Майкл Стэкпол - Темный прилив-1: Натиск

— Здорово, я бы до такого не додумался. Джейсен взъерошил влажные волосы брата.

— Ну, ты же еще ребенок.

— Не стоит его ругать, Джейсен, — Мара тяжело опиралась на плечо мужа. Анакин видел, что Люку хочется взять ее на руки, но он прекрасно понимает, что Мара ему этого не позволит. — Он достойно защищал меня. Если бы не Анакин, я бы уже давно была мертва.

Люк серьезно кивнул, глядя на младшего племянника.

— Даже не знаю, как тебя отблагодарить…

— Это совсем нетрудно. Помоги нам вернуться на Корускант.

— Не могу, но мы доставим тебя к вашей матери.

Анакин посмотрел на свой измазанный грязью комбинезон.

— К маме? А я думал, меня отблагодарят прямо здесь.

— Так и будет, — Люк показал на север. — Корабль недалеко отсюда.

Мара поцеловала Люка в щеку.

— Наконец-то мы покинем Дантуин.

— Боюсь, это произойдет не так скоро. Мара нахмурилась.

— Но у тебя же есть корабль, на котором вы прилетели с Белкадана.

— Есть, — спокойно согласился Люк. — Но в настоящий момент нам нельзя покидать Дантуин. Лейя и беженцы с Дубриллиона совершили посадку к юго-востоку отсюда. Подлетая к системе, мы едва не столкнулись с крупным кораблем йуужань-вонгов, который высаживал десант на поверхность планеты — очевидно, им, как и Лейе, здесь понравилось.

Анакин поморщился.

— Из огня, да в карбонит.

— Точно.

Младший Соло вздохнул.

— Если у тебя было видение, которое привело вас сюда, может, ты знаешь, чем закончатся события на юго-востоке?

— Как говорил учитель Иода, будущее всегда в движении, поэтому мое видение может оказаться и ложным, — на лице Люка застыла неподвижная маска. — И лучше бы было так, поскольку ничем хорошим оно не заканчивалось.

25

Лейя протянула руку, чтобы убрать волосы со лба Анакина, и отошла от спящего сына. Они быстро нашли, для него новую одежду, и теперь он спал, облаченный в форму, собранную по частям у нескольких членов команды одного из грузовиков. Сначала Лейя решила, что с Анакином поделились из уважения к его отцу, но по мере того, как история его похождений с Марой в северных горах стала просачиваться в лагерь, многие стали воспринимать его, как героя.

Она бросила на сына последний взгляд. Маленький светильник мягко освещал его темные волосы. На лице и шее виднелись следы синяков и глубоких царапин, но в остальном он выглядел вполне здоровым. Лейя наблюдала, как дроид 21Б обрабатывал ранения, полученные Анакином в схватках с йуужань-вонгами. Бакта-пластырь поможет быстро их залечить. Когда дроид занялся трещиной в правом запястье, полученной юным джедаем в последнем сражении, оказалось, что хватит легкой фиксирующей шины. Лейя знала, что Мара тоже получила немало ранений во время их бегства — ею занимался другой дроид. Она дожидалась появления Люка, чтобы тот рассказал ей о состоянии жены.

Лейя сдвинула в сторону брезентовый навес, под которым лежал Анакин, давая возможность Р2Д2 занять место рядом со спящим мальчиком. Она улыбнулась дроиду и опустила брезент. Солнце еще не взошло, но с севера дул свежий ветер. На горизонте собирались тучи, и Лейя поняла, что днем на них обрушится ливень, поливавший северную часть континента.

Сейчас мы голодные и угнетенные, а скоро станем к тому же и мокрыми до нитки.

К ней подошел Элегос и протянул пищевую плитку из сухого пайка.

— Нельзя допустить, чтобы у вас случился голодный обморок.

— Что ж, теперь мне голод не страшен, — благодарно ответила Лейя. — Анакин заснул. Боюсь, им удавалось спать не более двух часов в сутки. Если бы не Сила, они бы не выдержали…

— Ваш сын должен прекрасно владеть Силой, чтобы выйти невредимым из таких испытаний.

— Да, наверное, — Лейя невольно вздрогнула. — Он очень храбрый мальчик, к тому же Анакин не мог подвести своего дядю. Он готов на все, чтобы Люк им гордился.

Глаза каамаси медленно закрылись.

— Быть может, вы боитесь, что, обладая такими способностями к владению Силой, он может пойти по стопам человека, в честь которого получил свое имя.

Лейя опустила глаза, не осмеливаясь вслух ответить на этот вопрос.

— Я часто себя спрашиваю, — негромко проговорил Элегос, — почему вы назвали его в честь своего отца?

Она вздохнула.

