказал, что про меня ходят разные нехорошие и антисоциальные слухи. Мол, в доме у меня — живёт гарем.

— А это разве не так?

— Дурак! Конечно, не так! Это мои исполнители.

— Исполнители? Ага… Конечно-конечно. — усмехнулся фамильяр: — Но, в целом, я всё понял. Мол, Император продвигает стандартные семейные ценности. А ты у нас — Губернский дворянин. Только вот, ты не думаешь, что если студенческая делегация увидит огромное количество различных дамский вещей — начнётся туева хуча вопросов, и в итоге тебя спалят?

— Я созванивался с Ириской. Она всё убрала.

— Хм… Правда? Ну, ладно. — почему-то в голосе Семёна послышались нотки сомнений.

А лично я в своей горничной не сомневался.

Когда мы приехали на Юрша 86, ребята из коллегии были в небольшом шоке.

— Башня-человейник? Серьёзно? — Валентина с сомнением посмотрела на дом: — И ты правда здесь живёшь?

— Как есть. — пожав плечами, ответил я. Оправдываться о том, что скоро перееду в имение — мне не хотелось. Пускай думают, что хотят. А для блондинки-небоскрёба и вовсе самый шик! Уйти на съёмки к тому, кто живёт в обычном простолюдинском доме. Представляю, с каким лицом она пойдёт на фотосессию.

— Ладно! Идём.

Худощавая тут же вытащила огромный мобильник и принялась всё фотографировать, как будто мы прибыли в музей. Все остальные вели себя, чуть более скромнее.

Разве, что Мелкий подошёл к окошку, где сидела добродушная бабуля-консьерж, и