Неоновый лабиринт (СИ) - Левин Александр Анатольевич

Не став спорить, я достал планшет, спросив при этом:

— Полагаете, что у нас это дело заберут?

— Если вы не поняли, Алекс, — вздохнул офицер, — Роботы-кальмары производятся тургами в качестве боевых и диверсионных единиц. Считайте, что доказательство их причастности к мятежу у нас есть. Осталось только проверить насколько серьёзно они смогли окопаться тут и…

— Майор Разумовский! — активировалась связь офицера, — Группа экспертов направлена к вам. Будет на месте в течении сорока минут. Обеспечьте сохранность объектов исследования.

— Принято, — ответил мужчина, бросая на меня взгляд, — Действуйте. Позже всё обсудим.

Взломать нанитов, созданных тургами, у Немезиды так и не получилось. Как ИИ не старалась, технология чужих оставалась для неё закрытой. Слишком уж отличался программный код и его логика от привычных ей. И это не говоря о технологическом превосходстве. Всё же, столь серьёзный разрыв давал о себе знать из-за чего сил одного единственного, хоть и весьма развитого ИИ, даже при использовании вычислительных мощностей бортового компьютера, не хватало. Тут требовались значительно большие возможности и ресурсы.

Зато она смогла понять, как именно можно уничтожать их. Метод оказался на удивление простым — излучатели утилизаторов или их военные аналоги. Подобное оружие и без того достаточно эффективно на малых дистанциях и часто устанавливается на истребители-перехватчики патрульных флотов Империи, но у него имеется целый список недостатков.

Во-первых, оно невероятно требовательно к энергоснабжению, из-за чего необходим отдельный реактор. В случае с перехватчиками вопрос решают с помощью секции ториевых батарей, способны заменить его. Правда, это существенно ограничивает реальные боевые возможности тем, что орудие может сделать не больше десятка выстрелов.

Во-вторых, имеется проблема режима стрельбы. Для достижение реального эффекта излучению, вызывающему разрушительный резонанс колебаний атомов и молекул в кристаллической решетке вещества, необходимо некоторое время. По сути, это означает, что подобные системы вооружений имеют только один режим стрельбы — поточный. Импульсный не дает необходимого эффекта, создавая лишь точечные поражения корпуса противника, но не приводит к развитию каскадного разрушения.

В-третьих, все подобные излучатели нуждаются в отдельной системе охлаждения. И если те же истребители-перехватчики сами по себе весьма специфичные машины, у которых нет даже собственного гипер-привода и сопутствующего ему оборудования, что и позволяет не экономить на подобных вещах, то на других кораблях подобные вещи уже станут проблемой. Ведь необходимо иметь сбалансированную структуру производства и расхода электроэнергии, правильное и удобное для обслуживания и ремонта размещение всех элементов конструкции судна… А резонансные излучатели в классическую схему кораблестроения и компоновки попросту не вписываются.

Проанализировав ситуацию, Немезида пришла к выводу, что ей известны далеко не все сведения по изучаемому вопросу. После этого ИИ начала искать информацию уже не только в открытых источниках, но и базах данных СВР, особенно, в их технических разделах. Уже спустя час, ИскИн удовлетворенно кивнула.

Как Немезида и подозревала, человечество давно имело некоторую информацию о технических достижения Пространства Сената. Особенно серьёзно к сбору сведений люди подошли относительно военной сферы и технологий двойного назначения. Учены искали способы создания аналогов и противодействия достижениям тех же тургов, что даже не скрывали своего отношения к людям и их союзникам. Естественно, что плоды этой работы общеизвестными не стали, а некоторые так и вовсе засекречены столь глубоко, что даже упоминания о них весьма скудны.

