Прайм. Альянс (СИ) - Жорж Бор

вырастет мотивация. — спокойно ответил Рисай и это был самый дерьмовый вариант из всех возможных. Мне нечего было возразить. У меня не было никаких рычагов влияния на собеседника. И я никак не мог проверить его слова. Только принять, как факт.

— Я не уверен, что хочу что-то узнать о вас по поводу деятельности Хомори в Диаре. — ответил я. — Мы заключили союз с Ратхаками и я обязан передавать им все новые данные.

— Диар пока находится в стороне от тропы исследовательского корпуса, Серый Пепел. — произнес мастер и снова принялся чесать Альфу. — Вам стоит проявлять больше заботы о своем спутнике. Он очень любит ласку и внимание. Особенно в смежных формах.

— Я учту. — хмуро проворчал я.

— Мой повелитель решил лично принять участие в подготовке Дня Платы. — как-то слишком уж безразлично, произнес Рисай. — На данный момент он уже находится в Прайме. Если помните, там расположена база Легиона. Это самый серьезный объект Хомори в вашем мире. На данный момент.

Пользуясь тем, что собеседник меня не видит, так же как я не видел его, я ненадолго прикрыл глаза. За последнее время я пришел к четкому пониманию того, что исследовательский корпус уничтожает миры один за другим. И что сейчас настала очередь Прайма. Вернее Земли.

Как это происходит и с чем связано понимания не было. Судя по обрывочным рассказам Ратхаков, игра в какой-то момент начинала влиять на реальный мир. Какие при этом будут последствия оставалось загадкой. Может умрут только пользователи Прайма, а может случится что-то более глобальное. Мне нужна была информация, чтобы делать выводы. На данный момент я плавал в тумане и мог опираться только на собственные домыслы.

— Что такое День Платы? — спросил я.

— Я рад, что не ошибся в вас, уважаемый Серый Пепел. — в голосе Рисая впервые появилось удовлетворение. — Вы умеете смотреть на проблемы глобально. Именно поэтому я когда-то рекомендовал вас в качестве основной нити следующего шага исследовательского корпуса.

— Девять лет назад. В бездне. — мгновенно вспомнил я, словно это происходило вчера. Странный квест, безвыходная ситуация, ритуал… — Это были вы? Тот голос?

— Нет. — снова улыбнулся мастер. — Но я был недалеко. Для прямой работы с нитями используется личное творение моего господин. Линфаг, который был взят за основу при создании всех модификаций. Первый. Это его имя и его статус. Он обладает фантастической адаптивностью и всегда занимается первичной подготовкой плацдарма.

— Для пришествия Хомори и создания условий Дня Платы. — произнес я. — Вы так и не ответили что это такое. Кому вы платите? Богам?

Рисай мелодично рассмеялся, словно я выдал смешную шутку.

— Можно сказать и так, Пепел. — произнес он. — В некоторых мирах подобные сущности считаются богами, но мы предпочитаем другой термин. Великий Баланс. Это вся совокупность непреложных законов мира. Все энергии и виды разума, которые влияют на великую Ось миров. На вечное Время.

— Это просто философия. — покачал головой я. — Всего лишь домыслы, которые невозможно подтвердить.

— Всё верно. — кивнул мастер. — Есть вещи, которые даже самый совершенный разум не способен осознать. До тех пор, пока не столкнется с последствиями своих поисков. И со своими прошлыми ошибками.

— Это просто туман. — спокойно ответил я. У меня складывалось стойкое ощущение, что собеседник надо мной просто издевается. В его словах не было смысла. Я мог часами рассуждать на такие темы и ни сказать ничего дельного. — Для меня это ничего не значит.

— Как и для многих из нас. — кивнул Рисай. — У нас не так много времени, поэтому я постараюсь быть кратким. Я расскажу вам одну историю, а вы, если захотите, сделаете выводы.

— Идет. — коротко ответил я.

— Когда-то давно, одна раса великих ученых и первооткрывателей была полностью сосредоточена на познании свойств мира. — начал свой рассказ Хомори. — Эти существа постигли все законы природы и научились ими управлять. Только одно свойство мира осталось им неподвластно. И все усилия целой расы были брошены в этом направлении. Прошли многие саты, прежде чем ученые получили первые результаты. И они оказались настолько грандиозными, что началась золотая эпоха расцвета целой расы.

