Орден Багровой бури. Книга 6 - Александр Майерс

спускаем трап. Приземлились мы в обычном гражданском аэропорту, но в здании не горит свет, и вокруг стоит тишина, как будто всё вымерло.

— Походу, японцам всем хана, — бурчит Борода, спускаясь по трапу.

— Правда? А это тогда кто? — спрашиваю я, указывая в сторону.

По взлётной полосе к нам несётся колонна из нескольких автомобилей, сверкающих проблесковыми маячками. Они подъезжают к нам, и наружу высыпает целая делегация японцев в деловых костюмах. Выстроившись перед нами в ряд, они кланяются, а затем один из них выходит вперёд и начинает что-то говорить.

— Ронин, переводи, — говорю я члену отряда.

Тот выслушивает японца и переводит:

— Они говорят, что счастливы приветствовать нас и спрашивают, кто мы и откуда.

— А что, герб Российской Империи на борту не видно? Ладно, скажи им, кто мы, — говорю я.

Ронин что-то говорит на японском, и тогда вся делегация снова кланяется, а главный произносит короткую речь и указывает на автомобиль.

— Чего они хотят? — спрашиваю я.

— Они очень рады, что мы прибыли к ним на помощь и приглашают нас поехать с ними, — отвечает Ронин.

— Зачем?

— Нас хочет видеть японский император…

Глава 12

Японская империя, Токио.

Улицы японской столицы производят на меня весьма унылое впечатление. Нет, на самом деле здесь здорово. Современные здания соседствуют с историческими, традиционные бумажные фонарики радуют глаз. Вот только сейчас на улицах почти никого нет, в небе тут и там шныряют монстры, а в темноте мелькают вспышки выстрелов и заклинаний.

И это столица! Слухи не обманули, страна явно в тяжёлом положении.

Вскоре мы добираемся до дворца, который расположен в отдельном районе города. Дорога и площадь перед дворцом оцеплены солдатами, а возле ворот, через которые мы проезжаем, стоят суровые мужики с катанами. Они одеты в чёрно-золотую броню, которая напоминает традиционные самурайские доспехи, а на груди у них алеет какой-то иероглиф.

— Что это за ребята? — спрашиваю я.

Сидящий рядом Ронин переводит мои слова лидеру делегации и тот отвечает.

— Это члены Мамору-Райто. Специального ордена, который борется с монстрами и закрывает разломы. Что-то вроде нашего ордена Стражей, — переводит Ронин.

— Понятно. Судя по всему, они не очень хорошо справляются, да?

Японец качает головой и что-то долго объясняет. Ронин, кивая, выслушивает его и затем доносит до меня суть:

— Мамору-Райто сражались отчаянно и во время первой Чёрной бури закрыли почти все разломы на острове Хонсю. Это тот, где мы сейчас находимся. Но при этом орден понёс огромные потери, их лидер и все его сыновья погибли в бою.

— Передай, что их жертва не будет напрасной. Орден Багровой бури позаботится о том, чтобы освободить Японию от монстров, — говорю я.

Ронин переводит мои слова, и лидер делегации глубоко кивает в ответ.

Скоро мы останавливаемся и выходим из автомобилей. Нас провожают внутрь дворца и просят снять обувь, а взамен предлагают специальные мягкие тапочки. Не успеваем отойти от порога, как к нам подходит несколько прелестных девушек в традиционных кимоно и с поклоном вручают красиво упакованные коробки.

— Что это? — удивляюсь я.

— Подарки. У них принято дарить дорогим гостям подарки, — объясняет Ронин.

— Надо же, приятно. Как по-японски будет «спасибо»?

— Вариантов целый вагон… Проще всего будет сказать «аригато».

— Аригато, — говорю я, принимая подарок.

Девушка улыбается в ответ и кокетливо хлопает ресницами. Буреборцы и пилоты тоже получают свои коробки, после чего к нам выходит седой мужчина в костюме, кланяется и на русском языке говорит:

— Добро пожаловать в Токио, господа. Меня зовут Киширо Игараси, я когда-то был послом Японской империи в Санкт-Петербурге.

— Рад знакомству, господин Игараси. Я граф Андрей Алексеевич Зверев, — представляюсь я.

— Счастлив познакомиться с вами, Андрей Алексеевич. Мы слышали о великом графе Звереве и польщены, что вы прибыли к нам с визитом, — снова кланяется Киширо, а затем продолжает:

— Его первейшее Высочество Тэрухито с нетерпением ожидает встречи с вами, но прежде мы предлагаем вам отдохнуть, поесть и выпить чаю. Мы просим вас оставить оружие у входа, кроме родового и личного оружия, которые вы можете взять с собой, — Киширо указывает на специальную подставку, стоящую недалеко от дверей.

Мы оставляем оружие на подставке, украшенной резными драконами. Пилоты неохотно расстаются с пистолетами, о чём-то перешептываясь, но буреборцы лишь усмехаются — они и безоружными могут справится с любыми врагами. К тому же, нам позволили взять с собой личное оружие, так что я оставил свой меч на поясе, а мои бойцы взяли кто кинжал, кто другое холодное оружие.

Киширо ведет нас по лабиринту деревянных коридоров, где сквозь бумажные перегородки льется мягкий свет фонарей. Воздух пахнет кедром и чем-то пряным.

— Сначала предлагаем посетить офуро, традиционную баню. Горячая ванна снимет усталость после долго и, несомненно, тяжёлого пути, — объясняет господин Игараси и открывает перед нами двери в конце коридоре.

Баня оказывается просторным помещением с мраморными полами. Нас встречают служанки в коротких кимоно с полотенцами и деревянными тазиками в руках.

— В офуро принято полностью снимать одежду. Прошу вас, не стесняйтесь. Эти прекрасные девушки помогут вам совершить омовение, — говорит Киширо.

— Они что… готовы обслужить нас как угодно? — уточняет Борода, снимая запотевшие от горячего пара очки.

Киширо бросает на него оскорблённый взгляд, но тут же берёт себя в руки и говорит:

— Вы ошибаетесь, господин. Но если желаете получить услуги женщин лёгкого поведения — мы можем устроить.

— Не-не, у меня жена дома. Я просто так спросил, извините, — бурчит Борода.

— Всё в порядке. Наслаждайтесь, — поклонившись, бывший дипломат выходит.

— А это не будет оскорблением, если мы сейчас посмотрим подарки? — спрашиваю я у Ронина.

— Нет, конечно. Мне тоже интересно, — улыбается он в ответ и начинает развязывать ленточку на коробке.

Буреборцам вручили одинаковые подарки — кинжалы танто в деревянных ножнах и какие-то сладости. То ли пирожки, то ли булочки в виде рыбок.

— Это тайяки, очень популярное здесь лакомство. Печенье с начинкой, внутри может быть сыр, шоколад или разные фрукты. Японцы любят дарить что-нибудь вкусное, — объясняет Ронин.

— Неплохо, кстати, — жуя, говорит Борода, который уже успел слопать один тайяки.

Чувствую внутри себя зов Щелкунчика, который тоже хочет вылезти и попробовать японское печенье. Но я ему