— Мой отец, Анакин Скайуокер — а не Дарт Вейдер — восстал против Императора и уничтожил его. Он искупил вину за свои преступления. Возможно, не полностью, как полагают некоторые, но Анакин Скайуокер помешал Императору и дальше нести зло. И мне хотелось, чтобы мой сын окончательно восстановил его честное имя. Во всяком случае, так я говорила себе.

— А сейчас вы думаете иначе? Лейя посмотрела на Элегоса.

— Вы, каамаси, обладаете замечательной способностью делить с другими свои воспоминания. Я практически не помню Анакина Скайуокера — а вот Дарт Вейдер продолжает появляться в моих кошмарах. Я знаю, что несу в себе часть Анакина, не сомневаюсь, что мы с Люком унаследовали его лучшие качества. Но боюсь, что и какие-то из худших тоже. Назвав младшего сына в его честь, я хотела снять с этого имени тяжесть вины. И мне кажется, что многие качества, которые присущи Анакину, достались ему через меня от деда.

— Вы рассчитывали, что сможете избавиться от тяжелых мыслей о темном наследии Дарта Вейдера, когда, глядя на Анакина, увидите в нем те качества, которые, быть может, когда-то были у вашего отца?

Лейя кивнула.

— Вы считаете, что это глупо?

— Вовсе нет. Существует великое множество разочарованных родителей, недовольных своими отцами и матерями, которые клянутся правильно воспитать своих детей. Возможно, вы пытаетесь доказать, что при других обстоятельствах ваш отец никогда бы не стал Дартом Вейдером.

— Вы видите здесь проблему?

— Как и вы, — Элегос осторожно улыбнулся. — В противном случае, мы не вели бы этот разговор.

— Если я когда-нибудь пойму, как вам удается проникать в мое сознание и заставлять осмысливать вопросы, о которых мне хотелось бы забыть, я… я…

— Вы перестанете во мне нуждаться, и мой долг будет исполнен.

Лейя сжала правую руку Элегоса в своих ладонях, а потом они бок о бок пошли по лагерю.

— Мне всегда будут нужны такие друзья.

— Вы оказываете мне честь.

— Вам следовало бы испугаться. Моим друзьям часто грозит опасность.

Элегос обвел рукой лагерь.

— Как, например, здесь?

— И даже хуже, — Лейя кивнула нескольким беженцам, попавшимся им навстречу, и повернулась к каамаси. — Я возложила тяжкое бремя на плечи Анакина, дав ему это имя, не так ли?

— Он достаточно силен, чтобы выдержать его, Лейя. У него есть вы и рыцари джедаи, которые помогут ему выбрать верный путь, — Элегос погладил ее по плечу. — Если бы им овладела Темная сторона Силы, он бы использовал ее для спасения Мары. Анакин молод, но он наделен мужеством и умом. Пришло время их проявить. Когда йуужань-вонги перейдут в наступление, нас всех ждут жестокие испытания.

Лейя ощутила, как Элегос вздрогнул.

— У такого пацифиста, как вы, мысли о предстоящих сражениях должны вызывать ужас.

— Война будет ужасной для всех, — каамаси покачал головой. — Если бы была возможность отсрочить ее начало, я бы попытался предотвратить войну, но йуужань-вонги ведут разведку боем. Мы не знаем, зачем они прилетели и чего хотят. Нам неизвестно, можно ли вести с ними переговоры, а то, что они развлекались, преследуя Анакина и Мару, означает, что с ними будет трудно достичь понимания по любому вопросу.

— Меня это тоже ужасно беспокоит. Я всегда войне предпочитала переговоры, но, если враг отказывается от мира, у нас не остается выбора, — Лейя нахмурилась. — А где вы будете находиться во время нападений?

— Ваш брат одолжил мне Р2, поэтому я перейду на главный челнок и буду вести оттуда огонь из лазерных и бластерных пушек.

Лейя остановилась и повернулась к Элегосу.

— Но вы же рассказывали мне, что убийство оставило за собой ужасные воспоминания, которые вы никогда не сможете забыть.

Ответ каамаси оказался холодным и серьезным.

— Ни мне, ни любому другому разумному существу не удастся забыть события, которые здесь произойдут, — если, конечно, кто-нибудь останется в живых. Но если я буду знать, что ничего не сделал, чтобы остановить кровопролитие, воспоминания станут невыносимыми. Я способен взять на себя ответственность и нести смерть йуужань-вонгам, заняв место стрелка, — меня утешит мысль о том, что я избавил кого-то от этой необходимости.

— Вы знаете, я чувствую то же самое.

— Да, вы не раз это доказывали, а теперь и ваши дети демонстрируют истинное мужество.

— Да, вы правы, — Лейя улыбнулась Элегосу. — Когда начнете стрелять, цельтесь повыше, чтобы не попасть в нас.

Люк осторожно присел на краешек койки своей жены на борту «Отваги». Когда Мара открыла глаза, он поднес палец к ее губам.