Я невольно погрузился в монотонную речь мастера и передо мной начали разворачиваться картины далекого прошлого его расы. Вряд ли речь шла о каких-то других великих ученых.

— Первыми благами воспользовались правитель и лучшие ученые. Они ввели в обиход концепцию Вечной Жизни. — продолжил тем временем Рисай. — На этом можно было остановиться, но возможности правителя были почти безграничными и он приказал даровать Вечную Жизнь всем своим подданным. Сотни сатов мир процветал и развивался под мудрым правлением бессмертного господина. Собственные ресурсы планеты были практически исчерпаны, но им нашлась замена. Открытия научного сообщества бессмертных исследователей позволили заглянуть дальше границ обычного мира. И все необходимое раса начала брать там.

Обычная колониальная история, с поправкой на грандиозный масштаб. Своего Хомори было уже недостаточно и они полезли за дармовыми ресурсами куда-то на изнанку своего мира. Предположение напрашивалось, но я немного не угадал.

— За гранью скрывалось множество миров. Примитивных и почти пустых. Последняя освоенная стихия помогала решить вопросы с местным населением без участия просвещенной расы. — в этот момент голос рассказчика слегка дрогнул, а я моментально представил себе как это происходило на самом деле. В истории Земли было полно случаев, когда «просвещенные европейцы» приходили на дикие земли и тащили оттуда всё ценное. А тут ещё и своими руками никого убивать не надо было. — Однако, всё в этом мире имеет свою цену. Великий Баланс покачнулся. Правитель расы осознал это первым и велел прервать все связи с примитивными мирами. Он велел начать поиски другого источника, но было уже поздно.

— Нашелся противник сильнее этой расы? — предположил я.

— Наступил первый День Платы. — покачал головой Рисай. — День, когда Великий Баланс начал процесс восстановления. Для этого требовалось много сил и времени. Каждый стертый мир требовалось восстановить и вернуть в изначальное состояние. В этот день началась новая история моего народа. Мы лишились всего и начали заново восстанавливать своё общество. Однако, это оказалось только начало. Правитель был ближе прочих к просветлению и лучше ощущал движение Великого Баланса. Он смог вывести закономерность в циклах восстановления и даже примерный объем энергии, который на это необходим. Мы назвали эту энергию Вирс. В других мирах Оси она известна, как Мориден.

— И вы уничтожаете целые миры, чтобы собрать эту энергию и заплатить свои долги⁈ — возмущенно воскликнул я. — Сколько вы уже уничтожили рас? Неужели вам оказалось мало проблем?

— Мы нашли другой путь. — грустно ответил Рисай. — Правитель нашел. Зерна наших лучших технологий отправляются в симметричные миры Оси, чтобы не нарушать Великий Баланс. Возможно, это поможет нам заплатить свой долг и восстановить свою расу.

— А стоит ли её восстанавливать? — задал вполне резонный вопрос я. Внутри всё буквально кипело от ярости. И эти существа считали себя просвещенной расой? Да деятельность испанцев в Южной Америке была настоящей благотворительностью, по сравнению с Хомори!

— Это может решить только правитель нашей расы, Серый Пепел. — кротко произнес мастер. — Пока он жив, исследовательский корпус будет продолжать свой путь. Правитель бессмертен и мы верим, что он ведет нас по верному пути. Я искренне переживаю за его жизнь, потому что мой господин опрометчиво отправился в новый мир. Без поддержки и должного сопровождения. Без связи со своими слугами и возможности вернуться обратно. Если он погибнет, то уже не сможет восстановиться.

Я смотрел на мутное пятно и не мог понять, что мне делать. Если хотя бы десятая часть этого рассказа правда, то у меня появлялся шанс предотвратить безумие, которое могло захлестнуть мой родной мир. По сути, Хомори сейчас предал своего господина, который находился в очень уязвимом положении. Если же это всё была наглая ложь, то…

То я ничего не терял. По сути, мне в любом случае нужно было вернуться домой. И теперь это желание стало только сильнее.

— Что ж… — вынужден был признать я. — Поднять мою мотивацию у вас получилось, мастер Рисай.

— К сожалению, одной мотивации