Сильнейший ученик. Том 6 - Андрей Сергеевич Ткачев

потом улыбнувшись добавил: — Но об этом мы можем поговорить позднее, главное — Самине не рассказывай пока, ей ещё рано знать такие подробности. В общем, ты должен быть готовым, что в Академии будет довольно предвзятое отношение к тебе. Скажем так, — замялся папа, — я был не самым послушным студентом, но при этом достаточно хорошо учился, чтобы меня нельзя было выгнать просто так. Вот и по итогу я разозлил многих наставников. Официально, конечно, Академия утверждает, что им наплевать на то, кем являются их ученики, и они обязуются к выпуску сделать из них достойных бойцов, несмотря ни на что, но ты же поступаешь под моей фамилией, да и черты лица у тебя узнаваемые, чтобы не подумать, что ты всего лишь однофамилец.

— Вот это ты меня озадачил, — покачал я головой.

— Возможно, в это сложно поверить, но я когда был молодым, — подмигнул папа мне, — то совершал глупые поступки, за которые сейчас стыдно. Ну и, разумеется, испытывал терпение наставников, как и многие на нашем потоке. Всё же когда собираются вместе обычные ребята с улицы, городские жители и представители кланов — это довольно взрывоопасная смесь, которая всё равно взорвётся, как ты ни старайся прививать ученикам дисциплину.

— Значит, будет чуть сложнее, чем я рассчитывал, но не думаю, что с такой репутацией как у Пардес, они станут уж слишком наседать.

— Когда ты поступаешь на учёбу в Академию Пардес, то становишься на последующие года обучения полностью зависим от наставников, а там порядки довольно жёсткие и отчасти похожие на армейские. По крайней мере, во время моего обучения было именно так. Сейчас не знаю, как там всё происходит, — признался папа. — Так что не могу говорить со стопроцентной уверенностью.

— Но всё же они действительно хорошо учат? — решил уточнить я после всех этих попыток устрашить меня возможным будущим.

— Скажем так, до поступления в Академию я даже мяч точно бросить не мог, а сейчас до сих пор могу из винтовки за два километра от цели выбить десятку, — гордо поднял голову папа.

— Как же ты вступительное испытание прошёл? — удивлённо посмотрел я на него.

Я-то думал, что на нём как раз подобные личности должны отсеиваться.

— Везение и немного здравого расчёта, — хитро улыбнулся папа. — Возможно, ты сможешь убедиться в этом на собственном примере, что в Академии порой лучшие не представляют собой чего-то необычного в плане боевых качеств, просто они более везучие или хитрые, чем остальные. В любом случае, испытание при поступлении покажет, кто из вас сможет учиться дальше в стенах Академии, а кто вернётся домой.

Мы ещё немного поговорили насчёт Академии, но какие-то подробности из папы выудить не получилось. С его слов выходило, что любые дополнительные сведения могли мне только навредить. Местные наставники часто меняли правила прохождения испытания, так что знания о том, как это происходило раньше, могут даже запутать кандидата. Именно неведение в этом случае было лучшим вариантом.

Глава 25

Тренировки с мастерами «Последнего приюта» после того, как я определился, куда буду поступать, стали более интенсивными. В меня будто пытались впихнуть как можно больше знаний и навыков, пока есть возможность. Мастер Торвар так действительно пыталась запихать в меня как можно больше еды, что не занимайся я так усиленно, то поступал бы уже толстячком, который едва передвигает ногами — а так всё, что лишнее могло образоваться у меня, тут же сжигалось из-за тренировок.

Несмотря на всё это я видел, как постепенно моё тело перестраивалось и привыкало к нагрузкам. Но и про отдых я сейчас не забывал, останавливаясь заранее, а не как раньше, пока уже никаких сил не останется и хорошо, если успеешь добраться до кровати, чтобы наконец-то отрубиться.

Стрелковая подготовка с мастером Маками. Ещё дополнительно меня учили обращаться с различным оружием, и я даже смог пострелять из лука, но результаты тут у меня были гораздо хуже, чем с винтовкой. Я метательные ножи бросал с куда большей точностью, чем посылал стрелу в цель.

Готовка и контроль окружения с мастером Торвар. Я уже настолько наловчился, что большую часть её попыток пресекал ещё до того, как удары достигали цели, да и готовить удавалось всё лучше и лучше, и даже эти ужасные блюда из эксклюзивных ингредиентов, полученных от наставницы, вроде стали получать вполне сносными.

Может, стоит поработать над ними чуть дольше, и тогда вообще получится что-то даже аппетитно выглядящее? Правда, я всё равно сильно в этом сомневаюсь, но надежда ведь есть, и в это очень хотелось верить.

Блюда, конечно, без сомнения были очень полезными, но на вид и запах совместно со вкусом они были уж очень отталкивающими и приходилось себя заставлять запихивать всё это внутрь. А вот наставники мои спокойно их ели и даже не морщились — вот что значит опыт.

С мастером Хоронаром мы отрабатывали работу с палками, в целом закрепляли моё умение влиять на чужой ритм сражений. По его словам, при поступлении это могло мне пригодиться во время прохождения испытания. Да и в целом учиться подстраиваться под своего противника, а потом находить в его действиях ошибки всегда будет полезным — тут даже спорить бессмысленно.

Но и, разумеется, наставник не бросал идеи обучить меня как можно большему количеству инструментов. Сносно у меня получалось далеко не на всём играть, но если дело касалось клавишных или струнных инструментов, то мои руки будто начинали жить своей жизнью, и тогда я действительно мог повторить услышанную мелодию или даже придумать свою.

Некоторые из таких композиций мы даже записывали отдельно уже в студии, но что дальше с ними делал мастер Хоронар — я не знал. Тут хотя бы показали, как вообще всё работает в подобной студии и как можно работать с уже готовой звуковой дорожкой.

Было интересно.

С мастером Райлином я уже привычно занимался повторением сложных связок движений, которые требовали от меня как хорошей координации движений, так и действительно медленного и размеренного перемещения.

Только недавно наставник мне пояснил, что благодаря этому методу, я, в том числе ближе подхожу к освоению медитации в движении, которая пока у меня никак не получается. Вот срывается и всё, стоит только резко сдвинуться в сторону или просто потерять концентрацию. Если же двигаться так же медленно, как это требовалось во время исполнения всех этих упражнений, то удерживать