Майкл Ривз - Медстар II: Джедай-целитель

— Буду говорить коротко и просто. Я дал тебе наркотик. Мне нужны коды к личному кораблю адмирала — доступ, защита, функции — все. Наркотик, который я тебе дал, не фатален; тем не менее, если ты не дашь мне коды или дашь неверные — я убью тебя и твою подружку. Понял?

— Ддддаааа….

— Хорошо. — Кайрд выудил диктофон из кармана. Он знал что темп речи человека не имеет значения — коды доступа не были привязаны к голосу, так что воспользоваться ими мог любой. — Давай коды. Постарайся и четко идентифицируй каждый. Если они сработают, ты и твоя подружка проведете отличный вечер глядя матч по страгу, а к послезавтрашнему полдню сможете двигаться достаточно хорошо, чтобы позвать помощь.

— Однако, если коды не сработают…. — Кайрд вытащил из кармана маленький термодетонатор. Устройство такого размера использовалось как детонатор к большим бомбам и сработай оно в этой комнате — оно разнесет внутри все, разукрасит стены кровью и испаренной плотью, а затем обрушит стены. И все это — за тысячную долю секунды.

Он держал его так, чтобы человек мог хорошенько его рассмотреть.

— Узнаешь это?

— Дддд…

— Хорошо. — оборвал его Кайрд. — У меня — передатчик к этому детонатору, радиус действия две сотни километров. — Он вытащил небольшой прибор, показал и снова сунул его в карман. — Когда я буду сваливать на угнанном корабле — да, я его угоню — если что-нибудь, что угодно, не так пойдет с теми кодами, которые ты мне дал — я его включу.

Он встал, подошел к голопроектору и поставил на него термозаряд.

Боган начал потеть, что радовало.

— Теперь: я знаю что ты пилот, и поскольку ты из этой славной братии, Боган, ты можешь не бояться умереть сам. — проговорил он. — Но здесь твоя тви'лечка-подружка по страгу, и она не воюет. Ты же не хочешь, чтобы она превратилась в кровавое желе, верно?

— Нннеее…

— Хорошо. Значит, мы договорились. Коды?

После того как Боган проговорил вслух слова и цифры — долгий и медленный процесс — «Монт Шому» взял несколько диванных подушек и с их помощью усадил беспомощную парочку в вертикальном положении и рядом друг с другом; так, чтобы они видели голопроекцию. Он вытер пот с лица Богана.

— Наслаждайтесь матчем. Я поставил голопроектор на повторение, так что скучать вам не придется — по крайней мере, первый десяток-другой раз.

Кайрд чуть поклонился и вышел.

Конечно, он мог бы убить их сразу же; среди его собратьев по профессии нашлись бы многие, кто сделал бы это не задумываясь. Его такой поступок тоже не слишком бы взволновал; в свое время он отправил ко Вселенскому Яйцу более чем достаточно народа, чтобы не тревожиться из-за добавочной парочки. Но были причины их не убивать. Во-первых, ему за это никто не платил; во-вторых это не было необходимостью. Эти двое были изолированы, внутри запертого домика и ко времени когда кто-либо их хватится — Кайрда уже давно тут не будет. Они не знают что он недиджи, а толстяк, с которым они встречались, через несколько минут станет переработанной синтеплотью. Он позаботился чтобы к его гнезду не шло тропинок.

Он усмехнулся внутри своей маскировки. На самом деле термодетонатор был учебным — механически и электрически идентичен боевой гранате, но без взрывного заряда и потому — безвредный. «Передатчик», которым он помахал перед Боганом, был его личным скребком для перьев. Насколько было известно Кайрду — не было ручных передатчиков такого размера с радиусом действия даже близким к двумстам кликам. А еще важнее — что если коды не сработают и его как-то поймают, то ему не придется отвечать за умышленное убийство. Его, конечно, посадят в карцер за угон корабля, но это не наказуемое смертью преступление; даже при угоне адмиральского корабля во время войны. Спустя какое-то время «Черное Солнце» пошлет кого-нибудь узнать, что с ним случилось и они найдут способ его вытащить. Фронтовой трибунал же, с другой стороны, найдя его виновным в убийстве — поджарит его и кинет в переработку гораздо раньше, чем «Черное Солнце» начнет хотя бы беспокоиться о том, где же он…

К тому же был еще и деликатный вопрос с бывшим адмиралом «Медстара», сакианцем Тарнезе Блейдом, которого он ликвидировал, и если что — им не составит труда залезть ему в мозги и вытащить это. Но даже на войне действуют определенные правила, а промывку мозгов не полагается проводить без веских оснований. И если таковые найдутся… Кайрд знал что лучше застрелиться самому, чем заговорить — мертв он будет в любом случае, но сам он это сделает быстро и безболезненно, а вот если «Черное Солнце» будет недовольно и вмешается — все будет совершенно иначе.

