Душелов - Emory Faded

— он взял меню с края стола, после чего, открыв его, ненадолго задумался, выбирая, — вот это пирожное, — указал он пальцем в меню, — пожалуйста!

— Угу… — запомнив, вновь кивнула официантка, не прекращая улыбаться, смотря на него, — спасибо за заказ. В течении трёх минут всё будет готово. Ожидайте, пожалуйста, — и проговорив это, повернулась ко мне. — А вы, дорогой гость…

— Ничего не буду, — прервал я её.

— Поняла, — кивнула она, после чего развернулась и быстренько потопала к барной стойке.

А этот мужчина, на протяжении всего времени, что она шла к барной стойке, даже не скрывая это, смотрел на её попку, обтянутую юбкой-карандашом. Я же в этот момент, спокойно допивая свой кофе, сделал вид, что не заметил этого.

Когда же он, наконец, отлип глазами от попки девушки и посмотрел на меня, он спросил:

— Так почему же ты захотел встретиться со мной? Неужели, всё же вспомнил что-то важное о том событии? Или, быть может, появились какие-то вопросы и ты хочешь их задать мне?

— Нет, к сожалению, более о том случае мне так и нечего рассказать вам, и никаких вопросов у меня к вам касательно произошедшего тогда так же нет.

Так и не смог я говорить с ним «на ты» — всё-таки, как ни крути, а между нами приличная разница в возрасте, но куда важнее его работа и какое положение он занимает в ней. Впрочем, его вроде несильно беспокоит, что я говорю с ним «на ты» — так что, видимо, это эти слова, ранее сказанные им, были просто жестом вежливости от него.

— О как. Тогда ты заинтриговал меня ещё больше. Я внимательно слушаю, — сложил он пальцы рук в замок.

— Не сочтите за грубость, но может быть, прежде вы расскажете, почему хотели встретиться со мной? Просто одно дело, когда я бы искал встречи с вами из-за, скажем, тех же причин, что вы назвали ранее, но совсем другое дело, когда человек вашего положения зачем-то желает встретиться с таким, как я.

Он усмехнулся.

— Ну, с этим трудно поспорить — такое положение дел действительно интригует, — и после этих слов он на какое-то время отвёл взгляд в сторону и замолчал, словно что-то обдумывая. — Ладно, будь по-твоему. Только… хм… с чего бы начать?

— Неужели причин встретиться со мной столь много?

— Нет. Причина в общем-то целом лишь одна, просто интересного в ней очень много. Скажем… как такой относительно не выдающейся ребёнок, как ты, лишённый Дара, смог заинтересовать такой величественный и сильный род, как род Агнэс, что те даже приняли тебя в своё дом?

Закончив отпивать кофе, я ответил:

— Всё просто: будучи ребёнком я случайно оказался в нужном месте и в нужное время, благодаря чему и смог спасти второго ребёнка рода Агнэс — нынешнего гения во всём, что связанно с Даром. Ну, человек с вашей работой и положением в ней и так это знал наверняка.

— Разумеется. Но очень уж хотелось услышать ответ от тебя — вдруг я бы узнал что-то новое и крайне интересное.

— Думаете, человек, связанный с подобным по влиянию родом, проговорился бы в такой ситуации? А вдруг на вас записывающее устройство. Да и даже зная я или любой на моём месте, что такого на вас точно нет, — вряд ли бы всё равно хоть кто-нибудь спустя столько лет стал бы говорить что-то иное — это ведь с лёгкостью может доставить множество ненужных хлопот. Даже такому сильному и влиятельному роду.

— Ну это ты так думаешь. А я думаю, что ошибиться и случайно проговориться может каждый. Даже аристократ и человек, крепко связанный с ними. Всё же все мы люди.

— С этим не поспоришь, — согласился я, слегка кивнув. — Так какие ещё причины сподвигли вас заинтересоваться мной?

— Хотелось бы, конечно, вновь поднять тему того случая с одержимым, однако… есть у меня кое-что поинтереснее. Ты знаешь, что твои дальние родственники, с которыми ты жил в детстве, на самом деле не твои родственники?

Что?..

Он знает?

Нет-нет… вряд ли.

— Не понимаю, о чём вы.

— О, тогда позволь мне продемонстрировать, — он достал телефон, сделал пару кликов по экрану и положил его на стол, прямо передо мной.

— И что это?

— Множество тестов. В том числе, разумеется, ДНК тест. Посмотри сам, — указал он рукой на лежащий передо мной телефон.

Я, недоверчиво смотря на него, взял в руки его телефон и стал читать, медленно листая вниз. И в каждом тесте, в заключении, написано одно и то же…

— Вероятность хоть кого-то родства между вами — почти ноль процентов, — проговорил он.

Это ещё абсолютно ничего не доказывает.

Я положил телефон на стол и аккуратно подвинул его к нему. Он забрал его и положил обратно к себе в карман.

— Вижу, ты не очень-то удивлён этому факту. Быть может, ты знал об этом?

— Я же рос в семье аристократов, бок о бок с их детьми, так что, по-моему, это норма, что я не проявляю эмоции в такие моменты — подобное ведь всегда может быть обычнейшей провокацией, поэтому никогда не стоит остро реагировать на что-либо, даже на самые ужасные вещи. Да и к тому же, касательно конкретно этого случая и этих документов — откуда мне вообще знать, правдивы ли эти документы? Просто собираясь все эти сведенья официально от лица вашей организации — тогда бы меня бы уже давно об этом уведомили. А так как этого не произошло, то очевидно, что действовали вы неофициально, не от лица своей организации. А раз так, то вряд ли бы мои дальние родственники вот так просто взяли и согласились сотрудничать с вами, добровольно передавая вам в руки все эти результаты тестов и обследований.

— Справедливое замечание. И дедукции ты, видимо, так же обучился, пока рос бок о бок с детьми рода Агнэс?

— Естественно.

— Понятно. Отвечая на твой вопрос…

Однако стоило ему начать говорить, как он замолк, потому что в этот момент к нашему столику подошла официантка и стала выставлять с подноса на стол его заказ.

И уже через несколько мгновений на столе, прямо перед ним, стоял небольшой поднос из белого дерева, на которой уже и находился сам его заказ — кофе и