Просто Никита: Солдат - Евгений Бергер

class="p1">Только вот, странная паровая машина и не думала отставать. Мы бежали от неё три часа, пока наконец ребята окончательно не выдохлись. Но, что самое плохое — мы оказались на обрыве. Бежать дальше было некуда.

— Дерьмо! — выругался Сисюля: — Зажали, гады…

— Прячьтесь! — фыркнула Безос: — Я попытаюсь их отвлечь…

— Никаких самопожертвований! — возмутился Спирт: — Если и прячемся, то все вместе!

— Согласен. — кивнул я: — Вы в кусты, а я на дерево.

В итоге мы быстро спрятались и начали ждать паровую машину.

Кое-как она выехала к обрыву, прохрустев кустами шиповника и остановилась. Из неё вышло два десятка воинов в чёрной форме. А их предводитель — явно грозный офицер в плаще с ярко-красным подкладом смотрел чётко на меня. Ему не мешала даже густая крона из листьев.

Не долго думая, я решил притвориться кукушкой.

— Ку-ку…

— Рядовой Просто?

— Ку-ку?..

— Меня зовут капитан Сэленджер. — произнёс лидер чёрных воинов.

— Ку-ку!..

— Я здесь по приказу руководства. Мы уже давно занимаемся расследованием дела шерифа Билкинса и полутролля Бантика.

— Ку-ку?

— Эта парочка знатно потрепала бюджет нашей губернии, воруя казну и предоставляя некачественные услуги. Бантик — рецидивист со стажем. Сперва он проводил уроки «как стать богатым» для местных жителей. Но через погода все поняли, что богаче становится только Бантик.

— Ку-ку…

— Когда Бантику пришёл запрет на деятельность, он объединился со старым коррупционером — шерифом Билкинсом. Они вместе начали мутить воду с мостами. Мы долго не могли подобраться к ним. А тут — вы! Огромное спасибо, что ликвидировали Бантика и обезвредили крепость Билкинса.

— Ку-ку!

— Вот ваша награда. Сто золотых. — капитан вытащил мешочек с монетками и аккуратно положил у ствола дерева, на ветке которого я сидел: — Слышал, вы успешно защитили Северную границу? Таких солдат нынче мало. Спасибо вам за службу, рядовой Просто!

— Ку-ку, сэр!

— И вам ку-ку, рядовой Просто. — капитан кивнул и поспешно удалился к паровой машине.

У самой двери в паровую телегу, он остановился, посмотрел на меня и почему-то задумчиво произнес:

— Война меняет людей…

Чёрная громадина запыхтела, а затем укатила обратно в лес.

— Безос — плохая! Безос — безрассудная… — из кустов вылезла миниатюрная блондинка и быстро подхватила мешочек с деньгами: — Безос такая негодная и убила беззащитного полутролля, который разводил жителей деревни на бабки… Учитесь, пока я жива!

— Честно говоря, я не удивлён. — Сисюля вновь принял героическую позу, опершись спиной о ствол дерева: — Не будет честный поллутроль носить столь безвкусную розовую жилетку. А ты, что скажешь, Просто?

— Ку-ку… — развел я руками, изображая растерянность.

* * *

— О-о-очень интересно, — произнес мужчина в белом халате, что сидел напротив Никиты. — А, что было дальше?

— Дальше я упал, — опустил взгляд в пол Просто. — Знаете, когда сидите на ветке и изображаете кукушку, надо за что-то держаться. А я еще с учебки помню, что задница предназначена, чтобы на ней сидели, а не держались ягодицами за ветку. Мы все таки не птицы…

— Вот как, — закивал профессор и покосился на двух санитаров-амбалов с рубашкой, что подкрадывались сзади. — Ну, а после?

— После этого приключения мы отправились дальше. Остановились в городе, где тут же потратили все деньги.

— Вы зашли в кабак, да?

— Нет. Зачем?Там неприятно пахнет. Просто Сисюля купил себе новые, желтые ботинки с узким носом и колокольчиком. Теперь я всегда слышал где он. Спирт купил себе ящик эклеров, а потом ещё тридцать пирожных с зефиром и взбитыми сливками. Мне показалось, что после этого его уши стали ближе к глазам. Боузес купила себе револьвер. Он был небольшим, по сравнению с винтовкой, но когда она из него стреляла, то отлетала назад. Не знаю, что в этом веселого, но она очень сильно смеялась… — тут Никита нахмурился и добавил. — И почему-то очень странно на меня смотрела.

— А, как же ваш сапер? — деликатно спросил доктор и кивнул санитарам.

Те бросились к парню, в пару секунд спеленали его и усадили обратно, с завязанными руками в смирительной рубашке.

— Клеопатра Канистровна? — хлопнул глазами Никита и опустил взгляд на смирительную рубашку. Нахмурившись, он спокойно, словно она была из бумаги, разорвал ее и положил руки на колени. — Наша взрывная бабуля попросила: «Водки, сала, спичек, корвалола и сканвордов». Сало мы нашли, а вот водки, корвалола и сканвордов — нет.

В полной тишине парень оглянулся на санитаров с круглыми глазами, а затем взглянул на бледного доктора, смотрящего на шприц с погнутой иглой, что лежал на его столе.

— Но она об этом не вспомнила, когда проснулась и была рада куску нажористого бекона…

Спустя девятнадцать часов.

— Когда нам сказали, что ведьма продает тело за деньги… я думал немного о другом, -произнес Никита, который сидел напротив доктора

Сам доктор выглядел крайне уставшим. Седые волосы были взъерошены, белки глаз красными, а пальцы постоянно барабанили по столу. Доктор периодически быстро моргал и замирал, словно памятник. Затем он снова моргал и снова стучал по столу.

— Я думал, что она, кого-то убила и решила продать, кому-то тело за деньги. Я ошибался… — Просто потупил взгляд. — Она продавала свое тело.

— Шлюха, — буркнул доктор и быстро заморгал, после чего скосил взгляд на санитаров.

Двое амбалов красовались огромными фингалами под глазами. На полу валялись металлические цепи, пара разорванных смирительных рубашек, шприцы и огромный ящик с проводами.

— Она сказала, что работает «жрицей любви», — пожал плечами Никита. — Я попытался спросить Боузес, чем занимаются «жрицы любви», но та сказала, что они за деньги позволяют мужчинам засунуть в себя самую важную часть тела. Мне кажется, что она соврала.

— Почему же? — спросил доктор, покосившись на горсть таблеток, что лежала на столе. Рядом с ней стояла банка с надписью «КОНСКОЕ СНОТВОРНОЕ».

— Потому, что в человека нельзя засунуть голову. Даже за деньги, — со знающим видом произнес Просто, а затем добавил: — Да, и зачем, в кого-то засовывать голову?

— Логично, — потерянно кивнул собеседник, ткнул пальцем в таблетку размером с пятак и пододвинул ее к парню. — Давай еще пятую!

— Мне не удобно, — застеснялся Никита и взял таблетку в руки. — Они вкусные,