Мария Симонова - Привычка жить

В другое время она ему, может, и не поверила бы. Но недавнее паническое бегство и явный испуг лучшего из кугуаров герцога кое о чем свидетельствовали. Кром взглянул раздумчиво на притихшую принцессу и даже не стал ее связывать перед ночевкой.

Когда усталые, голодные и издерганные, они стали укладываться спать, Кром вдруг не услышал, а именно почуял что-то, творящееся, как ни странно, не на земле, а в небе — там происходило какое-то слитное, почти бесшумное движение.

Задрав голову, он увидел темные тени, скользящие по звездному небосводу. Они заложили красивый совместный вираж и скрылись из поля зрения.

«Мрак и Тьма! Не зря же люди столетиями не суются в эти места!» Мрачные байки, окружающие как замок Темного Лорда, так и в немалой степени его окрестности, Кром всегда считал изрядно преувеличенными. И вот…

— К-кром… — К нему на четвереньках подползала Гордая. — Кром, мне страшно!

Он обнял ее правой рукой. И — черт возьми, вот уж чего от себя не ожидал! — ласково погладил по голове.

Первый раз в жизни погладил женщину безо всякого намерения определенного плана, а просто как слабое существо, нуждающееся в его защите.

Это было ново и ошеломляюще неожиданно: внезапно непонятно откуда на него снизошли необычайные, неведомые доселе уверенность и сила. Он минует замок Темного Лорда. Если понадобится — прикончит самого Лорда и пройдет прямо по нему, по его бездыханному телу. Или, если не повезет, сам станет бездыханным телом. И всё это не ради герцога, славы, престижа или амбиций, а просто потому, что кто-то слабый и беззащитный уткнулся ему в плечо, прошептав: «Мне страшно, Кром!..» Это еще требовало осмысления.

Глава 10

Андрей выскочил из палатки, надевая шлем. Проверка боеготовности М-связи всегда действовала на него успокаивающе, лучше любых транквилизаторов, и уж наверняка лучше всякой там «Жидкой женщины».

Но оказалось, что никакого нападения нет. Уже нет. О том, что такая попытка была, говорил узкий дротик, вытащенный из нагрудной пластины Меченого.

— И батарея комбеза сразу разрядилась, — сказал Серега, когда большинство из них уже сидели в палатке, исключая охранение — проштрафившееся и получившее от Потапова втык, тем не менее не усиленное после инцидента. Лагерь, как теперь понимали все, с обретением Маши оказался под надежной защитой.

— Что же это?.. — спросил Санни, отдав Меченому дротик.

— Старые технологии, Шаман же предупреждал, — высказался Крутов. Он стоял за плечом Меченого, разглядывая вражеский боеприпас. Потом взял его в руки и передал по кругу.

— Какие к черту старые технологии! — вступил Потапов. — Много эти дикари в них смыслят!

Кругов взял у него из рук узкое трехгранное жало:

— Вот! Может, они ни фига и не смыслят, но от этой ерунды защита села сразу же. Керамит[15] — это суперантистатик, до Слепака из такого материала собирали каркасные Купола. Поэтому и батарея генератора накрылась. И в Машку стреляли таким же.

Похоже, что нападавший был всего лишь один, и Маша его спугнула. Догонять его не стали: немножко понаблюдав Машу сегодня днем — сначала настороженную, а потом, по мере привыкания, возбужденную чем-то новым — все понимали, что вряд ли у этого человека, кто бы он ни был, возникнет охота снова сунуться к лагерю.

— Откуда знаешь, что это керамит? — не сдавался Потапов.

— Оттуда. У меня дядька в Бюро техником портала работает. Внепространственный переход создает вокруг себя какое-то там остаточное поле, или что-то такое. А этот материал его поглощает. Если из него, скажем, кинжал сделать, он и батарею комбеза посадит и броню вспорет за милую душу. Тут, мужики, другая закавыка — если его термически обработать, он и против лучевика устоит.

Все переглянулись, усваивая новость. Общая логика была понятна: если логово оснащено старинными технологиями, могут возникнуть дополнительные проблемы.

— Старинные технологии! Это что же, гад наш лагерь обнаружил и разведку подослал?

— Сниматься всё равно поздно: вот-вот прибудет Шаман с подкреплением.

— Я говорю, хреново: раз батареи садятся, про силовую защиту можно забыть…

— А ты собери сотню таких ножичков, да сваргань себе бронетрусы. Плевать на силовуху, а вот лучевиком такую броню не возьмешь — это да!

— Лучевик не возьмет, а огнестрелка на что?

— А в замке у герцога на них такая броня была или нет?

— Да забудь ты про броню — мы выполняем приказ…

— Как это забудь?!

