Данила Врангель - Славянский стилет

– А это зачем?

– Надо. Остальное я узнаю сам, и готовь мне встречу с фавориткой. Сиамская Леля – запомни. Мне нужно минимум 24 часа на сбор информации и подготовку к операции. Раньше не звони. А позже – звони. Все, что узнаешь в тему – скидывай на сайт. Да, еще. Леля пока действующий ключ, но временного действия, как и все на Востоке. А время идет. Надо, чтобы на встречу пришла именно она. Другие контрагенты меня не устраивают. Разверни дело так, что я к женщинам слаб, но чтобы они подумали, что это их собственное соображение. И тогда точно пришлют ее! Детали еще обговорим. Смотри, не опрокинь плотик. Утонет телефон. Будь здоров, – и Философ отключился.

Бизон некоторое время смотрел на волны, зажав в руке телефон. Потом вспомнил молодость. Когда это было? Вечность назад или в прошлой жизни? Что так изменило все вокруг? Кто похитил друзей, мечты, надежды? В голове стали всплывать странные картины: полное солнечное затмение; Луна, пожираемая драконом; орел, увязший в болоте… Похищение… Веками проверенный метод. Похищение… Противоположность битвы. Похищение… Вежливый синоним воровства. Похищение… Европы? Легкая волна колыхнула плот. Похищение России…Похищение Украины…Похищение Белой Руси.

Далеко-далеко, возле линии невидимого горизонта, неожиданно завыл кит. … Умолк.

Бизон глянул за борт плота. Там мерцающим светом полыхали водоросли. Вода была теплая, можно искупаться. Лодочник снял все с себя и прыгнул в океан. Поплыл в сторону от плота. Вот оно. Вот Оно! Настоящее единение неизвестно чего неведомо с чем. Тихий плеск волн, горящие звезды и собственное дыхание. Какая сила заставит его сейчас вернуться назад? Один из основных инстинктов? Он понял, что инстинкт – цепь, огненная цепь, удерживающая душу. Субмарина далеко, кабельтовых в пяти. У него есть все возможности остаться здесь. Неужели это такая разновидность депрессии? Агрессии против самого себя в завуалированной форме.

Лодочник нырнул и открыл глаза. Подводный мир был полон огней. Как и надводный. Битва между тремя ничем не отличается от битвы между тремя миллиардами. Это настолько ясно, что потеряло ясность. Он вынырнул. Плот был метрах в двадцати и серебрился в лунном свете. А позади, метрах в ста, над водой появились два плавника и направились к Бизону. Хотели ли они ему зла? Глупый вопрос. Они просто хотели есть. Пловец отбросил философские размышления, когда мощным баттерфляем помчался к плоту и забрался в него.

Это, правда, оказалась пара дельфинов, которые стали кружиться вокруг и насвистывать что-то на своем наречии. Бизон взялся за весла и поплыл к субмарине.

Через несколько минут «Золотая Рыбка» дала дифферент на нос и ушла в прозрачные воды океана. Курс лежал на запад. Туда, где есть ответы на многие вопросы.

Спустя полчаса титановая субмарина мчалась со скоростью 50 узлов, погрузившись на недосягаемую для спутников глубину.

– Откуда известно о смерти Корниенко и, тем более, ее подробности? – человек в тронообразном кресле задумчиво глянул на собеседника, облокотившись о подлокотник мореного дуба.

– Ваше Святейшество, там были наши наблюдатели.

– Где, под Чернобылем?

– Да, ваша милость.

Человек встал и прошелся по громадному залу, освещаемому через узкие окна-бойницы. Еще раз поглядел на секретаря. Нахмурился:

– Впервые слышу, что у нас там есть кто-либо, кроме Корниенко. Или это не так?

– Есть, Ваше Святейшество.

– Кто?

– Спецагентура.

– Я спрашиваю – кто?

– Как вам сказать… – секретарь стал перебирать четки. Быстро пересчитал все и начал счет по новой.

– Ну? – напомнил о себе хозяин кресла.

– Ваше Святейшество, это… посвященные собаки…

– Что-о? Какие еще собаки?..

– Обычные псы. Местные… Они подверглись обряду посвящения, когда присутствовали при рождении молодой Луны.

– Махарашвили, у вас как с головой?..

– Но… Это новейшая психогенная технология нейролингвистического декодирования, – торопливо заговорил секретарь. – Псы… они присутствовали той ночью при разговоре Корниенко и ведьмы. Теперь остается проявить эту информацию опосредованным путем. Как фотопленку…

Человек вернулся в свое кресло, откинулся на громадную спинку и с неподдельным любопытством уставился на секретаря:

– И кто интерпретатор бреда?

– Я. И это не бред. На моей исторической родине собаки способны и не на такое. Это сильнейший индуктор активного биополя – собака. Она помнит все.

