Князь Демидов. Том IX - Евгений Бергер

сотни лет. Я и сама начала думать, что Локи сдох ещё в девяностых. — вздохнула Лина и внимательно посмотрела на меня: — Не ушибся?

— Ага. Все кости переломал. — сухо ответил я: — Откуда он берёт энергию?

— А ты не понял? — Анубис зафиксировал ящик двумя железками, что валялись рядом с люком: — Локи питается другими духами, как раньше. Мерзкий типок… Но очень сильный. Нам ещё повезло, что в дирижабле после него осталась всего одна дыра.

— Скажите спасибо ей. — Лина указала на лису: — Не знала, что у моей подруги такие специфические корни…

— Не лезь. — холодно приказал я: — Родителей — не выбирают! И вообще, если дело реально в Руд, то нам всем крайне повезло! Представляешь, как «здорово» спасать пассажиров и экипаж с горящего дирижабля на высоте в четыре с половиной тысячи метров? Руд, а ты…

— Не надо, Хозяин… Лина права. У меня отвратительный отец. И я — такая же. Простите… — тихо прошептала Рудольф, а затем резко развернулась и выбежала из грузового отсека.

— Ты… — я гневно посмотрел на Лину: — Ох, получишь у меня по заднице, как приземлимся!

— Вот ещё! — строго возразила волчица, но румянец на её щеках и рогалик, что закрутился пропеллером тут же выдали бессмысленность моей угрозы.

— Ну, вот скажи… Кто тебя за язык тянул? Зачем было обижать Руд⁈

— Я сказала правду. Локи — очень хреновая родня! — как ни в чём не бывало ответила Лина.

— А Рудольф тут причём? — злобно спросил я.

— При том, что она это скрывала. — разведя руками, произнесла волчица: — Про меня ты знаешь все важные моменты. Про Устинью ты знаешь все важные моменты. Даже про Анубиса ты знаешь все важные моменты! Но Рудольф…

— Так! Стоп. Я не понимаю. Объясните?

— Родословная — очень важная тема для общества духов! Мы строги не только к людям, но и к своим соплеменникам. А Локи — убийца, террорист, пожиратель духов… Хотя, не мне про это говорить. Чуть сама грех на душу не взяла. Но Локи… Локи — это просто ужас! Он убивал людей ради развлечения и после свержения Пантеона. А потом ещё и в мирное время. Любой дух с такой родословной, считай, что тот же мангудун. — пояснила волчица.

Напомню — мангудунами назывались духи-изгои, чьи способности были не самыми востребованными. Крысы Толика — типичные представители данного класса.

— Мало того, что Локи убивал людей, так ещё и отказался явиться на регистрацию в Гильдию Заклинателей. Он едва не растерзал учёных-мэтров, которые пришли его изучить! — ответил Анубис: — Даже я в сравнении с ним — белый и пушистый.

— Так! Погодите. Несостыковка. Когда мы сражались с Линой, и она чуть не убила Крис, то её мгновенно приговорили к смертной казни. Фафнир должен был пожрать её. А тут вы говорите, что какой-то Локи спокойно убивает людей и чинит беспредел? — удивился я.

— Так было раньше. Его уже лет тридцать особо не видно и не слышно. Да и дело в том, что он под защитой Королевства. Локи принадлежит Королю Норвегии, как памятник истории. И Его Королевское Величество взял с божества слово… Ну, такое. Достаточно вялое. — объяснил Страж Весов: — Поэтому, здесь у него нет власти. Но стоит Локи попасть обратно в Норвегию, как всё. До него уже не добраться.

— Тем нам легче. — я схватил Лину и прижал к стенке: — А ты, дорогая, принадлежишь мне… И знаешь, что это значит?

— Что? — беспристрастное лицо волчицы было краснее помидора, а рогалик вращался настолько быстро, что мог проделать дыру в фюзеляже.

— Что ты подчиняешься моим законам, а не законам духов. Мы работаем в группе! Мы уважаем крыс Толика. Мы уважаем всех, кто состоит в нашей группе. Вне зависимости от их прошлого. Вне зависимости от того, что они делали. Наша группа — это новая книга! И мы заполняем её новыми событиями. — я приблизился к лицу Лины и шёпотом добавил: — Тебе всё понятно?

— Ненавижу тебя… — смущённо фыркнула волчица, покрывшись мурашками.

— Я не услышал ответ на свой вопрос.

— Да! ДА! Я твоя. И я всё поняла. А теперь — убери уже от меня свои руки! Ненавижу… Уф-ф-ф… Когда меня трогают высокие красивые мужики с накаченными руками… — Защитница Рима нагло схватила меня за предплечье: — Фу! Какие отвратительные здоровенные мышцы… Меня сотрясает от омерзения, когда я прикасаюсь к тебе!

