Ультимативная Угроза - Антон Чернов

«люди Императора». Что вроде и не проблема, но… Посмотрим. Я, всё-таки, от Империи получаю не «подконтрольный дар». А награду и компенсацию, так что… посмотрим, в общем. И проверим.

А ещё я готовился к «последнему аккорду». Вещь это была не сказать, чтобы необходимая. Но нужная, по массе причин. От внутренней потребности, до сплачивающего фактора. И демонстрация решимости, силы… Много чего. Именно для тех, кто полетит.

В курсе «аккорда» была Серина: без неё ничего бы не получилось. Эмик — ну, тут понятно. Близнецы — то ли Серина проговорилась, то ли сами по себе, мелочь пронырливая, узнали. И Арвинг — сам сказал, потому что её это касалось больше всего. Вроде и Басилдр, но на деле евгенику Рода было настолько индифферентно, что пофиг. А Арвинг — нет.

Так вот, частично разрушенный Юл, в смысле родовой замок в виде волчьей головы был демонтирован, восстановлен и собран целым, в трюме нашего корабля-планеты, получившей имя Рейсенд. Уже не как замок, а как цельнометаллическая оболочка-статуя, которую воспринимали как дань сентиментальности дюка Ульвера. Ну, те кто был не в курсе, хотя к моменту нашего старта с Роттерна — девчонки точно были «в курсе». Мари — дулась, Хло — думала, Катьке было всё равно, лишь бы вернулся. Ну а Арвинг даже руки приложила и кровь пролила, хотя тоже была не против, если я «вернусь». Я знаю, я проверял.

Ну и понятно: прощальная речь Ульвеюлу, передача под патронаж Империи. Правда, тут я подложил всем свиноту: официально передал под патронаж Империи ВСЕ Миры, принёсшие Роду Ульвер добровольную присягу. Вот пусть теперь с этим и разбираются, как хотят.

А Рейсенд лёг на разгонную траекторию и покинул Роттерн. Скорее всего — навсегда. Но не прямым маршрутом. И вышел из гиперпространства в системе Камелот, Мире-доме Лансеров. И вышел не просто, а в демилитаризованной зоне дока Космонавигации. Лансеры бессильно копошились своими корытами, обзывались по связи — но это мы игнорировали. А я потопал к Эмику, а забравшись в него — в здоровенный ангар с волчьей головой, ставшей домом для Серины последнее время.

— Всё готово, — буркнула пиитка при нашем появлении. — И зачем вы там — не понимаю!

— Серьёзно не понимаешь? — заинтересованно уточнил я.

— Я… да атавизм какой-то!

— Не только. Люди, Серина. Они чувствуют себя проигравшими, убегающими.

— А это… кажется — понимаю. Возвращайся, дюк. И ты, наглый Инвиктус!

— Вернусь, любезная Серина! — аж расправил «плечи» Эмик.

Но ворковать этим механическим голубкам времени не было. Хотя перспектива этих «отношений» вызывает интерес, да и улыбку. Хотя, скорее, доброю, чем насмешку. Но времени действительно не было. Так что вошли мы с Эмиком в стены Юла.

А Серина врубила давно заготавливаемый одноразовый телепортатор. И Юл, на скорости в полторы тысячи километров, появился над Спиром. Орбитоскрёбом-шпилем Лансеров, их Родовым логовом.

Ну и стал Юл гасить инерцию этим самым Спиром. Причём, как понятно, никакие защитные построения и всё такое Лансерам не помогли: мы появились внутри их. Правда, нашей задачей с Эмиком было не угробиться в волчьей голове, пока она рушилась и стиралась, руша и стирая Спир. Но мы — справились, мы — талантливые. От орбитоскрёба осталось не более полусотни метров сплавленного шпиля из стекла и стали. От Юла — ничего, но это было достойным концом. А мы с Эмиком, стоя на раскалённой от трения площадке, извлекли стяг с волчьей головой. Этакий гобелен из проволоки, сотканный Арвинг собственноручно, на который было пролито немало её крови. И вбили его в оплавленную площадку.

Молча — потому что грохот, а потом Хло что-нибудь пафосное наложит, а Бронзовый прогремит. Он такой, он может. Но сейчас было не до того, да и штурмовики, атмосферные и не очень, кучей летели к нам. Так что надо было валить — что мы и сделали, через секунду оказавшись в ангаре, откуда стартовали.

— Это было достойно, Гален, — торжественно произнёс Эмик.

— Это было просто правильно, Бронзовый. И полезно, — хмыкнул я в ответ, отдавая распоряжение уходить в гиперпространство.

Лансеры от всего происходящего немного удивились, но на зону защиты дока не нападали. А то от и так потерявшего не меньше трети членов Рода осталось бы ещё меньше. А Рейсенд уже летел через гипер, ну а у народа был праздник: свершившаяся месть, победа и всё такое. А у моей семьи — ответственное изучение инструкций костей удовольствия, потому что мы ответственные.

И через сутки мы были на звёздной орбите Белой. Опять же — символизм так и пёр. Но она и вправду самая далёкая звезда. Да и посмотреть на Белояр хотелось напоследок. Просто издали — садиться было… не нужно. Хотя было желание свалится перед школой на Бронзовом, постучать в окно школы, и уточнить у Марьванны, к какой категории, я отношусь? Наркоман или проститутка?

Но желание — дурацкое. Так что сутки планета-корабль совершала расчёты для сверхдальнего гиперпрыжка. А я немного занимался делами, немного ностальгировал и вообще. А, через сутки, просто отдал команду:

— Полетели.

И мы полетели. Чего ж не лететь, раз летится?

Обращение Авторов

Ну что, дорогие друзья, вот и подошла к концу занимательная эпопея Галена-Гаврилы и его верного Эмика. Надеемся, что вы с удовольствием прошли весь этот путь вместе с нами.

За сим откланиваемся, желаем вам всего только хорошего и побольше!

Пы Сы И не будьте дурачьем! Хе-хе…