Забор. Ха-Шинь - Михаил Поляков

есть пожизненных ментальных блоков, а тут такой пустяк! Проще говоря — на нем негде было клейма ставить. Конечно, на более поздних этапах — например при заключении первого полноценного контракта с Ха-Шинь, все это всплывет, но сейчас никого из торговцев не интересовало, какие там отчеты присылает аппарат, безостановочно работающий уже восемь тысяч лет, и не сделавший при этом ни одной ошибки. Ведь все это для дикарей, у которых просто не может быть подобных технологий. А для тех же жителей Содружества или Фронтира всегда найдется оборудование поновее. И ничего страшного, что после ментальной обработки такой разумный умрет — ведь нейромодуляторы могут не только закачивать знания, но и делать обратное. Торговый Дом Ха-Шинь существует так долго только потому, что прекрасно осознает свое место в Галактике и не суется в Центральные Регионы, где правит Совет Патриархов Центральных Миров.

Еще один гарант безопасности торговцев — пополнение Дома только аборигенами, причем чем ниже ступень культурного и технического развития аборигена, тем лучше — на многих планетах их до сих пор чтят как богов, но бывают и исключения. Планета под названием Грязь как раз из таких — вроде бы в предпоследний их прилет сюда они достигли уровня первого метательного оружия, основанного не на силе упругости, а сейчас что не правитель — то владелец целого склада атомных бомб, донельзя примитивных, но все же способных уничтожить все и вся на планете за считанные дни… Вот и доверяй после этого глупым аборигенам, неожиданно сделавшим такой скачок в развитии за полтысячи местных лет, на который иные виды тратят тысячелетия, не без помощи вольных Торговых Домов, конечно же — никому не нужны слишком умные соперники.

На точно такой же Арене, что и на их «родной» палубе, до которой он еле доковылял, постоянно делая остановки и опираясь на стены, было людно. Семнадцатые, восьмые, все после посещения папы и все выглядят намного лучше, чем Георг. Да, у некоторых есть засохшая кровь на лице, но только из носа, Георг единственный, у кого от встречи с папочкой навернулись кровавые слезы.

В центре арены стоял тот самый робот, имевший право приказывать всем и вся. И похоже, что все только и ждали появления Георга — стоило ему переступить порог, как механоид сразу же заговорил:

— Все на месте! Хорошо! Приступим! Тишина!

Свет погас, и единственный прожектор теперь светил точно на макушку механического насекомого.

— Теперь, когда вы выучили нормальный язык! Мы расскажем, какая участь вам уготована! Вы все, так или иначе опали сюда по доброй воле. Причины нам не важны — контракт заключен, а Торговый Дом чтит все сделки. Вы получите все, на что мы договаривались, а мы взамен получаем вас. Теперь вы собственность торгового Дома Ха-Шинь, и должны делать всё, что вам скажут ваши офицеры и начальники. Все понятно?

— Кхп! — странный и неприятный горловой звук, вырвавшийся из гортани Георга, означал на новом языке «да».

— Хорошо! Теперь подходим по одному ко мне и повторяем следующие слова… Кто не справится с первого раза — будет наказан.

Люди потянулись к роботу, а Георг присел отдохнуть, как это сделало большинство. Тут их две, две с половиной тысячи человек, можно было не спешить.

— Глупый человек! На общем говори! А ни на своем, дикарском! В глаза мне смотри! Ты не знаешь где у меня глаза? — робот ругался на нерадивых людишек. — Как это не знаешь где у твоего повелителя глаза? Вот! Покажу их тебе всего один раз! Следующий!

И так человек за человеком, час за часом. Люди беспрекословно и под воздействием недавно приобретенного ментального блока подходили к механоиду, повторяли за ним текст и отходили в сторону.

— Настоящее имя говори! Не ври мне, твоему повелителю! Думаешь, мы не знаем, что ты никакой не Аркадий Иванович Молотов? А самый что ни наесть Запупкин! Обмануть Торговый Дом вздумал? За ложь положено наказание.

Ярко сверкнула молния, слетевшая с манипулятора робота и поразившая Лжемолотова. Георг даже уже привык к этим ярким вспышкам, бившим по глазам.

— О, Боос! — рядом появился Маргарин. — Хреново выглядишь, остальных не видел?

Так, неспешно, дошла очередь и до Георга и его команды, остальная троица вслед за Маргарином быстро нашла своего лидера. А вот Лулмбы и Пахиры в зале видно не было, видимо это не для них.

— Повторяй! На общем языке! Это понятно?

— Кхпэ! — через силу ответил мужчина.

— Я, настоящее земное имя, второе настоящее имя, настоящая фамилия, добровольно и находясь в здравом уме, заключаю пожизненный контракт под протокол с Торговым Домом Ха-Шинь. Подтверждаю, что плата мной получена в полном объеме и претензий к качеству исполнения договора не имею!

— Я, Георг Максимович Оскобин, добровольно и находясь в здравом уме, под протокол заключаю пожизненный контракт с Торговым Домом Ха-Шинь. Подтверждаю, что плата мной получена в полном объеме и претензий к качеству исполнения договора не имею…

— Свободен! Следующий!

Облегченно вздохнув, Георг отошел в сторону, стараясь при этом двигаться медленно и плавно — каждый рывок или поворот головы вызывали у него боль. А еще боль вызывал общий язык — каждая попытка говорить на нем приносила волны воспоминаний из далекого прошлого, бьющие набатом по его многострадальному мозгу. И из-за этого прибоя Георг не заметил самого главного — как в темноте вспыхнули глаза той, которая наконец поняла, кого же ей напоминает лидер ее небольшой группы. И нет, огонек не погас — он сменил свой цвет с уважения на ненависть.

Эпилог

При взгляде со стороны на флот космических торговцев, оккупировавший Солнечную систему, может показаться, что вся их жизнь это сплошной Хаос. На деле же все наоборот — каждое движение, каждый маневр и маршрут просчитан и простроен, а по прибытию в новую систему нужно лишь ввести корректирующие коэффициенты, ведь, в отличие от Торгового Дома, Вселенная не стоит на месте и движется в только ей ведомую сторону.

У конгломерата Альянсов, Союзов, Кланов, Родов и Домов, по недоразумению и для пущей важности именующему себя «Торговым Домом Ха-Шинь» все просчитано и распланировано на тысячелетия вперед. Сегодня они на планете с глупым самоназванием Грязь, а завтра будут гостить у своих кузенов, довольно глупых малых, променявших палубу космического корабля на планетарную твердь.

И куда этот выбор завел кузенов?

А через триста семьдесят один стандартный большой цикл они вновь окажутся здесь, у планеты под глупым названием Грязь. И Глава Клана Разведчиков надеялся, что к тому времени ее самоназвание