Дежурный после полуночи - Алексей Шаронов

и дело норовя отвернуться, но не решалась дать дёру и послушно сидела на месте.

«Смотри, как низко ты пал. Теперь единственное, на что годишься, – мыть псин!» – напоследок расхохотался голос, перед тем как в очередной раз ненадолго скрыться в недрах затылка.

Единая толпа рассыпалась на множество мелких групп, сбившихся преимущественно вокруг единственного оставшегося грузовика. Семья Ерохиных вовсю подбадривала друг друга в импровизированной операционной. Внезапно помирившиеся Василий с Дашей сидели в обнимку в кузове, активно обсуждая произошедшее с прочими жителями. Трое связанных прихожан сидели под надзором Пети, Семёна и Айрата. Из леса показалась быстро движущаяся группа, состоящая из нескольких прихожан, Степана, Лены и едва поспевающего в хвосте профессора.

– Далеко он не уехал! – проговорил один из бывших последователей Варфоломея, широким шагом направляясь к грузовику.

– Да стой ты! – Березин схватил того за плечо, но был тут же остановлен толчком в грудь.

– Я найду этого ублюдка!

– И куда ты поедешь? До первой развилки?!

Мужчина замер, обдумывая услышанное. Николай, всё ещё шатаясь, заковылял к группе и, поравнявшись с застывшим на полпути крикуном, тихо произнёс, стараясь не привлекать внимания:

– Люди только пришли в себя. Подумай, как ты выглядишь со стороны. Не сей панику!

Прихожанин вперился ядовитым взглядом в троих связанных:

– Док, они ему горло вспороли! Со спины толпой напали!

– Ты Дима, да? Это же ты тогда вступился за Машу?

– Не только я, но… – мужчина слабо кивнул. – Да. И что с того?

– Значит, ты способен понять, что правильно, а что – нет. Возьми себя в руки, оплакать друга сможешь позже. Надо выяснить, куда они увезли припасы. У тебя ещё будет шанс поквитаться с ними, но не сейчас!

– Даёшь слово?!

Николай молча кивнул и, хлопнув мужчину по плечу, повернулся к Березину и Лене:

– Мы знаем, что в итоге случилось?

– Четверо с ножами и автоматом выгнали всех из нашего грузовика, пока большинство спало в первом и снаружи. Видимо, выманили Варфоломея ещё до этого. Действовали наверняка: несколько колотых в спину и один широкий по шее, – Степан мрачно покачал головой. – Дальше один угнал грузовик и поехал на юг, а трое оставшихся попытались увезти бензовоз, но народ проснулся и поднял тревогу. Дальше сам знаешь.

– Но стрельбы не было, – нахмурился Николай.

– Не успели, – ухмыльнулась Лена, нынче больше походившая на тяжёлый сугроб. – Элли цапнула и повалила того, что был с автоматом, раньше. Похоже, её кто-то тренировал в прошлом.

Николай невольно улыбнулся и ласково скользнул взглядом по разлёгшейся возле костра собаке:

– Вы были в кузове, когда всё случилось?

– Да, – закивала Лена. – Они приказали всем молча вылезти, ещё и некоторых спросонья чуть не пристрелили.

Степан приобнял подрагивающую скорее от нервов, нежели от холода, девушку. Тихонько усмехнувшись, Лена уложила голову на плечо молодого человека:

– Всё нормально, я успела зарядить одному между ног, пока их винтили.

– Уже знаем, как много потеряли? – Николай оглядел немногочисленные сумки и рюкзаки вокруг костра.

Вперёд вышел чуть прихрамывающий Александр:

– Пока все носились и галдели, я проверил грузовик. Мы лишились почти всей еды и лекарств, большинства палаток и снаряжения. Остались только вода и килограмм двадцать зерна. Ну и то, что вытащили и свалили на привале.

– Значит, узнаем, куда он уехал, и вернём всё!

Березин замотал головой:

– Тут миллион ответвлений и поворотов, он может быть где угодно.

