Фантастика 2025-63 - Александр Майерс

дереву и тут замечаю, что у него на ветвях висят плоды. Что-то вроде орехов размером с мой кулак. В траве у подножия их тоже немало валяется.

Не могу удержаться и вступаю с деревом в схватку. Когда отрубаю половину его веток, оно «сдаётся», то есть перестаёт меня атаковать. Вот и умница, сразу бы так!

Запускаю Кардинала, чтобы он срубил все орехи с деревьев, а Щелкунчика отправляю поглощать всё то, что падает или уже лежит на земле. Монстрик смотрит на меня как-то сердито.

— Что такое? Ты устал или что? — спрашиваю я.

— Некусна.

— Потерпи, пожалуйста. Это отработка за то, что я позволил тебе слопать броненосца.

— Лана… — бурчит малыш и отправляется глотать орехи.

Когда он заканчивает, я отзываю его и уничтожаю сердце разлома, а затем бегом отправляюсь к порталу. Выскочив из него, вдруг обнаруживаю, что в обычном мире уже стемнело. А в разломе-то было светло, поэтому от резкой перемены я какое-то время ничего не вижу.

Пока глаза привыкают, слышу шелест травы и сиплый голос:

— Опачки, вот и наш добытчик пожаловал. Чо, стражик, сердце-то нашёл?

— Нашёл, — отвечаю я, пока не видя, с кем разговариваю.

— Молодец какой. Ну давай, снимай рюкзак. И без глупостей, понял?

Портал за спиной закрывается, его мерное гудение стихает. А мои глаза, наконец, привыкают к темноте, и передо мной предстаёт неприятная картина. Четверо вооружённых проходимцев обступили меня и все четверо держат на мушке. Один из них стоит в грузовом отсеке моего пикапа. Вооружены они охотничьими ружьями и обрезами.

— Вы ещё кто такие? Попрошайки, что ли? Благотворительностью не занимаюсь, — сообщаю я.

Их главарь, уродливый тип с торчащими ушами, улыбается. Зубы у него коричневые, как дерьмо. Такое чувство, будто он прополоскал рот водой из лужи.

— Дерзкий. Жить не хочешь, что ли? — спрашивает он.

— Могу задать тебе тот же вопрос. Ещё раз — кто вы, нахрен, такие? Браконьеры, что ли?

— Вольные охотники, — с улыбкой отвечает уродец.

— И на кого охотитесь?

— На глупых Стражиков вроде тебя. Последний раз по-хорошему прошу: снимай свой сраный рюкзак, и тогда мы тебя не убьём. Только попинаем чутка, за дерзость.

Ладно, я достаточно послушал. Неохота больше тратить время.

Астральный доспех я не снимал, поэтому только выпускаю струны. Резко выхватываю ружья у главаря и ещё одного придурка. Глаза у них становятся огромными, и уродец орёт:

— Вали его!

Отбираю оружие у третьего браконьера. Тот смешно бежит за ним, вытянув руки и пытаясь поймать улетающий обрез. Четвёртый, что стоит на моём пикапе, успевает выстрелить. Моя броня с лёгкостью выдерживает заряд дроби, но это всё равно меня расстраивает. Настолько, что я выпускаю Кардинала, и топор вонзается точно промеж глаз ублюдка.

Лидер срывается с места и бежит прочь, другой браконьер следует его примеру. Но третий почему-то решает, что способен меня одолеть. Щёлкает выкидным ножом и бросается в атаку.

Вот дебил. Он думает, что выстрел я выдержал, а с этой тыкалкой не справлюсь?

Решаю сильно не наказывать его за такую глупость. Топор возвращается мне в руку, и я с размаху бью в висок противника. Бедолага падает лицом в траву. Второй рукой я выпускаю струны и хватаю тех, что пытались убежать. Они тоже падают. Я тяну их к себе, а они отчаянно цепляются пальцами за землю и громко матерятся.

Подтянув их поближе, связываю руки и ноги вместе, как свиньям на вертеле. Затем подхожу и молча сажусь рядом на корточки.

— Дружище, ты чего так сразу! Мы же пошутили! — начинает лепетать уродец.

— Заткнись, ты мне не нравишься. С ним буду говорить, — я поворачиваюсь ко второму браконьеру.

— Со мной? — почти пищит тот.

— Ага, с тобой. Рассказывай, как вы здесь оказались.

— Да мы чисто так… По полям катались. Ну, разлом увидели и тачку твою рядом. Вот и решили поживиться.

— Что ты несёшь, дебил! — вопит уродец.

— Я сказал заткнуться, — не глядя, тюкаю его обухом Кардинала по лбу.

Второй браконьер громко сглатывает и говорит:

— Да это, в общем-то, и всё.

— Не верю. Здесь же глушь, дороги далеко, случайно сюда не заедешь. А нормальные люди к разломам не суются. Сознавайся, собака, как вы здесь оказались.

— Ну, мы, как бы… Специально приехали.

— Замолчи, твою мать! Закрой свою пасть! Нас из-за тебя на каторгу отправят! — срываясь, орёт лидер банды.

Он открывает рот, чтобы прокричать что-то ещё, и в этот момент я вставляю ему между зубов лезвие Кардинала. Уродец моментально затыкается и панически расширяет глаза.

— Стисни зубы. Выпустишь топор — язык отрежу, чтобы ты точно заткнулся. Договорились?

Он послушно кивает.

— Молодец. А ты продолжай. Специально, говоришь, приехали?

— Да, мы… Увидели, короче, что ты один в разлом пошёл.

— Как увидели? Следили, что ли, за мной? — допытываюсь я.

— Нет, по телефону увидели. Мы к вашей Стражеской приложухе подключились. Ну, незаконно, — пряча взгляд, сознаётся браконьер.

— Понятно. То есть вы можете видеть и разломы на карте, и кто куда заходит? Увидели, что я один, и подумали, что у меня будет легко отобрать добычу?

— Угу… Так всё и было.

— Понятно. Ну, тогда поехали, — я встаю и забираю топор из пасти уродца.

— Куда поехали? — тут же спрашивает тот.

— Я смотрю, ты вообще непонятливый. Ну-ка, доставай язык.

— Молчу!

— Смотри мне. На твой вопрос я всё-таки отвечу. Поедем на базу Стражей, командор решит, что с вами делать. Полагаю, вас ждёт каторга, как ты и боялся, — объясняю я.

По очереди перетаскиваю браконьеров в кузов пикапа, бросая рядом с трупами их товарища и тараканов, которых я прикончил перед входом в разлом. Подумав, вырубаю тех, кто ещё в сознании. Рассеиваю струны и связываю бандюков буксировочным тросом. А затем призываю Щелкунчика и велю ему выплюнуть всё, что мы добыли в разломе.

Мой пикап оказывается загружен до предела. Отличная добыча, и это всего за один поход на первый уровень! Уже не терпится отправиться на следующую вылазку. Но сначала надо сдать то, что добыл на этой. О, кстати, надо ещё в приложении отметить, что я закрыл разлом. Аналитики ордена и так это увидят, но ткнуть на кнопочку я всё равно обязан. Правила такие.

Достаю из кармана телефон и