— Вот и славно. — я взглянул на Анубиса: — Ну, а ты?

— Эм-м… Меня прижимать не надо. Я сразу всё понял. — отойдя на пару шагов, настороженно ответил Страж Весов: — В отличии от сестры — я родился с мозгами.

— Чудно. А, теперь — вы идёте в ресторан и говорите, что мне немного поплохело. Но это на случай, если будут спрашивать. Ну, а я пока пойду к Рудольф и утешу её.

— Ты ломаешь наши традиции. — холодно произнесла волчица: — Уверен, что стоит нас так баловать?

— Чтобы потом такие психи, как Локи ещё больше убеждались в отвратительности людей? Нет уж! Вы для меня — партнёры, а не рабы. Я всё сказал.

— Ну… Смотри сам. Я-то всё прекрасно понимаю. Но мне и жить, наверное, осталось всего ничего. А вот у Устиньи и Рудольф ещё вся жизнь впереди. — пожав плечами, ответила Лина.

— Буду умирать — скажу, что не все такие же милые, как я. Ты это хочешь услышать?

— Ох…

— Короче — молчи и слушай! Как только Рудольф успокоиться — выжди пять часов и потом извинись за своё отвратительное поведение.

— Эй! Вообще-то, я — Древняя. Что за несправедливость? Виноватой себя не чувствую. — заявила наглая мохнатая задница.

— Я не расслышал… — я вновь приблизился к лицу волчицы: — Хочешь, чтобы я тебя наказал?

— ИЗВИНЮСЬ!!! Господи, как же ты меня бесишь… — выдохнула раскрасневшаяся Лина, пытаясь вырваться.

— Хорошая девочка. А, теперь — за дело! — я отпустил волчицу, и та едва не сползла по стенке вниз.

— Сестра-а-а… Ты — безнадёжна. — вздохнул Анубис и неодобрительно покачал головой: — Неужели нельзя хоть на секунду стать честной?

— Не понимаю, о чём ты. — поправив деловой костюм, недовольно фыркнула Лина и потопала к выходу из погрузочного отсека.

Да уж… Как много сложностей в мире духов. И далеко не всё успели рассказать на парах. Теперь понятно, почему могущественные божества не сотрудничают с первыми двумя курсами. Котятки просто не знают всех тонкостей.

Поднявшись к пассажирским каютам, я нашёл люкс богинь и трижды постучался. Дверь была не заперта… Заглянув внутрь, я увидел Рудольф, сидящей на подоконнике широкого окна с подушкой в обнимку. Выглядела она максимально подавленно… Опустила ушки. Кожа стала бледной, как снег. И этот взгляд… Аж сердце неприятно укололо.

— Я могу зайти?

— Угу… — тяжко вздохнув, ответила Руд.

Прикрыв за собой дверь, я подошёл к лисичке и присел рядом:

— Рудольф, скажи… Что случилось?

— Что случилось? — она посмотрела на меня красными от слёз глазами: — А ты сам не понял? Это — катастрофа! Я предала тебя… Сразу же не сказала о том, что мой отец — Локи. И… это всё. Как только дирижабль приземлится в аэропорту — ты избавишься от меня. Выкинешь из своей жизни, как и предыдущие хозяева.

— Эй! С чего ты это взяла? — возмутился я.

— А разве может быть иначе? Кому нужна горничная, чей отец убивал миллионы людей? И продолжает гнать свою античеловеческую политику, прикрываясь Королём! Почему я всегда без особых уговоров шла на войну убивать людей? Почему я всегда без лишних вопросов выполняю даже самые кровавые приказы? Потому что это всё воспитание отца! Влияние Локи на меня… Понимаешь?

— Понимаю.

— Не понимаешь. У тебя — прекрасные родители! Хорошая семья…

— Демидовы? Не спорю. Но своих настоящих родителей я даже не помню. И это не делает меня исключительно плохим. Вернее… я плохой, потому что я так хочу. Вот. На меня уже не влияет прошлое. Не влияет воспитание. Не влияют родители. Я тот, кто я есть. И плевать на предков! Пусть даже они были бы маньяками или… самым великим злом! Или что? Узнай ты, что мои биологические родители — великое зло, то в моменте отвернулась бы?

— Это совсем другое! Понимаешь… Я поломаю тебе весь авторитет среди духов… Никто больше не захочет работать с тобой. И, конечно же, во всём виновата я… Идиотка, блин… Возомнила, что смогу стать достойной богиней. Ага! Размечталась… Можешь ругаться. Можешь называть меня последними словами или даже выпороть… Я это заслужила.

— Тише-тише! — я придвинулся ближе и взял Рудольф за маленькую прохладную ладонь: — Кого волнует, что подумают другие? Руд, лично мне — вообще плевать, кто твои родители.