Самый лучший план, разумеется — не попадаться.

Кайрд направился к освежителю чтобы избавиться от последней из тучных человеческих оболочек. Скатертью дорога. «Монт Шому», как и «кубаз Хунандин» хорошо ему послужил, но он был безумно рад, что ему не придется больше носить такую тяжелую маскировку. Хотел бы он знать, как умудряются существовать люди, которым в самом деле приходится таскать столько лишней плоти. Что до самого Кайрда — то он предпочел бы скорее быть ощипанным и зажаренным на медленном огне.

Джос был взбешен, как никогда в жизни. Мужчину перед ним он видел так, словно перед глазами у него плавал алый туман. Он процедил сквозь зубы:

— Не будь ты моим двоюродным дядей и вышестоящим офицером — ох и врезал бы я тебе!

— На твоем месте я, наверное, чувствовал бы то же самое.

Они были в адмиральской каюте на «Медстаре», они были одни, но Джос почему-то подозревал, что если он начнет бить Эрелу физиономию — то кто-то может забежать — полюбопытствовать что это за шум. Несколько этих «кто-то», если точнее; и все как один — из военной полиции: рослые, вооруженные и без чувства юмора.

Не то, чтобы это что-то значило. В том состоянии, в котором он был сейчас — никто и ничто не остановило бы его, пожелай он отлупить своего новообретенного дядюшку.

— Как ты посмел лезть в наши отношения? Тебе кто дал на это право?

— Я лишь хотел избавить тебя от горя.

— Избавить меня от горя? Прогнав женщину которую я люблю? Извините, Доктор, я не совсем понял ваш метод лечения. Я тебе и примерно не могу сказать сколько всего что меня беспокоило, ранило, мучило исцелила Толк! — Джос прошелся из стороны в сторону, потихоньку закипая — Поверить не могу, что она тебя послушалась!

— Джос, то что она это сделала — показывает ее любовь и заботу о тебе.

— Ты о чем?

— Она не хотела увидеть, как от тебя отрекаются твоя семья и друзья.

— Потому что ты нарисовал для нее мрачную и жуткую картину того, как это выглядит. Ты преподнес это так, словно на нас в любом уголке галактики будут смотреть как на мерзавцев.

— Допустим что так.

Джос с усилием разжал кулаки. Он глубоко вдохнул, выдохнул, потом повторил это. «Спокойно.» — сказал он себе. Сломать адмиральский нос может быть очень приятно, но это будет неверный ход, и неважно насколько он этого заслуживает. «Он врач.» напомнил себе Джос. «Он делал то, что считал правильным.»

Но сдерживаться все равно было трудно. Старику очень хотелось врезать. И не один раз.

Впрочем, его гнев уже нельзя было сравнивать с сиянием сверхновой. Джос сделал еще один вдох и сказал:

— Вот что, дядя: если моя семья не пожелает принять женщину, которую я люблю — значит они только называются моей семьей и мне без них будет лучше.

Керсос покачал головой, жестом бесконечной усталости.

— Я тоже так думал. Я прошел по этому пути, Джос.

— Но ты — не я. Я могу дожить до того, чтобы пожалеть о выборе — хоть я в этом и сомневаюсь; но даже если и пожалею — это будет моим выбором. Я должен сам его сделать.

— Это не так просто, сынок. Ты говоришь о культурных нормах, которые существуют тысячи лет. И они поддерживаются массой традиций.

— Но шестьдесят или восемьдесят лет спустя умрет многое из этой культуры и традиций — включая запреты насчет коренных и внешников. — Джос прервался, чтобы подавить свой гнев. Он может обьяснить это дяде. Он умен и умеет формулировать свои мысли; если он может растолковать сложную процедуру нервному пациенту — он и это сможет изложить в понятных терминах.

— Слушай. — сказал он. — Ты обогнал свое время, да и я тоже. Но мом детям, и детям моих детей не придется иметь дело с этим дурацким обычаем.

Дядя Эрел покачал головой.

— Мне трудно в это поверить. Ты умеешь провидеть будущее?

Джос вздохнул.

— Я могу видеть настоящее, дядя. — Он снова сделал паузу. — Ты давно не был в родном мире. Ты слышал когда-нибудь термин «хунстру фонстер»?

Дядя качнул головой.

— Звучит как худишский.

— Почти верно. Это вуланийский, похожий умирающий диалект с Великих Южных Просторов. Думаю что последние из тех, кто говорил на нем, и для кого он был родным в нашем мире, вымерли лет пятьдесят назад. Так или иначе — «хунстру фонстер» значит «жена в окне». Этот термин вошел в употребление в последние несколько лет, и он не из тех которые произносят на званых встречах.