Майкл Стэкпол - Кровь Керенского-3: Потерянная судьба

Лицо Фелана помрачнело. Его первым желанием было рассказать Ульрику о том, что Фохт просил его шпионить за кланами. Сначала Фелан колебался, но потом, став воином, отказался наотрез.

— Да нет, в коварстве его обвинить трудно. Фохт прежде всего воин. Да, во время Четвертой войны его подразделение подчинялось Лестрейду и совершало политические убийства. Однако сам Фохт вел себя достойно, в политику не вмешивался. В конце концов он со всеми своими воинами перешел к Курите и успешно воевал на его стороне. Правда, он совершил одну ошибку, которая привела к потере острова Скаи, и Курита казнил его.

ИльХан поднялся и, не отрывая глаз от лица человека на экране, произнес:

— То, что ты мне сказал, меня убеждает. Возраст и многое другое вполне сходятся. Это явно профессионал высокого класса, пост, который он занимает сейчас, подходит ему вполне, а поставленные задачи определенно по плечу. Анализ тактики и стратегии показывает, что ты на верном пути. Какие есть сомнения?

— Конечно, я не исключаю, что именно этот человек, — Фелан кивнул в сторону экрана, — и лежит в могиле на Дромини VI. Но если это не так, то Анастасиусом Фохтом может быть только он. Других кандидатов нет.

— Вот и отлично, — кивнул Ульрик. — Давай считать, что ты прав. Подготовь-ка мне полную информацию по нему и еще по четырем наиболее подходящим кандидатам. И поторопись, она мне понадобится сегодня вечером Все остальное представишь завтра.

Фелан удивленно вскинул брови.

— Почему такая срочность? Мне нужно еще кое-что проверить.

— Я верю тебе, Фелан, — возразил ильХан, — и хочу познакомить с твоими выводами офицеров. Дело в том, что военный регент прилетает к нам ровно через три дня для ведения Переговоров. Их цель — будущее Ком-Стара.

XXIII

Межзвездный Т-корабль «Разъяренный Волк»,

транзитная орбита Диосд

зона оккупации Клана Волка

5 апреля 3052 г

Военный регент поднял голову. Двери мостика раскрылись, и он увидел двух огромного роста элементалов. Могучие воины, а с ними и все остальные офицеры, стоящие вдоль коридора, замерли по стойке смирно. Прямо напротив военного регента, отделенный от него рядами воинов, сидел ильХан. Наверху, под самым потолком, висели два полотнища: флаг Клана Волка и рядом с ним флаг Ком-Стара. Из громкоговорителей послышалась негромкая музыка, играли бравурный марш, некогда очень популярный в Звездной Лиге.

Фохт поправил повязку и медленно, в такт мелодии, зашагал по палубе туда, где, сидя у голотанка, его ждал Ульрик. Проходя мимо рядов воинов клана, военный регент уважительно склонил голову, точно так же, как он бы сделал, обходя шеренги своих солдат. «Это воины, и они достойны моего почтения, — говорил себе Анастасиус Фохт. Он сжал губы. — Да и простая осторожность никогда не бывает лишней. Неуважение здесь равносильно самоубийству».

Он остановился возле ильХана и торжественно приветствовал его. Вождь клана ответил таким же салютом, затем протянул военному регенту руку.

— Да пребудет с вами мир Блейка, — произнес Фохт. Ульрик слегка наклонил голову, приветствуя почетного гостя.

— Рад видеть вас, военный регент. Очень сожалею, что вы прибыли к нам ненадолго.

— Приветствую вас, ильХан, — ответил Фохт, пожал протянутую руку и сел рядом с Ульриком. Обведя глазами строй воинов, военный регент узнал многих, с кем ему уже доводилось встречаться. Не увидев Фелана на палубе, Фохт посмотрел вверх, но и там не нашел знакомой фигуры. «Интересно, — мелькнула у него мысль. — Означает ли что-нибудь отсутствие Фелана среди встречающих?»

Воины вскинули руки в приветствии, Ульрик ответил на него, раздалась команда разойтись, и воины, чеканя шаг, ушли.

— Думаю, регент, нам лучше побеседовать в голотанке, — проговорил ильХан и предложил гостю последовать за ним.

Фохту показалось, что в голосе Ульрика прозвучало нечто большее, чем просто вежливое предложение, но, чтобы понять, куда клонит ильХан, такого маленького намека ему было недостаточно. В знак согласия он наклонил голову и вошел за ильХаном в голотанк. Каждый, кто входил сюда, начинал чувствовать себя Богом-создателем — такой удивительный мир перед ним открывался. Фохт увидел объемную карту Внутренней Сферы. Граница Периферии была совсем рядом, чуть повыше головы. Милая сердцу Терра находилась внизу, у самых ног. Достаточно было одного неловкого движения ногой, и она исчезла бы. Фохт не подумал, что расположение планеты выбрано не случайно, он был слишком поглощен картой. Как ребенок, впервые попавший в планетарий, военный регент, едва не раскрыв рот от изумления, рассматривал мириады расстилающихся перед ним миров. Каждая планета была отмечена. У Фохта такого оборудования не было, по сравнению с увиденным все его реальности, вызываемые компьютером, казались топорными.

