Путь Хранителя. Том 4 - Роман Саваровский

— Ладно, — тяжело вздохнул я, — во сне ты видела себя непобедимой розовой ведьмой. Техники, навыки и способности…

— Я не смогу это повторить, Марк, — не дожидаясь вопроса перебила меня Катя с виноватым выражением на лице, — во сне я была скорее сторонним наблюдателем, а не участником… я не знаю как та версия меня делала то, что делала… даже ее чувства я понимаю с большим трудом и чем больше времени прошло с пробуждения, тем сложнее удержать воспоминания. Они утекают как песок каждую секунду…

— Но техника сотворения тренировочного конструкта, — не сдавался я, — ты ее повторила.

— Повезло наверное… я пробовала, Марк, — начала злиться от собственного бессилия младшая Богданова и ее тон огрубел, — после каждого сна я с утра и до самой ночи пыталась повторить хоть что-нибудь из того, что видела… но… но… у меня ничего не получалось. Розовая ведьма из моих снов даже простейший потоковый щит создавала изящно и такой прочности, о которой я в реальности даже помыслить не могу, не то, что повторить… Это точно была я Марк?

— Точно, — решил я сменить тактику и ткнул пальцем в напряженный лоб Богдановой, — проблема у тебя в голове. Ты должна расслабиться. Закрой глаза. Отбрось все мысли. Перестань сравнивать нынешнюю себя с мамой, сестрой и даже розовой ведьмой из сна. Это тебе не нужно. Потому что ты и есть она. В будущем. Чтобы стать той, кем ты ее видишь, розовая ведьма прошла длинный и тяжелый путь. Тебе не под силу в одночасье сравниться с ней только усилием воли. Никому на этом свете не под силу это сделать.

— Но что тогда мне делать? — не открывая глаз неуверенно спросила Катя, — ты прав… я столько всего сказала, а на деле я бесполезна. Ты прав. Как всегда, прав.

— Забудь мои слова, — резко перебил я младшую Богданову голосом и применил успокаивающую технику.

Нарастающая дрожь и возрождающиеся отголоски неуверенности Екатерины Богдановой утихли. Ее дыхание стало размеренным, мысли перестали цепляться за неудачи. Энергоканалы девушки расслабились и перестали сдерживать ее собственную силу.

— Забудь слова всех, кто говорил тебе что ты слаба и бесталанна. Выкинь из головы все неудачные дуэли, практики и тупоголовых учителей, что не способны распознать бриллиант перед собственным носом. Отбрось к чертям все вдолбленные в тебя основы и базовые принципы сотворения техник. Тебе все это не подходит. У розовой ведьмы собственный путь. В другом мире ты стала сильной именно потому, что делала все не так как все. Мысли тебе не нужны, они лишь мешают. Почувствуй потоки, что льются внутри тебя. Прими их уязвимость и слабость. Прими то, что они никогда не будут также сильны как у окружающих. Не отторгай их и не стыдись. Они часть тебя.

С каждым моим словом, напряженное лицо Екатерины Богдановой хмурилось и искривлялось, но интуитивно Кате удавалось более-менее сносно выполнять мои указания.

Я пустил свою энергию в тело Богдановой. Структура ее синих и красных узловых связок была мне прекрасно известна по прошлому миру и поэтому мне удалось мягко оплести ее потоки своими.

Не вмешиваясь в естественную циркуляцию силы внутри потоков Богдановой, я лишь мягко направлял ее собственную энергию в нужное русло.

Единственное, что мешало Кате сейчас это она сама. Ее неуверенность в собственных силах и способностях сдерживало ее потенциал. Ограничивало ее. Всю свою жизнь в этом мире Катя сталкивалась с учителями, что учили ее бегать, в то время как Катя создана чтобы летать.

— Молодец, — почувствовав явный прогресс Богдановой искренне похвалил я, — теперь, плавно ускорь свой поток и покрой им свое тело.

— Все тело? Я… я не могу… — тут же отозвалась Катя, — он слишком слабый… контроль собьется и…

— Можешь, — уверенно перебил я, — твой поток не слабый. Забудь это слово.

— Ладно, — неуверенно кивнула Катя, — но его все равно недостаточно чтобы покрыть все тело. Это бесполезно.

— Ерунда, — улыбнулся я и нежно провел по ее шелковистым волосам и остановил пальцы на броши в виде лотоса, — в оранжерее ты бы смогла это сделать, верно?

— Да, но это другое… — попыталась скинуть мою руку со своей головы младшая Богданова, но я поймал ее хрупкую ладонь в свою и пододвинулся ближе.

Наши лбы соприкоснулись. Горячее учащенное дыхание Кати обжигало шею. Ручки младшей Богдановой сжались словно тиски, а вспотевшее от напряжения тело пробила дрожь.

— Отнюдь, — настойчиво парировал я, — Что бы ты сделала, будь сейчас в оранжерее?

— Использовала бы силу цветов, — не раздумывая ответила Катя.

Я улыбнулся собственной догадке. Все-таки я был прав. Еще в первую нашу встречу в этом мире я заметил, что внешняя энергия, витающая в оранжерее додзе «Цветочек» тянется к Екатерине Богдановой. Вливается в ее потоки, будто в свои собственные.

Но все дело вовсе не цветах и особенных частицах. А в самом отношении младшей Богдановой. За всю свою жизнь только среди своих цветов она чувствовала себя в безопасности. Только внутри оранжереи никто не указывал Кате что делать.

Там она была вольна и свободна. Там она чувствовала себя птицей, могла расправить крылья и дышать полной грудь. И окружающая ее в оранжерее внешняя энергия отвечала на ее зов и повиновалась.

Однако стоило Екатерине Богдановой выйти из своего сада, как чувство уверенности в себе исчезало. Поэтому Катя ошибочно считала, что дело в цветах. В их особенной энергии и ее связи с ними.

Катя думала, что ее талант познания сути и абсолютного контроля внешней энергии распространяется только на цветы, у которых от нее нет секретов и тайн. Только вот она ошибалась.

Силе розовой ведьмы подвластны не только цветы, а весь мир. Любая внешняя энергия, какой бы сильной она ни была и кому бы ни принадлежала, ответит на зов розовой ведьмы. В этом и есть ее пугающая сила.

— Так используй силу цветов сейчас, — через короткую паузу ответил я, — до оранжереи рукой подать.

Я решил на первый раз не усложнять Кате задачу. Вместо того, чтобы вдалбливать ей в голову тот очевидный факт, что она способна контролировать любую внешнюю энергию также эффективно, как и энергию цветов, я думаю ей будет куда проще почувствовать это