– Собак привезли из Грузии?

– Да нет, нет, – терпеливо пояснил секретарь. – Псы местные, знают территорию, обычаи, зоны влияния, отношения между собаками…

– Прекрасно, – оборвал его собеседник. – Они что же, на латыни стали разговаривать? Homo sobakus, однако. Incredibile dictu!

– Они? Нет-нет, на латыни составлен отчет, который лежит перед вами.

Человек в красной мантии раскрыл бювар и воззрился в бумажку, лежащую там:

– Но это далеко, далеко не полная информация, – быстро добавил секретарь. – Собаки устали и спят. Процесс нейролингвистического декодирования весьма утомителен.

Данные, полученные смешанной спецгруппой о событиях в ночь с 31.05 на 1.06 в районе АВ Чернобыльской зоны. Деструктивность текста субъективна и подлежит коррекции психологической экспертизой.

Зав. сек. лаб. псих. мод.

Серые, темные тени высокиеспят в ужасающей тьме.Вот пробежали волнистые запахи,путь указуя к еде.Горы мясные, уйдя в поднебесье,сильно тревожат эфир.Не добивайте корову на месте –это сказал бригадир.И полетели стрелою стремительнойкости в центральный собор.Кто будет пищей, а кто потребителем –скажет священный топор».

Человек оторвался от текста и поднял глаза на секретаря:

– Развести меня хочешь? Махарашвили, у меня нервы крепкие, терпения достаточно, но всему есть предел. Кто измыслил эту чушь? Не говори только, что пес из Чернобыля.

Секретарь сунул четки в карман и, уверенно глядя магистру в глаза, проговорил:

– Это записал в состоянии экстаза наш специалист по сенсорному восприятию вербальных сигналов. Он принял настойку из белладонны, гриба мухомор и еще ряда трав, – рецепт имеется, – а затем вместе с этими псами охотился на кошек в течение суток, входя в ментальный образ. Это было весьма непросто, но наш агент – крепкий человек. Потом он ел вместе с ними, спал и пытался разговорить. Результат перед вами на столе. Перевод с грузинского. Из этого документа следует, что Двурога не застрелили, и что кто-то один – или ведьма, или Корниенко – мертв. Пал от руки напарника. Исходя из общего контекста биотоков собак, наш агент склоняется к варианту смерти Корниенко.

Магистр затеребил массивную цепь на шее:

– Кто переводил?

– Я.

– Специалист еще не освоил латыни?

– Нет, – Махарашвили потянулся за четками.

– Допустим, я поверил. Какова же вероятность, что донесения истинны?

– Сто процентов, Ваше Святейшество! – невозмутимо заключил бородатый грузин, блеснув глазками.

Зазвонил мобильный телефон. Магистр вытащил из-под мантии крошечную трубочку и ответил абоненту. Поговорив пару минут на арамейском наречии, он спрятал аппарат. Еще раз прочел отчет. Сделал на нем какие-то пометки. Посмотрел на Махарашвили, спрятавшегося в бороде:

– Во сколько обошлась операция?

– Один миллион девятьсот девяносто девять тысяч двести четырнадцать евро. Это включая гонорар Корниенко, – скромно добавил секретарь.

Магистр пробежался пальцами по клавиатуре, замаскированной в подлокотнике, и сделал еще одну запись на отчете Махарашвили. Смерил документ долгим взглядом, перевел глаза на автора:

– Мне только что сообщили: Двурог ушел и не оставил следов. Подтверждают смерть Корниенко. Его застрелила ведьма. – Помолчал. – Проследи, чтобы псов как следует кормили.

– И так одни трюфеля едят.

– Пусть этот… дрессировщик, переводчик, или кто он там по штату, с ними еще поживет. Как его фамилия? Шкварчнадзе?

– Да нет, Шуршашвили.

– Ну, так пусть этот Шуршашвили выяснит у псов, о чем разговаривали ведьма и Корниенко в последние часы. Это первое. В каком направлении скрылись Двурог и ведьма. Несомненно, что ушли они вместе. Это второе. Каким образом убит наш агент, не помогал ли кто со стороны. Это третье. Какой вид оружия…

– Ваше Святейшество, для начала достаточно. Работа в вербальном ключе очень утомительна и психосоматична.

– Хорошо, ограничимся сказанным. Когда будут результаты?

– Завтра к утру, – секретарь снова вытащил четки.

– Надеюсь, отчет будет более подробен и… Махарашвили, не подсовывайте мне более этих дурацких стишков. Адаптируйте в нормальный текст и – на фирменном бланке, как полагается. Стихосложение не слишком уместно в изложении агентурных данных. Возможно, в Грузии все по-иному, но здесь… «Горы мясные, уйдя в поднебесье…» Мать святая! Больше не желаю такое видеть!.. – Магистр снова слез с трона и стал прохаживаться вокруг него.