Зато ей удалось найти не менее полезную, становящуюся жизненно важной для «Варяга» и его экипажа информацию. Космические корабли тургов производятся не строительным методом, как у людей и прочих рас известной части галактики, а практически аддитивным — выращиваются с помощью нанитов. Технология, по сути, проста и сложна одновременно. Происходит массовое производство нанитов, разбиваемых на группы, каждая из которых обладает целевой программой. Одни — формируют корпус и силовой набор. Другие — линии энергоснабжения. Третьи — то или иное оборудование и системы кораблей. Четвертые — вооружения. Более того, каждая из таких групп обладает вложенной дополнительной программой на восстановление сформированных структур при их физическом повреждении.

Двумя слабыми местами такого подхода являются слабость перед поражением высоко ионизированными частицами и возникновение резонансных разрушений. Фактически, плазменное и бластерное оружие или аналоги стационарных утилизаторов. Из-за этого говорить о существовании броневого элемента кораблей тургов не приходится. Компенсируется это высокой маневренностью, большой дальностью стрельбы и мощнейшими многослойными щитами.

Тактику, стратегию и технические средства ведения боев против подобного противника люди уже разработали, но, по каким-то причинам, ещё не ввели массово, сохраняя секретность. То ли опасаются возможных утечек, риск которых запределен, особенно, в свете выявления киборгов-инфильтраторов, то ли как таковых полноценных вооружений ещё нет и всё находится на стадии прототипов. Во всяком случае, Немезиде так и не удалось получить доступ к нужным материалам. Везде она натыкалась на ответ — «Доступ закрыт. Недостаточный уровень допуска.»

Запустив скачивание архива патентов военного и двойного назначения и военных библиотек по тактике и стратегии, Немезида принялась обдумывать способы повышения живучести «Варяга» и увеличения его шансов если не на победу, то на выживание при столкновении с кораблями тургов.

То, что грядущие доработки потребуют денег и времени ИИ прекрасно понимала, из-за чего уже стала прикидывать где и как можно быстро достать требуемые суммы.

«Алекс сам сказал, что полностью полагается на меня, — напомнила себе Немезида, проанализировав возможные проблемы и последствия, — А мне важно не попадаться.»

— Входите господа, — раздался голос секретаря, вырвавший меня из раздумий по поводу того, что именно делает Немезида с кораблем.

Посмотрев на мужчину, я кивнул и поднялся вслед за Разумовским, уже успевшим сделать несколько шагов к распахнутой двери.

Шестой день почти без отдыха давал о себе знать. Инъекции симуляторов и кофе уже почти не помогали, от чего в голове прочно укоренилось лишь одно желание — спать. Подозреваю, что вид у меня при этом был таким же отвратительным, как и у майора, щеголявшего почти черными кругами под глазами, синюшно бледным лицом и злым взглядом покрасневших из-за полопавшихся сосудов, глаз.

Увы, но ситуация не способствовала отдыху и с каждым часом накалялась всё больше и больше. Тот список контактов, что мы собрали по Темирязеву уже отправлен на проверку в следственный отдел, где уже совершенно другие люди будут вдумчиво изучать полученные сведения и вести дальнейшие оперативные мероприятия. Нас же, стоило прибыть на место боя между киборгами экспертам, вызвали «на ковер» к директору УСВР Империи. Тогда же мы и получили приказ на передачу материалов в другой отдел.

Во время полета к зданию Управления мне пришел доклад Немезиды по поводу её заказов для «Варяга», заставивший задуматься. Ничего принципиально нового она не придумала, но некоторые изменения в компоновке систем меня настораживали. ИИ явно намеревалась после выхода с верфей добавить что-то в конструкцию судна…

Генерал-лейтенант Чарльз Блэк встретил нас столь же «выдающимся» состоянием, что было у меня и Разумовского. Видимо, руководителю внешней разведки сейчас приходится совершенно не сладко. Помимо недавно начавшихся чисток, текущая ситуация заставляла его буквально гореть на работе.

— Доброго времени, майор, капитан, — кивнул он нам, — Утро или вечер я уже запамятовал, потому не обессудьте… Присаживайтесь. Сейчас секретарь принесет кофе, стимуляторы и мы подождем остальных участников совещания.