"Фантастика 2025-21". Компиляция. Книги 1-25 - Blackmourne

Он был дурак. Я до сих пор помню, как оно обжигало мне руки. Помню страх и нестерпимую боль от предательства.

Надев костюм, я сразу направилась на нижнюю палубу, чтобы завладеть челноком. Дежуривший Найт заподозрил неладное и попытался со своими людьми остановить меня. В вихре боли и ярости я положила четверых его бойцов. Заплатила за это раной в плечо, но смогла прорваться до транспорта. Пробив палубу, мой челнок взмыл в небо, направляясь к городу, который уже был неподалеку. До Вайрна было всего полчаса лёту, и моих пси-способностей вполне хватало на это расстояние. Да еще повезло, что корабельные химеры молчали; вероятно, Найт и Ричард не успели до них добраться, чтобы сбить челнок.

Скрипнув зубами, я проводила взглядом рыжего паренька, который залез в погрузчик и повел его вглубь грузового лифта. Мда, все еще жива, все еще дышу, как бы ненавистно мне это ни было. Нужно было удостовериться, что погоня отстала, и встретиться с Отцом. Он всегда был рядом, видел мои мысли, понимал мои чувства. Он знает, как меня починить. Надо было только добраться, удержавшись от того, чтобы выстрелить себе в голову. Дрогнувшей рукой, я повернула оснащенный глушителем пистолет и заглянула в черное дуло. Я пока это не заслужила. Надо было идти. Лишив сознания одинокого грузчика, который отлынивая от работы пил пиво в укрытии из ящиков с рудой и породой, я завладела серым, свободным комбинезоном с капюшоном, мешковатым, но вполне подходящим для прогулки по Каменным Садам. Мужчина не успел меня разглядеть, прежде чем я его осторожно придушила, так что лишать его жизни не было смысла.

Шлем от костюма мне пришлось оставить на Искателе. Там было слишком много всякой электроники и следящего оборудования; уверена, Гермес предпринял что-то для моего обнаружения в случае побега. Так что осторожно оглядываясь, бродя по узким улочкам, я могла полагаться только на свои глаза. Главное было не спешить. Если я приведу Ричарда или Найта к месту встречи, Отец на нее не явится. Мне было необходимо его увидеть. Только он мог дать мне свободу, избавить от выворачивающей разум боли и чувства вины.

Все происходящее напоминало кошмар. Понятия не имею, откуда у меня пистолет, сейчас оттягивающий карман комбинезона. Во время погони с Искателя, времени заглянуть в оружейную у меня не было, а в каюте Гермеса оружия точно не находилось; иначе мне не пришлось бы его убивать так… Жестоко. Вероятно, завладеть стволом мне удалось во время побега, но мысли ускользали, как рыба в реке из рук. Мне нельзя об этом думать, нельзя…

От очередной вспышки воспоминаний, сопровождаемой скрежетом металла, меня вывернуло в ближайшем переулке. Сплюнув едкую желчь, я огляделась, увидев неподалеку незнакомого мужчину средних лет. Опершись на стену, он смотрел на меня со смесью омерзения и жалости.

- Эй, девочка, может тебе помощь нужна? Ты как-то хреновастенько выглядишь, - хмыкнул он, поправив на левом плече повязанный красный платок, знак районной дружины.

- Я… В порядке. Просто живот прихватило… - мой голос срывался и дрожал от жалости.

- А, ну раз в порядке, то за собой прибраться сможешь, наверно? Тут конечно не Верхние Шпили, но у нас не свинячат, - ворчливо произнес дружинник, кивнув на лужу рвоты у моих ног.

Я огляделась. Узкий переулок между уходящими в толщу скалы домами заканчивался тупиком и был совершенно безлюден. Здесь его никто не услышит. Простое и быстрое решение, пришедшее в мою голову, было сметено сокрушительным чувством вины. Я сломалась и пока не могла убивать. Сморгнув слезы, я кивнула мужчине:

- Простите… Я уберусь.

- Вот и молодчинка. Подожди здесь, сейчас принесу ведро и швабру, - кивнул он и скрылся в одном из домов.

Разумеется, можно было убежать. Это была мелочь, совершенно неважная в общей картине. "Ты инфантильна" - вновь всплыли ненужные воспоминания. Скрипнув зубами, я осталась. Мне надо было принять на себя ответственность за поступки.

Пока я убиралась, дружинник молча курил, не сводя с меня глаз. Это нервировало и раздражало. Закончив с работой, я подняла на него взгляд. Мужчина полез за пазуху и, выудив оттуда пузырек с непонятной, желтоватой жидкостью, протянул мне:

- Вот, выпей. Поможет от желудка. Не знаю, что у тебя стряслось, но ты это… Держись. Все наладится, красавица, - от сочувствия в его голосе меня замутило еще сильнее.

- Ага. Спасибо. Ладно, я пойду, - хрипло ответив, взяла предложенное лекарство и, опустив в карман, зашагала дальше. От навязчивых мыслей рассудок начинал плавиться. Переоценила, слишком переоценила я свою стойкость. Нужно было поторопиться добраться до Отца, прежде чем превращусь в белковый сироп.

- Капуста! Плимутская капуста! Натуральная, сладкая, серебрянный за килограмм! - надрывалась торговка неподалеку, пытаясь продать дефицитный, но слишком дорогой товар.

- Мясо кротовьих крыс! За оптовую покупку, хвосты в подарок! - перекликался с ней здоровый седой месник за прилавком неподалеку.

- Столовая утварь! Ножи, ложки и вилки, стальные, серебряные, золотые! Все настоящее, не краденное. Буду здесь только до полудня. - хрипло ревел вороватого вида мужичок, распахнув подолы плаща, на котором в карманах с внутренней стороны торчали столовые приборы.

Рынок четвертого района Каменных Садов кипел жизнью. Сжатый с двух сторон толщей скалы, он был разделен на несколько ярусов, по одному из которых я сейчас и брела. Почувствовав на себе пристальный взгляд, я переглянулась с высокой, худощавой брюнеткой за одним из прилавков и украдкой ей кивнула. В ее холодных глазах застыло поистине вселенское равнодушие.

“Сестра. Значит, он на месте, осталось немного” - мысли были тягучие, горячие и липкие, словно кровь на руках. Тело бурлило под костюмом, кости и мышцы противно ныли. Ускорив шаг, я направилась к неприметной закусочной "Отчий дом". У него было странное чувство юмора.

Звонок дверного колокольчика едва не заставил меня вздрогнуть. Слух обострился, и звук металла почти оглушал, прокатившись по обонянию запахом жженого пластика. Синестезия была еще одним плохим знаком. Столики были наполовину заполнены, так что я сразу направилась к прилавку, за которым стояла дородная, одетая в передник и чепчик барышня. На ее лице красовалась широкая, веселая улыбка. Румяные щеки оттеняли синие, глубокие, словно озера, глаза, а мозолистые руки сжимали сразу две сковородки, на которых жарились блины.

- Добро пожаловать, милочка. Присаживайся, давай-ка я тебе налью водички, а то ручки что-то у тебя трясутся. А ты пока подумай, что заказать? - с искренней симпатией спросила она. В "Отчем Доме" мне довелось побывать только дважды,