Врач на миг призадумался и посмотрел вдаль по дороге:

– Уверен, они договорились, где встретятся после того, как угонят бензовоз.

Нахмурившийся профессор утвердительно хмыкнул:

– Вполне может быть. Тот, первый, не стал дожидаться остальных.

Николай перевёл взгляд на троих связанных. Кулаки сжались сами собой:

– Я поговорю с ними.

Нервно ходящий взад-вперёд Дима раздражённо вскинул руки и смерил тройку глазами, полными ненависти:

– Они ничего не скажут! Поверьте, я с ними почти два года торчал! Знаю, что за твари!

– Посмотрим. Приводите каждого по отдельности.

Переглянувшись с товарищами, Дима нехотя послушался. Дождавшись, пока мужчины отойдут, Березин вынул из-за пояса знакомый пистолет Варфоломея и протянул Николаю:

– Шеф, лучше пусть у тебя будет. Они хотят всех четверых на части порвать.

Поморщившись, врач взял оружие и, убрав за ремень, прикрыл сверху курткой:

– Будем решать проблемы по ходу.

– Ты же не думаешь серьёзно дать их казнить в знак мести?! Так нельзя!

– Сомневаюсь, что у этих ребят котируются права заключённых. Но об этом позаботимся позже. Что с автоматами?

– Все у наших.

– Хоть так, – взгляд Николая упал в пустоту. – Пока я буду занят, возьми Диму и пару ребят – перенесите тело Варфоломея сюда. Их лучше сейчас не оставлять без дела, к тому же его стоит похоронить как подобает.

Степан кивнул и перевёл взгляд на толпу, уже подтаскивающую первого связанного. На лице мужчины красовалось несколько глубоких ссадин, а перебинтованная, покусанная нога вызывала болезненное шиканье при каждом шаге. Небрежно бросив пленного на землю, бывшие сокамерники не побрезговали в довершение хорошенько пнуть того ногами по спине и пояснице.

– Достаточно! – прикрикнул Николай, останавливая разъярённого Диму. – Дальше я сам. Оставьте нас.

– Э, не, док! Так не пойдёт! – новоиспечённый лидер расправил плечи, то и дело поглядывая на испуганно уставившегося в землю связанного мужчину.

– Идите все за мной, – твёрдо вмешался Березин, вклиниваясь между Николаем и прихожанином. – Надо Варфоломея перенести и похоронить.

Мгновение подумав, Дима тяжело выдохнул:

– Ладно! Но я запомнил обещание, док! Попробуй, конечно, узнать что-то, но гарантирую: они ничего не скажут! А когда окажутся бесполезны – заплатят сполна!

Презрительно скривившись и ядовито харкнув в брошенного под ноги пленника, Дима с прочими сидельцами развернулся и устремился за Березиным в лесную чащу.

Оставшись наедине со связанным, Николай присел на корточки и наклонился к мужчине. Тот смотрел с непреклонной ненавистью, умудряясь сохранять совершенно каменное лицо и передавать свою безграничную злобу одним лишь взглядом. Руки усердно ёрзали за спиной, безуспешно пытаясь избавиться от пут, а чуть сгорбленная, напряжённая до последней мышцы поза напоминала загнанного в угол зверя, готового броситься прямиком на выставленные колья.

– Куда поехал ваш четвёртый? – спокойным голосом, мирно поинтересовался Николай.

– Развяжи – покажу.

– Болит? – врач кивнул на туго обёрнутые вокруг ноги бинты. Ответом послужил лишь презрительный взгляд. – Меня тоже кусали разок. Ощущение не из приятных. Повезло, ещё ребёнком был – быстро зажило.

– Разве ты не давал клятву лечить всех без разбора?! Вдруг эта тварь бешеная!

– Бешеный тут только ты! К тому же ещё и слабак! Даже швы накладывать не пришлось, а уже расплакался! – связанный преступник дёрнулся, но туго затянутые узлы удержали руки вместе. – Что, хочешь врезать мне? Скажи, куда