— Я надеялся, что увижу Фелана среди встречающих, — произнес военный регент. — Мне удивительно, что в стыковочном узле меня встретили элементалы.

Ульрик слегка пожал плечами. Вытянув руку, он нажал на кнопку рядом с одной из звезд. В воздухе распахнулось большое, зеленоватого цвета окно, и поползли колонки цифр и сообщений. Стоя напротив Ульрика, Фохт видел их зеркальное изображение.

— Фелан будет рад встретиться с вами, регент, — уклончиво произнес ильХан. — Сейчас он на Диосде, там совершенно неожиданно вышли из подполья отряды местной милиции. Мы думали, что на Диосде будет все спокойно, но ошиблись — зилоты продолжают совершать диверсии. Недавно они вывели из строя несколько центральных компьютеров и парализовали работу нашей службы сбора и анализа информации.

Ульрик нажал на нижнюю часть окна, оно начало постепенно уменьшаться и превратилось в небольшой квадратик, который повис под звездой.

— Я вполне понимаю ваш интерес к Фелану, — внезапно заговорил ильХан. — И даже разделяю его. Прежде всего потому, что хотел бы поговорить с вами о некоторых вещах до того, как мы начнем наши переговоры. Вы не могли бы оказать лично мне одну маленькую любезность?

— Любезность? — повторил военный регент. — Конечно, уважаемый ильХан.

Вождь Клана Волков сложил руки за спиной и, стараясь не смотреть в глаза Фохта, продолжил:

— Я записал голодиск, который бы мне хотелось передать полковнику Моргану Келлу, командиру Гончих Келла. Я просил бы вас сообщить ему, что его сын не только жив и здоров, но и считается одним из лучших воинов клана. — Ульрик поднял голубые глаза и встретился со взглядом Фохта. — Вас это удивляет, военный регент? — спросил он.

Фохт сделал вид, что он поражен.

— Да, ильХан. Но это приятная новость, уверен, что Келлу она понравится.

— Вероятно, — неуверенно произнес ильХан. — Мне самому трудно это представить, но я надеюсь, что вы правы. Вы ведь лучше меня знаете семейные отношения, царящую в них мелочную зависть и некие глубокие чувства. — Ульрик сложил руки на груди. — Наша культура, как вам известно, зиждется на уважении к клану и дому. По моему мнению, это единственное, что может связывать и объединять людей. Семейные связи чаще разъединяют, поэтому у нас семей нет. Вы можете считать это недостатком, но он нам не вредит. Однако при всем нашем отрицательном отношении к семье мне не хотелось бы причинять Келлам дополнительные огорчения. А Фелан нужен клану, и это высшая похвала, которой может удостоиться наш воин. Хотя, по-вашему, кровные связи являются наиболее прочными.

— Да, — согласился военный регент, — но долг сильнее кровных уз. — Фохт внимательно разглядывал своего противника. «Изменился. Сильно изменился Ульрик. Не таким ты был раньше. Очень любопытно, куда это он клонит? Действительно говорит искренне или пытается усыпить меня?» — Правда, что касается лично меня, то я не считаю семейные связи такими уж прочными. Моя семья многого не понимала, но относительно Келлов вы не ошиблись.

— Хорошо, — сказал ильХан. — Я не говорил Фелану, что отправлю этот диск, но, если придет ответ, он его получит.

Да, кстати, вы можете включить сюда и свое послание к Келлу, сказать ему несколько слов о его сыне и о жизни в клане. Пожалуйста, не стесняйтесь. — Ульрик улыбнулся. — Хотя я прекрасно понимаю, что примас Ком-Стара может воспрепятствовать отправке этого голодиска, особенно сейчас, когда наши отношения оставляют желать много лучшего.

— Я лично передам полковнику Келлу, что его сын живет и здравствует. — Фохт многозначительно улыбнулся. — Думаю, что мне удастся обмануть бдительность госпожи Уотерли.

— Ну что ж, мне приятно очутиться в такой компании в заговоре против Миндо Уотерли, — улыбнулся ильХан. — Однако я боюсь, Большой Совет не одобрит моей переписки с врагом. — Голубые глаза Ульрика сузились. — Времена сейчас крайне опасные, Анастасиус. Все, чем мы здесь занимаемся, — это прекрасно и полезно, но некоторые политики могут всегда перевернуть все, что мы сделали, и обратить это против нас же. И тогда начнется кошмар.