Позор семьи - Владимир Васильев

вот в Вологде её уже сумели перехватить, чтобы она и там судей не запугала. Когда Инна вернулась ко мне, то попросила меня, чтобы я потребовала расправы над продажными судьями. Я сходила к отцу, но тот отмахнулся от меня, сказав, что внутренние разборки в благородных семьях, не царское дело. Да и в судебную систему он лезть не будет. Вот если «позор семьи самостоятельно прославится, то семьи сами задумаются, что у них за судья». И тогда уж взяточника ждет справедливое возмездие. Но не по инициативе царской семьи. Надеюсь тебе не очень обидно потерять титул?

Я только пожал плечами и произнес:

— Да ну его. Сидеть в той дыре… Я уже и не хочу. Сам всего добьюсь.

— И правильно. Но просьба Инны ко мне вызвала у меня жуткое любопытство, за кого это она так заступается. И подруга рассказала мне о тебе. Всё рассказала, во всех подробностях. А отделить тебя от операции спецслужб у неё не получилось, и я её расколола. Даже к стулу привязывать пришлось, но я справилась. О, как она рассказывала! Я чуть слюной не подавилась от зависти. Даже то, что она дважды получила ремнем по заднице, и то вызывало восторг!

— Дважды? — удивился я.

— Первый раз когда не смогла, а скорее не захотела обезвредить тебя, хотя у неё было снотворное, и ты отбился в доме от нападавших, и второй за то, что прямо присвоила титул и давила на судью.

— Мда… — вздохнул я.

— А вот дальше до меня начало доходить… — вздохнула принцесса. — Я полезла в законы Краковского королевства, поспрашивала, как спецслужбы обменивают шпионов или агентов, и поняла, что Инне по результатам приключения светит лет так десять посидеть в тюрьме. Попасть туда молодой и выйти взрослой. В самом лучшем случае, если очень повезет, её согласились бы обменять лет через пять. Я закатила жуткий скандал матери, я дралась с Инной, но я добилась от всех клятв, что мою подругу, которую я люблю больше жизни, так подставлять не будут. Да я лучше сама замуж выйду за хлюпика! Потом пошлю всех и буду жить где-нибудь на отшибе в маленьком домике, но не поменяю свое счастье на жизнь Инны! Так и порешили. Осенью приедут послы, да и всё.

Вика посмотрела на меня и подмигнула:

— А может что-нибудь и придумаю… Я сплетни ненавижу, но тут случайно услышала, что одна княжна… Ну ты не в курсе нашего гадючника… Так вот, её хотели за старикана выдать. Так она специально залетела, и там сейчас такая вонь стоит, что о замужестве речи уже не идет. Там просто цунами из дерьма всех захлёстывает.

Я-то был очень даже в курсе, правда такой исход только подозревал, но постарался не подать виду, в тайне мечтая наподдать одной дриаде. А что? Инна вот, получила по попе, а Ива чем хуже? Но об этом сейчас мечтать некогда, так что я просто произнес:

— Не повезло девушке.

— Не скажи. Она такая… Есть такой спорт гавайский, на досках кататься по волнам. Так вот, она по тому цунами просто летает.

Вика прошлась по комнате, затем посмотрела оценивающе на меня, подмигнула и задумчиво произнесла:

— Так что, если что, я знаю к кому обратиться. Инна скоро вернется, и с ней я всегда договорюсь.

Я хотел было возразить, что у меня тоже есть свое мнение, но подумал, что сейчас не до пустых пререканий, которые вдобавок будут выглядеть как обида. Вот дойдет до дела, там уже и скажу веское слово. Пока же спросил:

— А она где сейчас?

— Отправилась дослуживать практику. Военным целителем на уральскую границу. Но без телохранительницы этой чертовой. Там ей не грозит ничего, по крайней мере больше чем обычному бойцу. Я не хотела отпускать, и мы сильно поцапались. А теперь вот, я ужасно скучаю и беспокоюсь. Но что делать… Я не хочу быть комнатным цветочком, а она уж и подавно.

— Ну, в целом она права, — развел руками я.

— Да, кстати, — закончила Вика. — Тебе премию за шагоход выплатили? Нет? Значит в течение двух дней получишь. Я пну кого надо. В последние недели меня сильно боятся. И ещё… Твоя дриада… Она где? Ты будешь выращивать ей дерево? Не вечно же ей малявкой быть.

— Ну да… Буду…

— Так вот. Я тут подумала, и хочу от себя наградить тебя. За спасение подруги. И не спорь! Подарок не очень дорогой по деньгам, но сам поймешь насколько полезный. Это усадьба на окраине Твери, но всего километрах в пяти отсюда. Называется «Усадьба Мортира». Спросишь, почему так назвали? А всё очень просто. Там стоит башня в десять метров внутренним диаметром со стенами еще в полтора метра. Окон нет, только узкие бойницы. Высота тридцать два метра. Раньше у неё были деревянные перекрытия и крыша. Там архимаг жил, который очень алхимией увлекался. Но что-то пошло не так, и она выстрелила. На первом этаже что-то так рвануло, что все перекрытия как пыжи выбило. А магом выстрелило в небо.

— Магом или пылью от него?

— Он был очень сильный маг и не дурак. Защит на нем было столько, что он даже выжил. Но заикаться стал и потом куда-то на Тибет уехал. Что-то он такое увидел в небе, говорил. Но это не важно. Усадьба стоит брошенная. Я её куплю на твое имя, но в открытых бумагах запишу псевдоним. Деньги у тебя будут, отремонтируешь. Там ещё небольшой дом есть, почти целый, и сад хороший. И живи там, а Иве вырастишь внутри башни златолистный бук. Никто и не узнает. Даже магическим поиском непросто будет через толстенные стены пробиться. А солнца и через дыру на месте крыши должно хватить. Так вот, послезавтра зайдешь в Первый Тверской банк, вот код, назовешь его, и тебе выдадут документы на «Мортиру».

Принцесса записала на двух бумажках тут же придуманный код, одну забрала себе, а вторую протянула мне.

— Спасибо, — оценил продуманность подарка я.

— А теперь я пойду в аудиторию, где меня настоящая преподавательница ждет, — вздохнула Вика. — Надо же экзамен сдать, всё-таки. Но я думаю, мы еще увидимся. Инна тебя точно увидеть захочет, тогда вместе и посидим где-нибудь без спешки.

Вика подбежала и поцеловала меня в щеку. Я отдал ей настоящую записку от секретарши, и девушка выскочила за дверь,