Андрей в разговор не вступал. Ясно было, что бойцы недовольны. Слово «напуганы» он гнал прочь, но нельзя отрицать очевидного: использование старинных технологий подтвердилось в очередной раз, пусть и пока только в виде холодного оружия. Особенно не радовала идея керамитовой брони, которую не возьмет лучевик, если она, конечно, существует в реальности, а не выдумка Крутого.

Андрей зарылся в видеоматериалы, сделал запрос о производстве керамита и его запасах на планете. Ответ был краток из-за ограниченности информационного массива, но обескураживал: здесь планировалось строительство более разветвленной портальной сети. Значит, керамита предостаточно. Вот тебе и раз!

— Выходит, нелегкий будет бой, — произнес он со вздохом, и все разом смолкли, обернувшись к нему.

Проблема была еще и в том, что не могли они на сей раз просто разбомбить логово, похоронив гралла под обломками: с его способностями — мерцания и прочего, может, даже телепортации, Бюро удовлетворит только конкретное, стопроцентно мертвое тело. Чтобы без тени сомнения — а присутствует ли это тело под тоннами руин? Или, может, оно еще в свеженьком, живом состоянии успело куда-то телепортироваться? То есть бывший Координационный Центр придется брать штурмом.

Бойцы расходились в невеселом настроениии: кроме всего прочего, каждого сверлила мысль, что даже и уничтожение Крайнего, то есть, казалось бы, полная и абсолютная победа, обернется для них пока неизвестно чем, но вряд ли заслуженными почестями.

Прошин уже сообщил по связи, что подкрепление на месте и почти готово к вылету, осталось дать последние инструкции. У СПАСа практически не было времени, чтобы отдохнуть перед решительной битвой. Требовалось лишь немного подождать. Андрею не хотелось устраиваться в палатке. Не то было настроение. Он вышел на воздух.

Ночь была беспросветно-темна, а россыпи незнакомых звезд над головой только подчеркивали торжество мрака над Вардой.

Ничего, кроме звезд, не увидев, Андрей тем не менее двинулся в нужном направлении и безошибочно подошел ко «Льдышке». Сел на траву под узкую плоскость и закурил. Демаскировка, конечно. Но, похоже, что Маша, резвящаяся на воле, являлась гораздо большей гарантией безопасности лагеря, чем какое бы то ни было охранение.

Глаза постепенно привыкли к темноте, и он не очень удивился, различив свернувшуюся у своих ног фигурку, затянутую в камуфляж — сам по себе камуфляжный костюм представлял собой что-то вроде струящейся материи, при одевании плотно облегающей фигуру, как бы прилипая к ней.

— Устала, Машуля? — тихо спросил Андрей, едва удержавшись, чтобы не погладить ее по голове, склоненной к коленкам.

Она повернула лицо: чуть светящиеся глаза выразили сначала удивление и вдруг неуловимо изменились — в них словно бы проскочила изумрудная искра. Маша показала зубы, но не щерясь, нет: на этот раз она смеялась. Тихонько, но так заразительно, что Андрей тоже хмыкнул.

А ведь он и не знал, что она умеет смеяться. Устала, мол, как же. Жди.

— А я, знаешь, немножко устал, — признался он, имея в виду даже не этот день, а всё то, что навалилось на него в последнее время, с началом этой безумной охоты. Но что за охота начнется потом?..

— Скоро сюда прибудут еще люди и машины, — сказал он, — потом мне надо будет улететь, надеюсь, что не надолго. А ты останешься в лагере за хозяйку. Далеко в лес не убегай. Если услышишь гром вдалеке — не пугайся, это просто мы делаем свою работу. Как только закончим, сразу вернемся за тобой, — сказал он и подумал: «А куда потом?..» Этот вопрос волновал всю группу, но все теперь предпочитали подходить к нему по методу капитана Прошина: «Потом будем действовать по обстоятельствам». То есть, если проще — исполним до конца свой долг, а там уж как-нибудь… Выкрутимся.

Внезапно Маша насторожилась, хотя ничто не нарушало тишины, и подняла голову.

— Это к тебе? — сказала она, произнося слова с небольшим усилием, в своей мягкой растянутой манере.

Поглядев вслед за ней вверх, Андрей понял, что отдых на сегодня окончен. И, кивнув на ее вопрос, ответил:

— К нам.

Но ее уже рядом не было.

Флаера двигались практически бесшумно, но в таком количестве они производили звук, подобный шелесту листвы под ветром. Полянка для них была маловата, и часть байков скользнули с неба в лес. Броневик опустился, конечно же, на поляну, заняв чуть ли не всё свободное пространство. Вскоре из него появился Прошин.