Пермский Губернский 3. Элит - Евгений Бергер

вот! Сходите. Проведёте время вместе! Пообщаетесь.

— Мне кажется, это глупая идея.

— Ничего не глупая! Скажешь, что все будут с парами… И ты не хочешь отставать. К тому же, мужчины обожают, когда такие няшки, как ты — просят у них о помощи! Вот ты прям… я не знаю, как сказать… Такая — типичная «принцесса в беде».

— Ну, спасибо.

— Без обид! Я к тому, что есть девчонки, которым парни не помогают. По ряду причин… Потому что, мужики — существа умные. Они сразу понимают, когда просьба идёт от души, а когда это очередная «тарелочница», которая нагло его использует. От тебя же исходит только светлое чувство!

— Звучит странно, но допустим. И, что? Я подойду к нему и скажу — помогите, мне не с кем пойти на вечер встреч выпускников?

— Именно так.

— А если он откажет? Я буду чувствовать себя идиоткой…

— Не откажет! Тебе хоть, кто-нибудь, вообще, отказывал?

— Если подумать… — Галчонок поймала себя на мысли, что за всю свою жизнь она особо и не просила. А, когда просила — ей в туже секунду всё предоставляли.

— В тебе сокрыта великая сила, Галюнь! — Юля подняла указательный палец: — А ты ею даже не пользуешься. Ну?

— Но если он меня пошлёт…

— Нажрёмся в баре в субботу! Я угощаю. — авторитетно заявила помощница.

— Я хотела сказать, что сигану с Коммунального моста, но… бар выглядит, куда привлекательнее. Я согласна!

Теперь оставалось лишь дождаться, когда Фёдор вернётся на рабочее место. Интересно, как он отреагирует на подобную просьбу? Опять же… Кто не рискует, тому — «горбатая гора». Или нормальная спокойная жизнь… Тут уж — как повезёт.

* * *

— Чёрный «Крузак»? — поинтересовался Тигра, глядя в оптический прицел снайперской винтовки: — Вон, тот?

— Ага. — кивнул Парацетамол, пристроившись рядом: — Сколько он тут уже стоит?

— Судя по камерам видеонаблюдения «Знания» — где-то с десяти утра. — посмотрев на наручные часы, ответил бывший вояка: — Только вот, что-то Осокина не видно. Неужто, что-то случилось?

— Не. Страшно представить, что нужно сделать с Осокиным, чтобы он скурвился.

— Перо в печень — никто не вечен. — гыкнул Тигра.

— Не уверен, что это актуально в данном случае… О! А вот и «Кабан» Осокина! Держи его на мушке.

— Ага…

Роскошный немец плавно подкатил к чёрному «Ланд Крузеру». Из «Мерседеса» вышли фамильяр и Осокин.

Дверь здоровенного внедорожника открылась, приглашая гостей зайти внутрь.

— Сели. — напряжённо произнёс Тигра: — Что дальше?

— Мерлин сказал смотреть.

— Так, может штурманём?

— Чтобы Спартак опять ливнул? Нет уж… Старика лучше послушать. Он явно припас очередной козырный туз. — ответил Парацетамол, то и дело поглядывая на «Ланд Крузер» через бинокль.

— Мальчики! — произнёс сладенький девичий голосок, от которого волосы двух охотников тут же встали дыбом. Тигра опасливо сглотнул, а Парацетамол попытался убежать, но поскользнулся на ровном месте и рухнул на пыльный пол.

— Г… Голубика! Какой приятный сюрприз… — выдохнул Тигра, чувствуя, как его ладони в тактических перчатках начали потеть: — Как жизнь? Давненько тебя не видно…

— Приятно, что ты про меня не забыл. — рядом с бывшим воякой, зависнув в полуметре над землей, материализовалась юная девушка с очень длинными чёрными волосами. Про таких обычно говорили — роковая дама! Или попросту — сердцеедка. От одного лишь вида Голубики становилось немного не по себе. Ситуацию усугублял её обтягивающий чёрный комбинезон, который «АртСтар» разработал специально, чтобы сдерживать жуткую магическую силу волшебницы.

— Да, я вот… Это… Всё думал, что надо бы к тебе зайти… Но работы много. Сама понимаешь. — улыбнулся Тигра.

— А, чего голосок задёргался? И сердечко так стучит, будто ты призрака увидел. — улыбнулась Голубика и склонилась над бывшим воякой, внимательно глядя ему в душу своими ярко-фиолетовыми глазами: — А Димочка мой сладкий, куда так рванул?

— Утюг дома не выключил… — отплёвываясь от пыли, ответил Парацетамол.

— Правда? Вы же знаете, что я слышу ваше сердцебиение. Врать лучшей подруге — не хорошо. — промурлыкала Голубика и легонько щёлкнула Тигру по носу: — Кстати… Володенька! Ты же у нас… нынче, свободный?

— Ну… Не совсем… — начал оправдываться бывший вояка.

— Как это? Мужчина либо занят, либо нет. — Голубика прилегла рядом и обняла Тигру за плечи, от чего тот едва не сошёл с ума: — Ой… Вот такое сердцебиение мне нравится! Кровь активно пошла вниз… Ты так сильно рад меня видеть?

— Голубика, родная… Мы пасём Осокина. Давай, сегодня мы не будем от тебя убегать, ладно?

— Как это? За два месяца я так соскучилась по тебе! К тому же… Мне сообщили, что ты покинул нашу Гильдию? За это тебя нужно наказать! — глаза Голубики вспыхнули ярко-красным пламенем, но затем тут же потухли: — Ха! Шучу… Я тебя слишком сильно люблю, Тигра! Ты всегда был таким милашкой… Так, что у тебя там с девушкой?

— Добиваюсь другую.

— А меня не надо добиваться! Ха-ха… Шучу. А, где этот ваш Осокин? Уж не в той ли чёрной машинке?

— В ней. — кивнул Парацетамол.

— И внутри… Спартак? — уточнила Голубика.

— Всё верно.

— Как интересно! Давайте понаблюдаем…

* * *

Пассажирская дверь чёрного внедорожника распахнулась, приглашая нас сесть в машину. Мы с Семёном переглянулись, и приняли приглашение. Я сел на задний диван, а фамильяр ушёл на переднее пассажирское кресло.

— Как же я рад вас видеть лично, Фёдор Александрович! — в «Ланд Крузере» сидел широкоплечий мужчина в деловом костюме. Острые черты лица и чётко подогнанная под них бородка говорили о том, что человек явно следит за своей внешностью. Чёрные волосы с проблесками ранней седины были зачёсаны назад. Он очень дружелюбно улыбался. И, что самое странное — от него не исходила аура убийцы. Он, скорее, излучал искреннее любопытство. Как будто я очень редкий зверь, попавший в руки зоолога-энтузиаста.

— Ворон? — предположил я.

— Что? Не-ет… Вы чего? — усмехнулся незнакомец: — Но, я с ним знаком. Честно говоря, если бы не моё безмерное уважение к вам, то я бы даже оскорбился. Ворон — гнус, который только и делает, что портит эту прекрасную планету. А моё же имя — Спартак.

— Имя? — удивился я.

—